Мир без конца - Кен Фоллетт

Возвращаясь в Эрлкасл с плохими вестями, Ральф ломал голову, как обратить поражение в победу. Он не сумел отговорить брата строить мост, но как еще можно помешать этой затее? Беседовать с аббатом Годвином или Эдмундом Суконщиком смысла нет, это понятно. Им мост нужен даже больше, чем Мерфину, да и в любом случае простой сквайр их не переубедит. Ну, допустим, граф пошлет отряд рыцарей, допустим, они убьют строителей, но это не только не решит проблему, а создаст новую.

Мысль ему подбросил сам Мерфин, рассказав, что Джейк Чепстоу, арендовавший у него пол-акра под склад, покупает дерево в Уэльсе, чтобы не платить пошлину графу Шафтсбери.

— Мой брат считает, что должен подчиниться аббату Кингсбриджа, — доложил Ральф графу по возвращении. Прежде чем Роланд успел рассвирепеть, сквайр добавил: — Но, по-моему, есть лучший способ задержать строительство моста. Каменоломня аббатства находится в вашем графстве, между Ширингом и Эрлкаслом.

— Но она принадлежит монахам уже несколько веков, — прорычал Роланд. — Это дар короля. Мы не можем запретить им брать камень.

— Но можете обложить его пошлиной. — Ральф почувствовал угрызения совести: он губил столь важное для брата дело. «Я вынужден», — уговаривал он себя. — Возить камни будут по вашей земле. Тяжелые повозки испортят дороги и приведут в негодность броды. За это нужно платить.

— Да они завизжат как поросята. Дойдут до короля.

— Ну и пусть. — Фитцджеральд вложил в голос уверенность, которой вовсе не испытывал. — Это займет много времени. А в нынешнем году строить можно еще месяца два, не больше. Горожанам придется прерваться до первых морозов. Если все пойдет хорошо, строительство отложится до следующего года.

Роланд посмотрел на Ральфа в упор:

— Пожалуй, я тебя недооценивал. Может, ты годишься не только на то, чтобы вытаскивать утопающих графов из воды.

Сквайр подавил торжествующую улыбку.

— Благодарю вас, милорд.

— Но как же мы будем взимать эту пошлину? Обычно таможня стоит на перекрестке или у речного брода, в таком месте, которого путникам не миновать.

— Поскольку нас интересуют лишь строители, отряд можно поставить прямо возле каменоломни.

— Прекрасно. Вот ты его и возглавишь.

Через два дня Ральф подъезжал к каменоломне, а с ним четверо верховых воинов и двое мальчишек, погонявших ломовых лошадей с палатками и съестными припасами на неделю. Пока сквайр был собой доволен. Ему дали невыполнимое задание, и он его вытянул. Граф сказал, что он способен не только на спасение на водах. Дела идут в гору.

Фитцджеральд, правда, переживал из-за Мерфина. Почти всю ночь пролежал без сна, вспоминая детство. Он всегда уважал умного старшего брата. Детьми часто дрались, и Ральф всегда чувствовал себя хуже, когда брал верх, чем когда бывал бит. Тогда Фитцджеральды быстро мирились. Но взрослые драки помнятся дольше.

Его не очень беспокоила неминуемая стычка с возницами. Плевое дело для отряда вооруженных воинов. Отряд состоял не из рыцарей — подобная возня ниже их достоинства. Ральф взял Джозефа Вудстока, славившегося своей жестокостью, и еще троих. И все-таки он хотел поскорее с этим разделаться. Заночевали в лесу в нескольких милях от каменоломни. Начальник отряда хотел перехватить первую же утреннюю повозку.

Рассвело. Лошади грациозно вышагивали по истоптанной бычьими копытами и изрытой тяжелыми телегами дороге. Солнце поднималось в небе, неплотно затянутом дождевыми облаками, между которыми сияла голубизна. Люди Ральфа были в хорошем настроении, им не терпелось испытать свою силу на невооруженных возницах, ничем особенно не рискуя.

Ральф увидел поднимающийся над деревьями дым от нескольких костров. У грязной поляны, за которой зияла невиданных размеров яма — в сотню ярдов шириной и по меньшей мере в четверть мили длиной, — дорога заканчивалась. Размытый спуск вел вниз, к палаткам и деревянным хижинам каменотесов, столпившихся вокруг костров в ожидании завтрака. Сквайр услышал глухой стук молотков: некоторые работники уже забивали клинья в щели каменного массива и откалывали камни.

От каменоломни до Кингсбриджа — один день пути, поэтому большинство повозок приезжали вечером и уезжали утром. Несколько телег уже были нагружены камнями, а одна медленно тащилась по дороге к лесу.

Заслышав лошадей, каменотесы подняли головы, но не сдвинулись с места. Рабочие особо не торопились затевать разговор с вооруженными воинами. Ральф терпеливо ждал. Судя по всему, из каменоломни вела всего одна дорога — длинный грязный склон, — и вела как раз к нему.

Повозка медленно поднималась вверх, возница длинным хлыстом погонял быка, неохотно переставлявшего ноги. На телеге лежали четыре огромных необработанных камня с клеймом добывшего их каменотеса. Людям платили за каждый камень, которые пересчитывали сначала на каменоломне, а затем на строительстве.

Когда повозка подъехала ближе, Фитцджеральд узнал возницу — Бена Колесника из Кингсбриджа. Он был немного похож на своего быка — такая же толстая шея и мощный торс. И лицо его выражало ту же мрачную враждебность. С этим может оказаться хлопотно, подумал сквайр, однако укоротить можно.

Колесник направил быка на лошадей, перекрывших дорогу, и не думая останавливаться. Лошади были не боевыми, а обычными, верховыми, и, нервно засопев, подались назад. Бык остановился сам. Дерзость Бена рассердила Ральфа, и он крикнул:

— Ты нахальный медведь.

— А ты чего встал у меня на пути? — отозвался Бен.

— Я собираю пошлину.

— Никакой пошлины не существует.

— Провоз камней по земле графа Ширинга стоит пенни за повозку.

— У меня нет денег.

— Ищи.

— Ты что, меня не пропустишь?

Наглец не больно-то испугался. Это разъярило Ральфа.

— Как ты смеешь задавать мне вопросы! — крикнул он. — Камни останутся здесь до тех пор, пока кто-нибудь не заплатит за них пошлину.

Вместо ответа Бен долго смотрел на него, и сквайр не мог отделаться от мысли, что Колесник собирается сбросить его с седла.

— Но у меня нет денег, — ответил наконец возница.

Фитцджеральду захотелось проткнуть упрямца мечом, но он сдержался.

— Не делай вид, что ты еще глупее, чем на самом деле, — презрительно хмыкнул он. — Иди к мастеру и скажи, что люди графа тебя не пропускают.

Бен еще раз внимательно посмотрел на него. Колесник думал. Потом, не говоря ни слова, развернулся и потопал по спуску, оставив повозку. Порученец Роланда в ярости ждал, глядя на быка. Погонщик вошел в деревянную хижину, что стояла на полпути к каменоломне, и через пару минут появился с худощавым человеком в коричневой тунике. Сначала Ральф решил, что это мастер, но, присмотревшись, узнал Мерфина.

— О Господи, — простонал сквайр.

К этому он готов не был. Пока брат поднимался подлинному склону, Фитцджеральд-младший терзался от стыда. Понимал, что предает брата, но не ожидал увидеть его здесь.