Гитлер_директория - Елена Съянова

Зададимся вопросом, почему участники войны, ветераны Великой Отечественной по прошествии лет прямо говорят о том, что не питают ненависти к своему бывшему противнику в лице германского солдата? Почему при всем неприятии и отвращении к нацизму наши солдаты уже готовы разговаривать, смотреть в глаза немецким солдатам, почему бывшие враги находят общий язык? Может быть, пришло время сказать правду: вермахт — ударная сила национал-социализма — сам был его жертвой, как разбиваемый в кровь кулак является жертвой дурной или преступной головы?!

Конечно, речь идет только о рядовом и низшем командном составе; что же касается генералитета, то множество открытых со времени Нюрнбергского трибунала документов позволяют рассмотреть его преступную роль более широко и детально, а значит — правдиво.

«Господа, я принял решение…» — с этих слов верховный главнокомандующий вооруженными силами Германии Адольф Гитлер начинал каждое совещание со своими генералами. И каждое совещание превращалось в явный или скрытый конфликт.

В любом конфликте есть нападающая сторона.

Адольф Гитлер был нападающей стороной во всех конфликтах, кроме одного, со всеми своими службами — в двенадцатилетнем поединке со своими генералами Гитлер оборонялся.

В словах «рейхсвер» (старое название германской армии) и «вермахт» (название после прихода Гитлера) слово «вер» (Wehr) имеет разные значения: в первом — «оборона» (то есть, «оборона рейха», являющаяся отражением оборонной доктрины); во втором — «оружие». В сочетании с «махт», то есть силой, — доктрина меняется.

В этом изменении доктрины с оборонной на наступательную, зафиксированном в гитлеровском законе о строительстве вермахта, и состояла суть конфликта Гитлера со своим генералитетом.

В отличие от большинства дипломатов рейха, генералы старой веймарской школы имели здравый смысл понимать, что ни экономически, ни политически, ни морально Германия к войне не готова.

Гитлер, — надо отдать ему должное, — предчувствовал силу и глубину этого конфликта. «Других генералов у меня нет», — ответил он Рему в конце февраля 1933 года, когда руководитель СА стал настоятельно предлагать ему провести «генеральскую чистку» в рядах высшего командования.

Были ли у Гитлера моменты сомнения — а не заменить ли высокомерных рейхсверовских генералов, для которых он, Гитлер, навсегда останется «ефрейтором», на политически лояльных командиров СА?

Безусловно, сомнения были…

Но Гитлер готовил страну к скорой и перманентной войне; ему требовались профессионалы. На воспитание новых кадров времени он не оставлял.

Гитлер на совещании 5 мая 1941 года сказал:

«Именно теперь удачный момент… Ситуацию нужно использовать. <…> Пока русские не восстановят свои кадры, мы имеем также и преимущество кадровой выучки».

Преимущество «кадровой выучки», то есть профессионализма, знает себе цену. Военные профессионалы рейха храбро заняли наступательную позицию в отношении «ефрейтора».

Генералы совершили пять путчей против верховного главнокомандующего Адольфа Гитлера.

1. Потсдамский, январь 1933 года.

Со стороны генералов — попытка устранить Гитлера путем введения военного положения. Причина провала: общая ситуация в стране и плохая организация.

Защита Гитлера:

1) обещание (зафиксированное в соглашении) военному министру Бломбергу никогда не вступать в верховное главнокомандование (см. «Фелькишер беобахтер» от 5 августа 1934 года);

2) обещание устранить конкурента в лице СА и последовавшая за тем чистка («Ночь длинных ножей»).

Нарушение первого обещания — февраль 1938 года — устранение Бломберга и Фрича путем грязных инсинуаций (обвинения в сексуальных извращениях).

2. Берлинский, сентябрь 1938 года.

После увольнения Бека со стороны генералов — попытка предотвратить вторжение в Чехословакию (план «Грюн»), Отвращение к растущему антисемитизму. Гитлера судить Народным трибуналом, объявить душевнобольным. Причина провала: общая ситуация в стране, отказ Чемберлена поддержать путчистов, плохая организация, последовавший Мюнхенский сговор.

Уже летом 1938 года генерал Бек и его офицеры разработали план, согласно которому предполагалось захватить Гитлера, объявить его душевнобольным и передать власть военным. Осенью новый начальник Генштаба Франц Гальдер, президент Рейхсбанка Яльмар Шахт и абверовец Ганс Остер подготовили военный переворот, в ходе которого Гитлера и всех нацистов должны были отстранить от власти, а в Германии восстановить парламентское правление. Однако после Мюнхенского соглашения, когда Британия и Франция фактически уступили Гитлеру Чехословакию, заговор распался.

Защита Гитлера:

чистки в Министерстве иностранных дел (замена Нейрата Риббентроппом) и экономики (устранение Шахта). Мятежных генералов — «под колпак» Гиммлера.

3. Цоссенский (по названию городка под Берлином) путч, ноябрь 1939 года.

Еще один заговор возник после разгрома Польши осенью 1939 г. Генералы во главе с командующим сухопутными силами Вальтером фон Браухичем, собравшись в Цоссене, договорились отстранить Гитлера от власти и заключить мир с Лондоном и Парижем.

После победы над Польшей генералы прямо потребовали от Гитлера остановиться. Генералы требовали 10–15 лет мира для развития экономики и военной промышленности. Генералы осуждали расовые законы и жестокость по отношению к чешской и польской интеллигенции; антисемитизм считали опасным.

Прямой ответ Гитлера — четыре истерических речи, в которых рефреном шло: «Наша сила в нашей беспощадности!».

Струсивший Браухич отказался участвовать в попытке переворота, после чего заговор провалился.

Защита Гитлера:

1) «переговоры» с начальником генштаба Браухичем о необходимости поставить генералитет на место, после которых Браухич попал в больницу с сердечным приступом, а генералы остались с полностью раскрытыми «картами»;

2) гиммлеровская провокация с покушением на жизнь Гитлера в пивной «Бюргербройкеллер» 8 ноября 1939 года.

4. Сталинградский, январь 1943 года.

5. Путч, названный «Июльским заговором», 20 июля 1944 года.

Самая серьезная попытка переломить ситуацию. Не только из-за лучшей организации заговора и широкого фронта оппозиционных генералов, но прежде всего из-за растущего недовольства в рядовом и низшем командном составе вермахта.

Немецкий солдат и младший офицер — в основной массе бывший рабочий и разорившийся, пришедший в город крестьянин. Немецкому рабочему, который до 1942 года жил все лучше и лучше, было твердо обещано, что война еще улучшит его благосостояние, поскольку он получит наделы плодородной земли (на Украине, например), часто даже с готовым домиком. Но военные неудачи 1943 и 1944 года фактически перечеркнули эти надежды.