Элеанор Олифант в полном порядке - Гейл Ханимен

@johnnieLrocks

Саундчек: сделано. Стрижка: сделано. Сегодня вечером тащите свои жирные задницы в «Каттингс», мудошлепы.

#важноедело #красивыйублюдок

Немногословный мужчина. Мне пришлось загуглить слово «мудошлеп», и, надо признаться, результат меня несколько обеспокоил. Хотя что мне известно о бесшабашных обычаях рок-звезд? Они используют особенный жаргон, которому музыкант, без сомнения, научит меня в свое время. Не начнутся ли занятия уже сегодня? Я не могла поверить, что всего через несколько часов окажусь рядом с ним. Ах, это волнительное предвкушение!

В сумке лежало послание, отправить которое я не успела. Еще одно свидетельство того, что судьба сегодня ко мне благосклонна. Несколькими днями ранее я переписала для музыканта стихотворение, которое мне очень нравится, воспользовавшись шариковой ручкой «Бик» (до чего малозатратное чудо технической мысли!). Открытку я выбирала с особым тщанием: на белом фоне – гравюра невероятно привлекательного зайца с длинными ушами, крепкими лапами и удивительно самоуверенной мордочкой. С непостижимым выражением глаз он взирал вверх, на луну и звезды.

Поздравительные открытки, если учесть, что они представляют собой кусок картона с нанесенным типографским способом рисунком, абсурдно дороги. Да, к ним прилагается конверт, но все-таки. На работе с минимальным окладом придется трудиться почти полчаса, чтобы заработать на хорошую открытку со второсортной маркой. Для меня это стало открытием; раньше я никому никогда не посылала открыток. Итак, поскольку сегодня вечером я его увижу, марку можно не прилагать – я смогу вручить конверт лично.

Прекрасное стихотворение Эмили Дикинсон называется «Дикие ночи». В нем содержатся сразу два элемента, которые вызывают у меня необузданный восторг: необычная пунктуация и тема обретения родственной души после долгих поисков.

Я еще раз перечла стихотворение, осторожно лизнула клей на конверте – он оказался восхитительно горьким – и самым красивым вариантом почерка написала на лицевой стороне его имя. После некоторых колебаний я убрала конверт в сумку. Подходил ли сегодняшний вечер для поэзии? Мои сомнения мне самой казались странными: в конце концов, я купила открытку, заплатила за нее деньги. Но, может, сначала посмотреть, что будет на концерте, и только потом выводить наши отношения на эпистолярный уровень? Мне стоило сохранять благоразумие.

Ждать пяти часов пришлось целую вечность. Чтобы сэкономить время, в центр я отправилась на метро и зашла в ближайший к станции универсам, тот самый, где ранее приобрела ноутбук. Было двадцать минут шестого, до закрытия оставалось меньше часа. Отдел женской одежды располагался на втором этаже, и я, будучи не в состоянии найти лестницу, поднялась наверх на лифте. Пространство было весьма обширным, и я решила обратиться за помощью. Первая попавшаяся на глаза женщина походила на почтенную мать семейства и не казалась человеком, способным дать совет в области моды. Второй было около двадцати, так что она была слишком молода, чтобы что-то советовать мне. А вот третья, этакая Златовласка, оказалась в самый раз: примерно моих лет, ухоженная и рассудительная с виду. Я осторожно приблизилась к ней и спросила:

– Простите, будет ли мне позволено попросить вас о помощи?

Она перестала складывать свитера, повернулась ко мне и неискренне улыбнулась.

– Я должна посетить концерт в одном модном заведении и хотела бы попросить вашего содействия в поиске надлежащего туалета.

Ее улыбка стала шире и приобрела некоторые черты подлинности.

– В нашем магазине доступны услуги персональных консультантов-стилистов, – сказала она, – если хотите, могу вас записать.

– Нет-нет, – ответила я, – я иду сегодня вечером, так что, боюсь, мне необходимо что-то приобрести прямо сейчас.

Она окинула меня взглядом.

– Куда вы идете?

– В «Каттингс», – с гордостью сообщила я.

Она выпятила нижнюю губу и медленно кивнула.

– Какой у вас размер, двенадцатый^[7]?

Я кивнула, впечатленная ее способностью с первого взгляда так точно определить мои параметры. Она взглянула на часы и сказала:

– Пойдемте.

В отделе размещались как бы магазины внутри магазинов, и девушка повела меня в самый непритязательный из них.

– Так, вот что мне пришло в голову, – сказала она, – вот эти… – она показала мне смехотворно узкие черные джинсы… – и вот это… – черный топ, похожий на футболку, но из искусственного шелка и с дырочкой на спине.

– Вы серьезно? – спросила я. – Я скорее склонялась к красивому платью или юбке с блузкой.