Крещение огнем. Борьба исполинов - Максим Калашников

А что получилось? Знаете, последние годы холодной войныпсихотриллера напоминают мне столкновение двух армий. Только в одной командующий и его штаб знают свои силы досконально. Они прекрасно осведомлены о возможностях каждой из частей своей армии, знают доподлинно, чего и сколько есть на тыловых складах. Более того, представляют себе слабые места противника. А вот командная верхушка противостоящей им армии запросто выпускает из виду целые свои дивизии. Не знает, что на складах у нее хранится чудо-оружие. Первая армия — Америка. Вторая, непутевая — Советский Союз.

Я знаю, читатель, что СССР так и не использовал ценнейшие организационные находки Третьего рейха и США, создавших альтернативные центры научно-технического развития. И Гитлер, и американцы понимали, что старые, матерые корпорации (фирмы и министерства) ограниченны в своих взглядах. Многие инновации и изобретения они встречают с недоверием, а то и вовсе в штыки. А значит, нужные некие параллельные центры поиска, разработки и вбрасывание в текущую реальность новых, революционных инноваций. В гитлеровской Германии такую роль сыграли научно-исследовательско-конструкторские структуры СС, где институт «Анэнербе» выступал лишь одной частью такой «альтернативной реальности». Именно благодаря им немцы смогли достичь впечатляющих успехов в ракетостроении, например. А США имели опыт ядерного Манхэттенского проекта. Позже при оборонном ведомстве Америки возник Департамент перспективных исследований (DARPA), где за счет государства велись и ведутся революционные разработки. Их плоды всегда носят двойной, мирно-военный характер. И DARPA в нужный момент впрыскивает их в экономику, помогая становлению высокотехнологичных компаний и развитию новых проектов. Именно так возникли Интернет, гигантская сфера бизнеса на инфотехнологиях и целый мир, связанный с мобильными, сотовыми телекоммуникациями. По сути дела, американцы смогли извлечь из своей гонки вооружений громадный экономический эффект.

Нечто подобное мог бы сделать и Советский Союз. В зародыше у нас была система, похожая на DARPA — Секция прикладных проблем Академии наук СССР и 13-е Управление Минобороны. Здесь концентрировались сведения о прорывных научных и инженерных разработках. А к ним добавлялись и другие поисковые и научно-внедренческие центры. Они действительно возникали в известной нам реальности с 1987 г. Конечно, советская система была не такой гибкой в экономическом плане, как американская. У янкесов выгодные технологии, вброшенные в реальность, подхватывались частными предпринимателями. Но и эта проблема была разрешима. Под прикрытием спецслужб (и имевшихся, и возможных в перспективе) Горбачев мог бы создать систему центров научно-технического творчества и новых производств на революционных технологиях, опереться на сеть закрытых советских наукоградов. По сути дела, возникала параллельная экономика развития, осуществлялась мечта Андропова. Она становилась питательной средой для будущего частного предпринимательства. Но основой оного становился не грабительский вывоз сырья и технологий, как получилось у Горбачева и реформаторской мрази «постсоветских» 1990-х годов, а высокие технологии. У нас появлялись совершенно иные бизнесмены и промышленники. Сеть «параллельной экономики» развивалась одновременно с конверсией в оборонной индустрии и с открытием совместных советско-зарубежных предприятий. Шло насыщение внутреннего рынка СССР их продукцией: колбасами, одеждой, бытовой техникой и иными потребительскими товарами, не из Китая завезенными, а сделанными в своей стране. И в то же время наш главный противник, Штаты, изнемогал бы в борьбе, подрывая собственную экономику.

Но Горбачев и его люди просто не увидели таких возможностей. СССР выглядел могучим гигантом с плохими мозгами! Политбюро и правительство оказались негодными «головами». Насколько скверно Политбюро играло роль «коллективного разума», вы уже знаете. Корпус всяческих референтов и помощников, советников, заместителей министров и «писателей речей» был уже заражен неверием в возможности страны, духом капитуляции перед Западом. А ведь именно они готовили справки и доклады для начальства. Вот и получалось: лидер с ограниченным кругозором и хаотическим, раздвоенным сознанием вдобавок получает неполную, отфильтрованную информацию. Окружение-то, готовившее Горбачеву всяческие справочные материалы, страдало антисоветизмом, свято верило в неизлечимость болезней СССР, а потому и информационную картину лепило соответствующую. Ну что мог насоветовать Г. «академик» от идеологии Александр Яковлев, серый партийный бюрократ, помешанный на борьбе со сталинизмом? Который в жизни своей не руководил ни одним успешным проектом — космическим, военным или нефтегазовым, на худой конец? И самое сильное впечатление его было чисто обывательским: от витрин магазинов Североамериканского континента. А какие советы мог дать надменный Трапезников, уверенный в превосходстве всего западного?

Сталин, став во главе грандиозного проекта развития СССР, прекрасно понимал ценность неискаженной информации. Все эти справки из правительства, из наркоматов (министерств) — это хорошо. Но Иосиф Виссарионович обеспечивал и альтернативные источники сведений о происходящем в стране. Линия НКВД? Конечно. Наркомата государственного контроля? Отлично. Канал партийного контроля? Безусловно. Но у Сталина, по преданию, имелась еще и личная разведка. Нет, не всеобъемлющая, конечно, а точечная, выборочная. Так, чтобы посмотреть, что делается на большой стройке, в каком-то регионе или научном направлении. Поговаривают, что одним из агентов такой личной разведки Красного императора был писатель Михаил Шолохов, чем и объясняются некоторые странности его биографии. Имея взгляды на положение как бы с разных сторон, Сталин получал объемную «картинку» реальности, мог выявлять скрытые резервы СССР и корректировать свои действия. А вот у Г. таких альтернативных каналов наблюдения за ситуацией в стране не было.

Насколько лучше было положение Рейгана! Ведь сей голливудец тоже не блистал интеллектом и обширным кругозором. Но зато у него имелась разветвленная и сложноорганизованная интеллектуальная команда. Была Рабочая группа по национальной безопасности (НСПГ): рабочий «коллективный разум», нацеленный исключительно на разработку и воплощение планов по разгрому Советского Союза. Аналога ему в Москве так и не создали. Но НСПГ выступал как интегратор множества человеческих систем коллективного думанья: спецслужб, военных штабов, «мозговых трестов», аналитических структур крупных монополий, негосударственных ассоциаций и университетов. К услугам Рейгана прямо или косвенно была вся эта интеллектуальная мощь. Взять хотя бы университеты США!

«… На холмах солнечной Калифорнии раскинулся Стэндфордский университет. Посреди него — огромная, фаллической формы башня. Это Гуверовский Институт Войны, Мира и Революции. Но мало кто знает, что в его тихих стенах хранятся не только уникальные страницы истории. Там рождалась политика Республиканской партии США последних десятилетий, и там до сих пор работают люди, которые эту политику делали. Это относится и к „звездным войнам“…

Достаточно взглянуть на список сотрудников института хотя бы за 1999 г. Возглавляет его бывший госсекретарь Джордж Шульц. Затем следуют тоже бывшие — министр обороны Уильям Перри, заведующая советским отделом Совета национальной безопасности Кондолиза Райс, посол на переговорах по сокращению вооруженных сил в Центральной Европе Ричард Старр и многие другие…»