Игра на вылет - Лорен Вайсбергер

Автомобиль перед ней со скрежетом затормозил, и Чарли едва не въехала в массивный зад черного «Шевроле Субурбан». Она бездумно следовала за ним через Малибу и Санта-Монику, а потом через Брентвуд и покрытые листвой улицы Беверли-Хиллз до полуострова, где «Субурбан» припарковался прямо перед ней.

На телефон пришло сообщение. Тодд.

Тридцать минут, «Айви», Робертсон. Не опаздывай.

Она отправила в ответ одну букву, К, и отдала ключи работнику парковки. Два носильщика сноровисто доставали из глубин «Шевроле» чемоданы от «Гойярд», и Чарли невольно замедлила шаг в надежде увидеть, что за знаменитость выйдет из машины. Судя по виду дорогих чемоданов, это могла быть Кардашьян. Или Рианна. Или Кэти Перри. Определенно не знаменитый голливудский актер. Пассажир «Шевроле» явно упаковал в багаж весь свой дом и приехал, чтобы здесь поселиться. Чарли уже хотела сдаться и идти в ресторан, когда водитель достал с переднего пассажирского сиденья теннисную сумку «Вилсон». С сумки свисала, как брелок, огромная сова с изумрудными глазами, подведенным красной краской клювом и длинными ресницами, которые, Чарли знала, были сделаны из настоящих усиков кролика. Она узнала бы эту безвкусную сову где угодно.

– Посмотрите, кто тут у нас! – воскликнула Наталья с заднего сиденья.

Каждый мужчина, женщина и ребенок, все, кто находится вокруг, перестали читать свои сообщения в телефонах, искать ключи и спорить со своими детьми и повернулись, чтобы посмотреть, как высокая блондинка в крохотных шортиках – настолько крохотных, что каждый мог заметить под ними ярко-розовое белье – выскользнула с заднего сиденья. Чарли могла поклясться, что услышала коллективный вздох, когда сандалии Натальи благополучно коснулись тротуара.

– Какая ты лапочка, что меня дожидаешься. Вот, возьми. – Наталья сунула в руки Чарли дорожный саквояж с логотипом «Гоярд». – Спасибо, дорогая.

Потрясенная тем, что видит Наталью в Лос-Анджелесе на четыре дня раньше, чем они будут играть в Индиан-Уэллсе в Палм-Спрингс, Чарли машинально проследовала за ней в вестибюль.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Чарли, когда Наталья показала удостоверение людям на стойке ресепшена. Чарли пришло в голову, что она тоже должна показать свое удостоверение, но она не могла вспомнить, куда его сунула.

Наталья наклонилась достаточно близко, чтобы Чарли уловила приятный ванильный аромат ее духов.

– Бенджи только что играл в «Про Боул» на Гавайях. Мы сегодня здесь встречаемся, чтобы немного… развлечься. А ты, Чарли? Опять проводишь вечер со своей командой? Наверное, скучно – иметь для компании только тренера и брата.

Чарли покраснела.

– Серьезно, подумай о том, чтобы найти себе мужчину, – сказала Наталья, доставая свой телефон. – Как насчет нового мальчика в мужском турне, того, из Филадельфии? Он, наверное, переспал бы с тобой.

В голове мелькнула картинка: Бретт, или Брент, или что-то в этом роде, худой, долговязый и прыщавый. Семнадцать лет в лучшем случае. За ним сразу всплыл образ Марко в мокрой от пота футболке, облепившей фантастические мышцы, повязка на голове фиксирует густые черные волосы. Его улыбка, когда они наедине…

Наталья засмеялась.

– Ой, подожди… по-моему, у него уже есть девушка. Но не беспокойся, я что-нибудь придумаю.

Обычно в таких ситуациях в ее ушах звучал голос матери, напоминающий, что всегда следует вести себя с достоинством, быть вежливой, не опускаться до конфликта. Чарли всю жизнь старалась следовать советам матери, однако сегодня в ее голове прозвучал голос Тодда: «Психологическая жесткость. Никаких больше милых девчушек. Хватит быть тряпкой. Полагаешь, Наталья задумывается хоть на мгновение о том, как бы не поранить чьи-то чувства? И ты не должна!»

Двери лифта начали закрываться – и сразу раздвинулись, когда Чарли просунула между ними руку.

– Что ты делаешь? – зарычала Наталья. Вся ее притворная любезность вмиг испарилась.

– Следи за своим поганым языком, – проговорила Чарли с угрозой.

– Да как ты смеешь!

Саквояж, который Чарли до сих пор держала в руках, полетел прямо в Наталью, и та поймала его с громким «Уф!».

– Желаю хорошо провести время со своим бойфрендом, – сказала Чарли, с удовольствием наблюдая испуг на лице Натальи. – Однажды я до тебя доберусь. Может, я не разгромлю тебя на следующей неделе или в следующем месяце, но запомни: однажды это случится. И я буду наслаждаться каждой секундой.

С этими словами Чарли отступила от лифта, наблюдая за тем, как Наталья беззвучно разевает рот, пока не сомкнулись двери. Она быстро окинула взглядом вестибюль, чтобы убедиться, что никто не смотрит в ее сторону, а потом позволила себе торжествующе рубануть кулаком воздух.

Когда Чарли открыла калитку белого забора и двинулась ко входу в «Айви», она услышала щелчки камер и фотовспышек. На тротуаре внезапно возникла толпа папарацци, к которой быстро подтягивались уличные зеваки. Не понимая, что происходит, Чарли растерянно остановилась, но почти сразу же почувствовала на спине чью-то руку.

– Они здесь не ради тебя, дорогуша, – сказал Тодд. – Ничего, все очень скоро изменится.

Чарли почувствовала, что краснеет от смущения и досады.

– Я так и не думала! – фыркнула она, идя за тренером к круглому столику в патио. Она села лицом к дороге и отсюда увидела, кто вызвал переполох: Блейк Лайвли и Райан Рейнольдс везли свою маленькую дочь в одной из тех колясок, которые стоят как подержанный автомобиль.

– Смотри внимательно, Чарли, потому что именно так все будет происходить с тобой, как только Мередит приступит к работе.

– Вы уже говорите обо мне? Отлично, я люблю быть в центре внимания.

К столику подошла женщина лет тридцати пяти, ростом не выше метра шестидесяти, и то благодаря высоким каблукам. Однако внимание Чарли в первую очередь привлек яркий каскад рыжих локонов.

– У вас потрясающие волосы! – выдохнула Чарли, прежде чем вспомнила, что их еще даже не представили друг другу.

– Вы думаете? Мне в основном приходится слышать, что я похожа на сиротку Энни, – улыбнулась Мередит, оттягивая один рыжий завиток.

– А по-моему, вы больше похожи на Мериду из «Храброй сердцем».

Мередит рассмеялась.

– Я уже вас люблю. Я Мередит Тилли, а вы, очевидно, Шарлотта Сильвер.

– Очень приятно с вами познакомиться, – сказала Чарли, наконец вспомнив, что следует встать и пожать Мередит руку.

Тодд жестом пригласил всех сесть, и в эту же секунду зазвонил его телефон.

– Общайтесь пока, – бросил он, отходя к забору.

– Он очень любезен, не правда ли? – сказала Мередит, невинно хлопая ресницами.

– Да, верх галантности.

Они улыбнулись друг другу. Может быть, процесс по изменению имиджа, которым пугал ее Тодд, не будет таким уж страшным.