Без любви жить нельзя - Наталья Горбачева

Так сидела я, морально готовясь пойти к Анне Вячеславне — а вдруг там уже хладный труп?

И вдруг Анна Вячеславна сама появилась на кухне. Вид у нее был, если сказать одним словом — блаженный. Розовенькая, какая-то легкая, симпатичная, веселая. Контраст со вчерашним был немыслимый, трудно даже поверить…

— Анна Вячеславна, сегодня Троица! Поздравляю вас с Троицей!

— Деточка… Троица? Да, это когда березки приносят.

— День рождения Церкви сегодня, знаете?

— А вы ее поздравили? — весело спросила соседка.

Я расхохоталась:

— В общем, да… А что случилось? Вы такая какая-то счастливая сегодня. Женя приходил?

— Женечка… не приходил. Он через неделю придет… Наташенька, вы вчера заходили ко мне в комнату? — осторожно спросила она.

— Заглядывала.

— А свет включали?

— Нет!

— Не включали? — почему-то не верила она. — А вы знаете… Я вчера была чем-то расстроена. Очень было нехорошо, очень… Не хотела даже молиться за моих дорогих покойников.

— Да какая уж тут молитва! — не удержалась я вставить колкость. — Только сядьте, пожалуйста, я вам кофе сварю. И что?

Она машинально присела на табуретку.

— Все-таки поднялась старушка, включила эту свою маленькую лампочку… и, знаете, Наташенька, так горько мне стало, одиноко как-то. Я даже не могла никого вспомнить. Сижу как старый пень. — С ее лица даже при этих словах не сходила блаженная улыбка.

— Вы не старый пень! А самый что ни на есть могучий… Вот вы сидите и что дальше?

— Дальше? Я и говорю: Господи, вот столько я за них молюсь, а может, всё это обман и на том свете ничего и нет? На земле ничего скушно и там ничего нет… Вот если бы кто-нибудь мне оттуда мигнул. Так и говорю: одним глазком мигнуть можно? И вдруг в комнате стало так светло — будто свет включили и вот такие по всей комнате языки, яркие языки, как в печке такие… языки огненные — падают, падают. — Анна Вячеславна стала вертеть кистями, показывая, как они, извиваясь, падали… — И стало мне так весело! Вы не включали свет?

Я оторопела от неожиданного признания. Здесь, в комнате за моей стеной…

— Да это же Сам Дух Святой к вам сошел, Анна Вячеславна! Конечно! В виде огненных языков…

— Нет… этого не может быть… нет, нет, — отрицалась она.

— Да почему же не может! — восклицала я в восторге. — Надо же такому быть! У меня за стенкой — Дух Святой Лично… вот так чудо! И не отрицайте! По вам видно, что это так. Это Он вас так преобразил! Вчера была смерть смертью, и какая вы сегодня… Настоящий Божий одуванчик! Вот теперь я знаю, как выглядит Божий одуванчик! И день был вчера подходящий — Троицкая родительская суббота. Мы за них молимся, а они за нас! Вы попросили, вот вас Господь и утешил. Дух Святой — Он же Утешитель. Дорогая Анна Вячеславна, это Дух Святой! Подождите!

— Да, да именно утешил, — засмеялась она. — Такая радость на душе всю ночь. Я еще и не спала совсем. Вот до сей минуты не спала и спать не хочется…

Мне вдруг тоже передалась радость соседки, помимо воли я запела «Царю Небесный, Утешителю…» и это чудная молитва к Духу Святому сама собой вертелась в моей голове всю неделю…

Я пошла в свою комнату, порылась в книгах и возвратилась на кухню с двумя.

— Вот слушайте, Анна Вячеславна, из Деяний Апостольских: «И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них. И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках…»[7]А вот что преподобный Макарий Великий написал, — нашла я в другой книге. — Дух Божий «когда хочет — бывает неизреченным упокоением; когда хочет — бывает огнем, пожирающим всякую нечистоту греха; когда хочет — бывает радованием и миром, чтобы душа на самом опыте насладилась благостью и сладостью Его».

— Да, да, да. — Анна Вячеславна кивала головой почти на каждом слове, но мысли ее были где-то совсем в другом месте.

А назавтра был День Святого Духа, мой самый любимый после Пасхи праздник. Почему? Не знаю. Поначалу мне просто очень нравилось его название Духов день…

Вернувшись домой после духовской службы, я сварила, наконец, чашку вожделенного «утреннего кофе». Но пить не смогла, сидела под впечатлением вчерашнего чуда в какой-то отрешенности от мира. И даже не поняла, когда на пороге кухни появилась Анна Вячеславна.

— Наташенька… вы уже вернулись? Как хорошо. Вы знаете, когда с тобой происходит что-то чудесное, хочется этим с кем-то поделиться. Как горем…

Я напряглась, думая услышать про новое горе, но Анна Вячеславна на огорченного человека все-таки была не похожа…

— Анна Вячеславна, пожалуйста, не говорите загадками…

— Наташенька, вы знаете… Если бы мне когда-нибудь сказали, что такое возможно, не поверила бы… В Золотоноше Закон Божий нам преподавал очень духовный священник, Иоанникий. Но и ему не поверила бы. Сегодня утром снова приходил Святой Дух…

— Как? В светлой комнате? Было видно? — Моя чашка поскользнулась на ровном месте и упала на колени, выплеснув кофе… — Ну, Анна Вячеславна! Это за гранью… — и не смогла досказать. От нахлынувшего умиления сами собой потекли внезапные слезы.

— Мне до сих пор так весело, ничего не соображаю, — удивленно сказала она. — Я, кажется, два дня не ела и не спала…

— Это плохо! Сейчас борща разогрею…

— Силы появились… Хочу выйти на улицу.

— Вот это дело! — обрадовалась я, потому что соседка на улицу почти не выходила. — Анна Вячеславна, одевайтесь, я покушаю. Это вы Духом Святым напитались, а я голодная…

Через полчаса мы вышли из дома и сели на скамейку в нашем скверике. Анна Вячеславна блаженно улыбалась и совсем не хотела разговаривать, даже рассказывать про любимую Золотоношу. Я, глядя в синее-синее небо, размышляла о том, почему о вчерашнем и сегодняшнем чуде знаем только мы двое? Правильно сказала моя старушка: этой радостью хочется поделиться с кем-то так же, как и горем.

Но нет никого рядом. Женя с его мадам, конечно, скажут, что старушке привиделось. И тогдашние мои друзья, все родственники были далеки от веры. А Дух насильно не пристает к человеку… «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа»[8].

— Анна Вячеславна, как я вас люблю, — обняла я ее.

— Дорогая Наташенька… Самый близкий мне человек. Я так благодарна Богу за встречу с вами…

— Как я благодарна, Анна Вячеславна, вы даже представить не можете… — поцеловала я мою старушку.

Это и есть праздник души. Духов день.