Иллюзия разобщенности - Саймон Ван Бой

Проснулся он двенадцать часов спустя, в сумерки, и тихо лежал, пытаясь понять, что происходит. В тишине он слышал, как стучит его сердце — словно отсчитывая время, которое ему осталось прожить.

Прежде чем продолжить путь, Джон решил отважиться заглянуть в подвал. Сперва он проверил, нет ли кого снаружи, потом снял башмаки, носки и повязку. Закатав брюки, бросил в дыру несколько крупных обломков мебели, морщась от грохота. Потом медленно слез вниз. Ледяная вода притупила боль в его ноге. Он планировал открыть капот машины и достать несколько трубок, которые пригодились бы, чтобы дышать под водой.

Крышка капота так громко заскрипела, что Джон не сомневался: любой, кто оказался бы снаружи, услышал бы. Пару мгновений он прислушивался, но слышал только свое дыхание и слабый посвист утреннего ветра в развалинах.

Двигатель и ходовая часть уже начали ржаветь. Джон накапал воска на крыло, чтобы закрепить свечу, и нашел нужный шланг. Он легко оторвался, и Джон выбрался обратно наверх по груде мебели, постаравшись не потревожить бывшего жильца.

Уложив вещи, Джон завел часы и вышел наружу. Уже почти стемнело. Джон пошарил вокруг дома в поисках еды и нашел маленькую грядку моркови, росшей возле овоща с тяжелыми листьями, которые почти полностью съели слизни.

Приняв еще обезболивающего, Джон продолжил свой путь на север, огибая деревни и забиваясь в укрытие при дальнем ворчании двигателя. В воздухе шли активные действия, и иногда около полуночи Джон ложился на спину, чтобы посмотреть на сверкающий воздушный бой.

План его пока удавался, и он подумал, что можно попытаться забраться подальше на север у побережья.

Рассвет оказался сухим и теплым. Строений поблизости не было, и Джон втиснулся в живую изгородь, раскинул руки и ноги вдоль веток и корней, так же, как когда прятался в ту первую ночь. Он помочился, повернувшись на бок (испражнялся он только в пути, чтобы запах не привлек никого, идущего мимо).

Несмотря на то что Джон съел половину припасов, заснул он очень голодным, а потом проснулся, часов десять спустя, ранним вечером, совершенно без аппетита. Еще у него кружилась голова, и нога так болела, что он едва не задумался о том, чтобы застрелиться.

Когда достаточно стемнело, чтобы снова двинуться в путь, Джон вылез из кустов, чтобы провести третью ночь в дороге. В первый час его несколько раз стошнило. Потом его желудок словно пересох и успокоился.

Пейзаж изменился. Изрытые боями поля и низкие заграждения из колючей проволоки. Джон подумал, не добрел ли он каким-то чудом до бельгийской границы. Потом пошел дождь, и Джону стало очень плохо. Когда рассвело, он лег под дерево и отключился.

Девять часов спустя, когда его ждала четвертая ночь в дороге, Джон подумал, что у него ничего не выйдет.

Если он сдастся, его станут пытать и убьют; если заставит себя идти дальше, точно упадет. К тому же он убедил себя, что ходит кругами и что ферма Поля всего в нескольких сотнях ярдов. Четыре таблетки обезболивающего помогли ему двинуться дальше. Всю ночь принимался идти дождь, к рассвету Джон промок насквозь и едва мог шагнуть. Лоб у него горел в лихорадке, перед глазами мутилось.

Где-то ближе к рассвету он огляделся и понял, что вокруг человеческие останки. Он нашарил револьвер и взвел курок. Испачканная грязью немецкая пехотная форма, разорванная в клочья. Их обстреляли с воздуха из пулеметов.

Потом Джон увидел кошку. Он попытался пойти за ней, в надежде, что кошка приведет его к ферме, но оказалось, что это каска, доверху залитая грязью. Джон упал на колени и уставился на каску, потом понял, что это все-таки не грязь.

Примерно через час Джон открыл глаза, услышав рокот танка. Деревьев или кустов, чтобы спрятаться, вокруг не было, поэтому он закатился в глубокую танковую колею. Он хотел смешаться с остальными трупами в поле.

Перебирая руками и ногами в грязи, Джон осознал, что под ним тело, и когда оно шевельнулось, Джон отпрянул и с размаху сунул револьвер в мерно разевавшийся рот. Пара глаз, белых от паники, уставилась на него. Джон поймал пальцем спусковой крючок и стал ждать, чтобы танк подошел ближе. Шум заглушит выстрел.