Только слушай - Елена Филон

Да и какая мне разница? Сказали – бесплатно, чего голову ломать?

Заняла боковую комнатку в серо-голубых тонах, с широкой кроватью и встроенным в стену шкафом-купе, бросила на паркетный пол сумку, ощутила укол пустоты оттого, что угол не занят моей «крошкой», и, сама того не ожидая, уснула. В восемь вечера.

Я превращаюсь в старушку.

Проснулась от хлопка двери. Наверное, соседка объявилась. Организаторы согласились поселить меня и Николь вместе, а вот третья девушка должна была прибыть сегодня ночью.

Стало тихо. Наверное, спать легла.

Электронные часы на прикроватном столике показывали половину второго и, судя по всему, мой организм уже успел получить необходимый заряд энергии, раз за следующие полчаса уснуть так и не получилось.

Натянула чёрную толстовку, пижамные штаны решила не переодевать, влезла в мохнатые тапочки и вышла на совмещённую с гостиной маленькую кухоньку, собираясь что-нибудь перекусить. Продуктов не было. Только чай, кофе и сахар, а страдать бессонницей до утра в планы не входило. Вроде бы на этаже был автомат со всякими сладостями…

Автомат отыскать так и не получилось. Скорее всего, он был в холле отеля, а туда в таком виде спускаться не хотелось.

Потащилась обратно к номеру, когда на глаза попалась табличка у лестничного выхода, сообщающая о том, что зона отдыха на крыше вновь открыта и посещать её может любой желающий.

Я ведь «любой желающий»?

Пыхтя и задыхаясь, поднимаясь с третьего этажа на десятый, остановилась где-то посередине и внезапно вспомнила, что есть лифты. Вот тупица.

Ладно. Спортом заниматься полезно.

Толкнула большую металлическую дверь и с наслаждением ощутила, как прохладный ночной воздух Лос-Анджелеса остудил разгорячённую кожу.

Блаженство.

Вдохнула полной грудью и тихонько закрыла за собой дверь.

Самый настоящий парк отдыха на крыше! С зеленью, с цветами, с фигуристыми скамейками и стопкой пледов для пикника. Фонари вдоль мощёной камешками дорожки освещали путь, приглашая прогуляться. Усыпанное звёздами небо и ясный молодой месяц придавали обстановке воистину сказочную атмосферу.

Зашагала вперёд. Ничего себе, тут даже прудик есть. Джакузи? С ума сойти, и это всё на крыше здания!

Не знаю, какой вид открывается с крыш небоскрёбов, но для меня вид на город Ангелов даже с невысокого здания вроде этого просто сногсшибательный!

Для безопасности посетителей вся зона отдыха была ограждена высокими стенами, где-то кирпичными, где-то из толстого и наверняка прочного прозрачного пластика, и только один участок крыши позволял без преград насладиться панорамой Лос-Анджелеса – небольшая смотровая площадка с бортиком до уровня груди, выходящая в сторону океана. И на этой площадке я была не одна.

В половине третьего ночи.

Замерла, как вкопанная, глядя на высокий силуэт мужчины – на скрывающуюся в полумраке широкую спину и серую вязаную шапочку, прячущую под собой густую каштановую шевелюру.

Что он делает здесь в такое время?.. Лучше тихонечко уйти, пока не заметил. Завязываю я со всякого рода общением, с кем бы то ни было из FB.

Развернулась и встала на цыпочки.

– Тейт?..

Чёрт. Неловко, наверное, выгляжу.

Сегодня уровень моего тупизма зашкаливает прямо-таки!

Натянула на лицо фальшивую улыбку, засунула руки в карманы толстовки и круто развернулась:

– Привет, Калеб.

Калеб улыбался. И так искренне, что ещё больше захотелось бежать со всех ног. Пока я наконец не дам стопроцентное определение этому его взгляду, буду чувствовать себя не в своей тарелке.

И это идиотское чувство неловкости – самое идиотское чувство на свете! С придурком Шейном и то общаться легче. Что может быть проще, чем отвечать оскорблениями на оскорбления?.. Для этого и ума-то много не надо.

Ладно, не дура же я последняя…

Сделала шаг вперёд.

– Стой! – вдруг воскликнул Калеб, выставив ладони вперёд.

– Эм…

– Не иди по прямой. – Снова улыбается. – Вот по этой дорожке.

Свернула в сторону, не в силах сдерживать сомнительную улыбочку:

– Что происходит? Минное поле?

Калеб коротко пожал плечами:

– Тут везде камеры. А я в слепой зоне.

– Как это я не догадалась…

– Стой!

– Что ещё?

– Теперь сюда, – усмехнулся Калеб, указывая рукой дорогу.

Послушалась. Свернула ещё немного вправо.

– Хорошо, – Калеб протянул мне руку, – а теперь становись сюда.

Сухая и тёплая – его ладонь. Как и тогда – в аэропорту.

– Два метра. Вот за эту черту, – Калеб отчертил носом кеда невидимую линию, – не выходить.

Улыбаясь и удивлённо приподняв брови, взглянула ему в лицо:

– Слепая зона на смотровой площадке на крыше? Это ты, что ли, с камерами поиграл?

Калеб пожал плечами и хитро посмотрел на сияющий огнями город:

– Нет, что ты. Ну если только немного.

Заняла место рядом, уперевшись локтями в край ограждения, так что наши плечи практически соприкоснулись. Два метра. Всего два. И это не моя вина.

– Да ты просто мастер шифроваться, – усмехнулась я, наслаждаясь порывом прохладного ветра, ударившего в лицо и принёсшего с собой свежий запах океана.

– Ещё только учусь.

Немного помолчали. Пристально взглянула на его профиль:

– Это так необходимо?

Калеб продолжал смотреть на город:

– По контракту все передвижения должны быть согласованы с менеджером.

– Отстой.

Калеб повернул ко мне голову. Глаза, обычно сияющие серебром, казались непривычно тусклыми:

– Во всём есть свои плюсы.

– И какие же плюсы у того, чтобы прятаться?

Лёгкая улыбка коснулась губ Калеба; он так близко, что в ночной тишине был слышен каждый вдох.

– Риск, – он пожал плечами. – Обострённое чувство свободы, которое не ощутить, будучи освобождённым от обязательств. И… и никогда не знаешь, кто найдёт тебя сегодня.

Спрятала руки в карманы толстовки и прильнула к ограждению спиной, всё ещё не сводя глаз с Калеба:

– И часто тебя здесь находят?

– Здесь? Ты первая.

Не зная, что ответить, просто кивнула.

– Что ты вообще здесь делаешь в три часа ночи?

В ответ Калеб бросил весёлый взгляд на мои пижамные штаны:

– А ты? Тоже не спалось?