Астрель и Хранитель Леса - Софья Прокофьева

И тут случилось нечто неожиданное. Странный человечек высоко и резко подпрыгнул, вскинул руку с растопыренными пальцами. Он словно хотел поймать нечто невидимое, пролетевшее над его головой. Он сжал руку в кулак, будто и впрямь поймал что-то. Потом быстро сунул свою добычу в шкатулку и поспешно захлопнул крышку. Жадное торжество мелькнуло у него в глазах.

С поспешностью он сделал несколько скачков, стараясь подпрыгнуть повыше. Его хваткие, ловкие пальцы опять что-то поймали в воздухе и сунули в шкатулку. Потом, угловато и нелепо подпрыгивая, он помчался по улице, словно хотел догнать что-то улетающее от него.

«Что он ловит: жука, ночную бабочку?» – с недоумением подумал волшебник Алеша.

Он уже пожалел, что заговорил с этим странным человеком.

Тем временем прохожий вернулся, тяжело дыша и отдуваясь. Его крючковатые пальцы с нежностью поглаживали крышку шкатулки.

– Так вы мне не ответили. Как… – начал было снова волшебник Алеша.

– М-м!.. – вдруг тупо промычал человек.

Глаза его стали пустыми, тусклыми.

«Да он немой! – догадался волшебник Алеша. – Но все равно, что-то в нем удивительно злобное, хитрое».

Волшебник Алеша пошел дальше по улице, но шагов через пять оглянулся.

Странный человек стоял под фонарем и смотрел ему вслед пристальным, выслеживающим взглядом.

По стенам домов запрыгали золотистые мигающие вспышки огня. Послышался разноголосый говор вперемежку с лаем и визгом собак.

Волшебник Алеша свернул в узкий переулок и прижался боком к стене. Мимо него проскакали всадники с факелами. За ними на белой породистой лошади ехал грузный человек в шляпе с обвисшими страусовыми перьями. В свете факела золотой змеей шевельнулась на груди всадника цепь с подвеской в виде зубчатой короны.

«Да это сам король!» – догадался волшебник Алеша.

За королем ехали двое юношей, оба сильные, широкоплечие, с тупыми, надменными лицами. А дальше пестрой толпой – придворные. Позади всех псари с трудом удерживали на сворках усталых, хрипло лающих собак.

– Тысяча дьяволов! – услышал волшебник Алеша резкий голос короля. – Будь проклят этот снегопад! Провались все на свете! Уже почти затравили оленя, как все пошло к черту!

– Ваше величество! – подхватил тощий юркий человечек с лукавым острым лицом, подъезжая поближе к королю. – По вашему королевскому приказу я, как всегда, ни во что не верю и во всем сомневаюсь. С чего бы снегопад в это время года? Кто-то подстроил, не иначе.

– Спрошу Каргора… – проворчал король.

– Глянь-ка, Игни, – негромко окликнул один из юношей другого. – Какие странные следы!

– Где, Трагни? Здесь столько следов, весь снег истоптан, – отозвался Игни. – А-а, эти?..

Он придержал коня, наклонился, рассматривая следы. Следы были маленькие, узкие. Кто-то прошел по снегу в туфельках с острым треугольным каблуком.

– Уж не наша ли это птичка Астрель? – подозрительно протянул Игни.

«Астрель? – вздрогнул волшебник Алеша. – Кажется, он сказал: Астрель…»

Волшебник Алеша сделал несколько шагов вперед, прячась в тени дома.

Юноши поехали рядом, не сводя глаз с тонкой цепочки следов.

– Точно – Астрель. Провалиться мне на этом месте! – с угрозой, сквозь зубы процедил Трагни. – У кого еще такая крошечная ножка? Поглядим, куда ведут эти следы.

– Смотри, смотри! – вдруг грубо захохотал Игни. – Это сумерки нас морочат. Да ты вглядись получше: нога-то босая!

– А… – Трагни выпрямился в седле. – Какая-то девчонка-нищенка босиком шлялась по снегу.

– Сомневаюсь! Сам во всем сомневаюсь и вам советую, – откуда-то сбоку вынырнул юркий человечишка.

– Опять ты тут, Врядли! Вечно суешь нос куда не просят, – надменно отмахнулся от него Трагни.

– Погоди, может, Врядли прав? – угрюмо проговорил Игни. – Вот что. На всякий случай я прикажу усилить стражу возле ее дверей.

– Почему это ты прикажешь? – вскинулся Трагни. – Мои слуги надежнее. Будут день и ночь сторожить Астрель.

Тягучий топот всадников по раскисшей дороге смолк в отдалении.

Волшебник Алеша вышел из своего укрытия и снова зашагал вдоль притихших, спящих домов.

«Город будто вымер, спросить не у кого, – с огорчением оглянулся по сторонам волшебник Алеша. – Делать нечего, придется подождать до утра. Астрель… Да, все может оказаться гораздо сложнее, чем я предполагал».

С неба на длинных лучах свисали крупные звезды.

Откуда-то потянуло запахом сена. Волшебник Алеша увидел неплотно притворенные двери старого сарая. Там, в глубине, было приютно и тихо.

– Хоть раз в жизни переночевать на сене, – сонным, разомлевшим голосом пробормотал кот Васька. Шерсть его высохла, он стал мягким, пушистым. – А пахнет как…

Глава VIIГолос Дождирены Повелительницы ДождяИ главное:что было спрятано в шкатулке, окованной медью

В глубоком кресле перед камином сидел худой, костлявый человек, с ног до головы одетый в черное. Черный плащ, небрежно перекинутый через ручку кресла, свисал до пола, как надломленное крыло.

Его иссохшее лицо было мертвенно-бледным. Крупный нос с хищной горбинкой придавал ему жесткое и заносчивое выражение. Глубоко запавшие глаза и серые запекшиеся губы говорили о тайном страдании, а руки, судорожно стиснувшие подлокотники кресла, – о бессильной, застарелой злобе.

Человек в черном наклонился вперед. Жадным неотрывным взглядом он смотрел на пламя, метавшееся в утробе огромного камина.

Но это был не просто огонь! Это, встав на хвосты, в жаркой пляске извивались огненные змеи. Они шевелились, раскачивались. Вот они свились в одно нестерпимо пылающее кольцо… И вдруг на мгновение в самой его середине сверкнула маленькая голубая искра. Она казалась такой беззащитной и слабой. Огненные змеи тянулись к ней, с их острых жал сыпались раскаленные искры.

Человек в черном откинулся в кресле, словно свет этой маленькой искры ослепил его.

– Какая ты стала крошечная и дрожишь, словно чуешь свою гибель! – с ненавистью прошептал он. – А когда-то ты освещала голубым светом весь зал. Ты сводила меня с ума! Что? Жарко тебе? Нравятся тебе мои огненные змейки? Я раздобыл их своим черным колдовством. Змейки, мои вечно голодные змейки! Вам надо все время что-то пожирать, жечь. Вы можете уничтожить все: камень, железо, верность, любовь, сострадание. Я подкинул вам лакомый кусочек. Так покончите же с ней наконец. Пусть она сгинет навеки, проклятая… О, как трудно тебя убить, маленькая голубая искра!