The Телки. Повесть о ненастоящей любви - Сергей Минаев

— Он же пьяный в хлам, — кривится Настя. — Сейчас начнутся слюнявые приставания.

— Я тебя умоляю, зайка! Я тебя умоляю! — Я обнимаю ее за плечи. — Какие приставания?! Скрасит ваше тоскливое одиночество, и все!

— В смысле? — не врубается Маша.

— В смысле счет оплатит. Или дальше куда пригласит.

— Я дальше никуда не поеду. Я поеду домой, — мотает головой Настя.

— Ну, и не поедем, так… потрещим. — Маша стучит пальчиками по бокалу. — Андрюш, он вообще нормальный? Ты его давно знаешь?

— Господи, да десять лет уже. Какой он нормальный? В пятницу развелся и собирается оставить бывшей жене папину квартиру на Комсомольском, а сам съехать в дом на Истру. Нормальные люди так поступают?! На черта нормальному человеку жить на Истре, я вас умоляю!

Глаза Маши загораются. Настя переводит взгляд на Вована, затем на меня.

— Маш, в принципе, можно еще по бокалу. Как думаешь?

— В принципе… — Она делает паузу. — А сколько сейчас времени?

— Какая разница, зайка? — Я беру в руки щипцы для льда и кидаю в Машкин бокал пару кубиков. — Relax, take it e-e-e-e-a-a-a-sy-y, para durirum daram dara…

— Ну ладно. Веди своего холостяка, — уголками губ улыбается Настя.

— Ты точно уверен, что тебе нужно домой? — интересуется Маша, поправляя под платьем бретельку бюстгальтера.

— К сожалению, зайка. К огромному сожалению, — я прикладываю руку к груди, картинно кланяюсь и скипаю обратно к нашему столику.

Там продолжается жаркая дискуссия по поводу скоропалительного расчета. Вова настаивает на продолжении праздника.

— Брат, — я встаю у него за спиной и кладу руки ему на плечи, — брат, я только что разговаривал с двумя телками. Не оборачивайся. Он все равно делает попытку обернуться, но я удерживаю его обеими руками.

— А… чо за телки-то? — мычит Вован. Антон и Ваня с надеждой смотрят на меня.

— Хорошие, Вова, хорошие. Одна из них на тебя запала. Вторая, в принципе, тоже не прочь. Пошли, познакомлю.

— Я не знаю. — Вова обмякает на стуле. — Неудобно как-то… Ты гонишь или серьезно говоришь?

— Вова, чего ты менжуешься, а? Ты человек, а не офисная мебель! Пошли со мной! — командным голосом говорю я ему прямо в ухо.

— Вован, телки нереальные, мне отсюда хорошо видно, — кивает Ваня.

— А одна из них работает в финансах «Nestle», я ее знаю, — подзуживает Антон.

— Вова, это шанс, который судьба посылает тебе в ответ на недостойное поведение твоей бывшей. Я тебя умоляю, не упусти его. Сделай это ради своей страны, чувак!

— Почему ради страны-то? — Вова все-таки оборачивается. — Страна-то тут причем?

— Присказка такая. — Я не даю ему опомниться, хватаю за плечи и тяну вверх. Вова встает, надевает пиджак и неуверенно тащится за мной.

Мы подходим к девушкам:

— А вот и мой грустный, но прекрасный друг, сударыни. Это Владимир. Тоже скучает. Девушки смеются.

— Володя, а вы о чем скучаете? — спрашивает его Маша.

— А давайте выпьем за скуку! — перехватывает инициативу Настя.

— А потом в караоке поедем, — выдавливает из себя этот пьяный баран. Кажется, все мои усилия пошли прахом, но неожиданно меня выручает Маша:

— А что? Я, например, очень люблю петь, — похоже, она готова отправиться даже в зал игровых автоматов.

— У вас еще, оказывается, и общие интересы! Маша, ты никогда не говорила мне, что любишь петь!

— Ты никогда не спрашивал, — хмыкает она и переключается на Вову. — А куда поедем? В «Крик»? В «Чипполино»?

— Браво! — Я хлопаю в ладоши. — Ладно, друзья, я, пожалуй, пойду. Не буду вам мешать, не хочу отсвечивать, и все такое. — А может, с нами, а? — интересуется Вовка.

— Нет, нет, нет. Наин, ноу вей, но пасаран и так далее.

— Бывай, брат. — Вова встает, обнимает меня и целует в обе щеки. — Завтра увидимся! Счет за стол пусть сюда пришлют!

— Нет проблем, старичок! — Я выскальзываю из его объятий, незаметно посылаю девушкам воздушные поцелуи и возвращаюсь к ребятам.

— Как тебе это удалось? — выпаливает Антон. — Я думал, мы сегодня попали, — кривится Ваня.

— Все зависит от того, как себя позиционировать. — Я допиваю свой виски. — Ваня, позови официантку, пусть она счет за наши посиделки этому кретину отнесет.

Ваня беззвучно, но картинно аплодирует. Антон поднимает два пальца, салютуя. Откуда-то сверху начинает играть «Smalltown Bоу»:

Run away,

Turn away,

Run away,

Run away.

Я ставлю пустой бокал на стол:

— Пора валить, они могут передумать…