Обратная сторона успеха - Сидни Шелдон

– Вот именно! Садитесь в самолет и поднимайте его в воздух!

Мне казалось, он шутит.

– Я жду.

Значит, не шутит. Я знал изречение: «Если падаешь с лошади, сразу вставай и садись в седло». Очевидно, капитан считал, что то же самое справедливо и для самолетов. Он совершенно равнодушно посылал меня на верную смерть.

Я взглянул ему в глаза и решил не спорить. Понуро поднялся в самолет и сел, стараясь отдышаться. Если я умру, моя гибель будет на его совести.

Курсанты смотрели, как я еду по взлетной полосе.

Я снова поднялся в воздух, попытался расслабиться и вспомнить все, чему меня учили о скорости, высоте и углах полета. И неожиданно в голове прояснилось. Я оставался в воздухе еще четверть часа и на этот раз совершил почти идеальную посадку.

А когда я спрыгнул на землю, капитан Андерсон проворчал:

– Вот так-то лучше. Завтра все повторить.

* * *

Последний месяц учебы прошел без приключений, если не считать одного памятного дня почти перед самым выпуском.

В то утро, когда я собирался взлетать, капитан Андерсон сказал:

– Мы получили штормовое предупреждение. Следите за небом. Если заметите грозовой фронт, садитесь.

– Есть, сэр.

Я поднялся, набрал высоту и принялся облетать горы, выполняя полетное задание.

«Мы получили штормовое предупреждение… Если заметите грозовой фронт, садитесь…»

Что, если меня застигнет гроза и я не найду места для посадки?

Я так и видел заголовки: «Пилот захвачен грозой».

Новость объявят по радио и телевидению. Весь мир, затаив дыхание, будет ждать, выберется ли из переплета молодой курсант. На летном поле будут кишеть машины «скорой» и пожарные.

Я был целиком захвачен грезами и наслаждался собственной храбростью перед лицом грядущей катастрофы, когда небо вдруг потемнело. Мой самолет оказался в центре грозы. Я летел вслепую, окруженный зловещими черными тучами, и не видел не только взлетного поля, но и ничего вокруг. И знал наверняка только одно: со всех сторон грозные горные пики, в которые можно врезаться в любую секунду. Я потерял ориентацию. Где взлетное поле? Подо мной? Надо мной? Сбоку?

Ветер стал швырять самолет, как сухой лист. Заголовки, которые я представлял, грозили стать реальностью. В попытке избежать столкновения с горой я описывал небольшие круги, спускаясь все ниже, стараясь оставаться в той же безопасной зоне.

Когда до земли было тридцать футов, я увидел поле и собравшихся на нем людей.

Я посадил самолет. Взбешенный инструктор подступил ко мне:

– Что это с вами? Я же говорил о штормовом предупреждении!

– Простите, сэр, гроза подкралась незаметно.

Я получил «крылышки» ровно через три месяца после приезда в Ричфилд. Капитан Андерсон созвал всех курсантов:

– Вы вполне готовы для обучения на многомоторных самолетах «ВТ-12», и «DAT-6». Но к сожалению, на высших летных курсах сейчас нет мест. Так что вы пока в резерве. Места могут появиться когда угодно. Здесь оставаться вам не обязательно, так что сержант запишет ваши телефоны, чтобы связаться с вами в любую минуту дня и ночи. И как только на курсах появятся места, мы вам позвоним. Удачи.

Я подумал о Бене Робертсе и решил, что, пока жду места на курсах, отправлюсь к нему в Нью-Йорк.

Я забронировал номер в одном из манхэттенских отелей и дал сержанту номер его телефона, предчувствуя, что не успею прибыть в Нью-Йорк, как меня отзовут. Но все же попрощался с однокурсниками и сел в самолет, вылетавший в Нью-Йорк.