Стекло и дерево - Сергей Буянов

– Алина, так значит.

– И всё-таки?

– Очень хорошо, просто замечательно!

– Сегодня же начнём.

Подслушивать одностороннюю речь не имело смысла, Эвелина вошла в комнату. Мама радостно кивнула, приветствуя её. Это уже неплохо!

– В ванной? – переспросила Карина Львовна, лукаво сощурившись. – А ты посмотри повнимательнее!

– Мамочка! – воскликнула Эвелина, пытаясь обнять маму и прервать подозрительный разговор. Но Карина Львовна заговорщицки прижала палец к губам, давая знак: молчать!

Но обострённый слух Алины уловил изменение интонации.

– Да, конечно, сейчас же, подождите секунду, Карина Львовна! – Иванова впопыхах сунула трубку под подушку и кликнула мужа.

– Володя! Давай придумай что-нибудь! Только срочно! Надо выручать Эвелину! Мать что-то подозревает!

– Не так быстро, ничего не могу расслышать, – нахмурился супруг.

– Я сказала, что она в ванной. Говорили-говорили, а теперь она опять спрашивает!

– Я не знаю, – замешкался Владимир.

– Выручай же друга!

– Надо было сразу всё продумать, – недовольно буркнул он. – Скажи, что в ванной твой отец!

– Всё, всё поняла, – нетерпеливо махнула рукой Алина, прерывая мужа. – Извините, Карина Львовна! В ванной мой папа, он у нас ночевал с трёх утра, так получилось.

– Не надо оправдываться, Алина. Мне совсем не интересно, кто в вашей ванной! Отвечай на вопрос! – Липутина говорила так, чтобы дочь ничего не могла понять и заподозрить, что речь идёт о ней. Но Алина приготовилась к ответу.

– Володя! Володя! – закричала она так, словно муж находился где-то на улице. – Секундочку, Карина Львовна.

Алина победно посмотрела на ничего не понимающего супруга, выждала паузу и сказала:

– Эвелина ушла в библиотеку.

– Когда? – настойчиво продолжила опрос Липутина.

– Володя! Секунду, извините, пожалуйста. Он уже уехал! Понимаете, я только что проснулась. В последнее время так много сплю, как клуша! Скажите, Карина Львовна, а у вас так же во время беременности было?

– Я, я уже не помню всего, – замешкалась Карина Львовна, – что-то похожее. А в какую библиотеку?

– Я даже не знаю, – приложив руку к сердцу поведала Алина. – Вроде бы вчера никуда не собиралась, я и думала, что она в ванной.

– Хорошо, – нехотя согласилась Липутина, – я в полдень буду на кафедре, до встречи!

Карина Львовна положила трубку и, строго глядя в глаза, обратилась к дочери:

– Что в библиотеке?

– Да так, мама, ничего особенного. Шопенгауэр – только старый. Карину Львовну передёрнуло от упоминания великого философа. Уж больно лукавый взгляд у дочери!

– И ты сразу ушла?

– Конечно, сразу! Ведь бабушка ночевала одна!

– Посмотри, что я тебе привезла! – Карина Львовна с гордостью указала на разложенные вещи. – Примерь, вот, блузку!

Когда дочь удалилась в кабинет, Карина Львовна, молниеносно приняла решение – больше она не допустит ошибок! Липутина заскочила в туалет, взяла банку с краской и поставила на крышку унитаза.

Остальное – дело техники! Да, унитаз не работает. Звонили, сказали, что пользоваться пока нельзя! Что делать? Неизвестно, у соседей тоже не работает, не терпеть же, в конце концов! Вот твой детский горшочек, Линочка. Сказали, к обеду систему прочистят. Да, Линочка, сбегай за хлебом, доченька, возьми пару батонов. Нет, на углу не надо, лучше в булочной, я так отвыкла от их запаха! В Москве таких не выпекают!

Только за Эвелиной захлопнулась двери, Карина Львовна стремглав помчалась в аптеку за тестом на беременность. А потом она, как шаман, колдовала над детским горшком Эвелины. Карина Львовна несколько раз внимательно перечитала инструкцию, боясь ошибиться.

Потом она долго и пристально смотрела на единственную проступившую полоску. Разноречивые чувства охватили Карину Львовну. Тест отрицательный – надо радоваться, с другой стороны – она опять ошиблась в своих предположениях! Карина Львовна ещё раз окунула тест на беременность в мочу дочери, но второй полоски так и не проявилось. Карина Львовна вздохнула, убрала краску с крышки унитаза, ополоснула, горшок.

Когда пришла Эвелина, первым делом Карина Львовна сообщила, что унитазом уже можно пользоваться, звонили и сообщили – авария устранена. При этом мама странно улыбалась и прятала глаза, опасаясь каких-либо подозрений.

Но Эвелине и в голову не пришло, в чём-то подозревать маму!

Она ходила, словно летала, и Карина Львовна с опаской всё поглядывала на дочь.

– Ну ты даёшь, мама! – восторженно воскликнула Эвелина, выходя из санузла.

Карина Львовна ощутила сильнейший прилив жара, когда же это состояние кончится? Как жить с такой дырявой головой? Оставила тест на беременность на краешке ванны!

– Что ты имеешь ввиду? – с нарочитой агрессией спросила она.

– Извини, мама, это не моё дело, просто так сорвалось с языка! – хитро, совсем как Карина Львовна, посмотрела на маму Эвелина.

– А что, что? – ещё не умерла надежда остаться неразоблачённой.

– Хорошо, будем считать, ничего не произошло.

– В смысле? Чего не произошло?

– Ни-че-го! И не будет у меня ни братишки, ни сестрёнки.

– Ах, вот ты о чём, – облегчённо вздохнула Карина Львовна. Какой груз свалился с плеч! – Понимаешь, тут такое дело…

– Всё понимаю, ведь, мама, ты у меня ещё молодая! – Эвелина с нежностью обняла Карину Львовну.

Такого давно не было! Карина Львовна прослезилась от счастья. – Ты не поняла, доченька, я как раз старею.

– Какая же ты старушка? Посмотри на себя, мама! Вот когда у тебя появятся внучата, тогда ты станешь бабушкой, а потом прабабушкой, – Эвелина мечтательно прикрыла веки.

– А что, есть такая возможность? – осторожно спросила Карина Львовна.

– Что ты, мама! Вначале люди женятся, только потом бывают дети! Что я, тебя учу-то?

– Женятся, говоришь?

– А что тебя напугало?

– Как-то всё это неожиданно, но тем не менее, я не буду против. – сказала Липутина подумав о возможном кандидате – Алике.

– Ещё нескоро.

– А всё-таки?

– Пока не знаю.

– Так пригласи его сюда! – предложила Карина Львовна таким тоном, что можно было подумать, она мигом ускорит свадьбу.

– Не надо! – Лина была уверена, что Рим ни за что не придёт из-за бабушки.

– Отчего же?

– Да так, у него много работы и вообще, – усмехнулась Эвелина, вспомнив встречу Рима с бабушкой.