Счет - Эль Кеннеди

ДЖОАННА √

Мне нужно сделать еще один телефонный звонок, но не скажу, что жду этого с нетерпением. Несколько дней назад я попросил Фитци отследить для меня Миранду О’Ши. Фитци всегда удается обойти закон, чтобы достать новую видеоигру, не покупая ее, так что я решил, что ему хватит мастерства достать номер телефона Миранды. И оказался прав. Понятия не имею, как он это сделал, но спрашивать тоже не собираюсь, потому что не хочу сесть в тюрьму.

Я набираю номер и жду. Мы с Мирандой уже сто лет как не виделись и не разговаривали. У меня не осталось к ней никаких романтических чувств, но нам ох как нужно кое-что между собой разрешить. К тому же я до сих пор не сказал ей одну вещь. Надеюсь сегодня это изменить.

Если она возьмет дурацкую трубку. Гудки все идут и идут, и я уже собираюсь разъединиться, когда в динамике звучит торопливый голос:

– Алло!

Я делаю глубокий вдох.

– Миранда?

– Да. Кто это?

– Это… э-э-э, Дин. – Пауза. – Дин Ди Лаурентис.

В трубке звенит тишина.

– Я понимаю, что мой звонок оказался полной неожиданностью…

– Откуда у тебя мой номер? – перебивает она меня, но в ее голосе нет злости, он звучит мягко. – От папы?

– Нет, мой друг сумел найти.

Между нами повисает неловкое молчание.

– Я быстро. Мне просто нужно кое-что сказать тебе. То, что я не смог сказать раньше, потому что твой папа забрал тебя из школы. – Я торопливо выдыхаю. – Прости меня.

Она тоже выдыхает, только судорожно.

– Прости меня за все, что произошло между нами, – продолжаю я. – За то, какую роль сыграл в твоем… э-э-э…

– Нервном срыве? – с оттенком сухой иронии заканчивает за меня Миранда. – Тут нет твоей вины, Дин. Я столкнулась с депрессией еще задолго до того, как мы начали встречаться.

– Я знаю. Но… у нас был секс… а потом…

Боже, как это все неприятно. И весь этот разговор кажется таким… бездушным. Как будто мы двое незнакомцев и обсуждаем личную жизнь других людей, а не нашу собственную.

– У нас был секс только потому, что я соблазнила тебя, когда ты напился. – Похоже, ей тоже жутко стыдно. – А потом свалила всю вину на тебя и этим пыталась удержать, когда узнала, что ты несчастлив со мной. Ты понятия не имеешь, как плохо мне потом было. Я хотела позвонить тебе, но ужасно стеснялась. А потом папа сказал, что отправит меня в Сибирь, если я снова заговорю с тобой. Поэтому я так с тобой и не поговорила. Решила, что рано или поздно ты забудешь обо мне. – Повисает короткая пауза. – Но ты не забыл.

– Нет, не забыл.

Опять пауза.

– Ладно, – я откашливаюсь. – Это все, что я хотел сказать. Прости, если сделал или сказал что-то, что послужило толчком к твоему срыву или усилило его. Я никогда бы не обидел тебя специально.

– Я тоже никогда не желала тебе зла.

Я сглатываю.

– Ну и… как ты сейчас, в порядке? Весной выпускаешься из Дьюка?

– Да! – Ее восторг эхом прокатывается по телефонной линии. – А потом поступаю в медицинский институт!

Эта новость удивляет меня, потому что она всегда говорила, что хочет стать социальным работником, но не доктором. Наверное, все-таки люди и правда меняются. Бог знает, как изменился я сам. Мы несколько минут обмениваемся новостями, а потом я с облегчением вешаю трубку. Миранда была значимой частью моей жизни, но, несмотря на это, хорошо, что она осталась в прошлом.

МИРАНДА О’ШИ √

Отца Миранды я в свой список добавлять не стал. Никакое количество извинений не заставит этого ублюдка относиться ко мне лучше, да и, по правде говоря, я не должен перед ним извиняться. Единственный мой проступок в том, что я бросил его дочь. Но я не заслужил за это удар в лицо и подобное отношение к себе.

Фрэнк сам может справиться со своими проблемами.

Я же буду работать над своими.

* * *

Проходит еще неделя. Элли так же сама по себе. Я сам по себе. Мы обменялись несколькими сообщениями, узнав друг у друга, как дела, но не более того. А мне до смерти хочется увидеть ее, обнять, поцеловать, заняться с ней любовью. Но я обещал быть терпеливым и держу дистанцию.

Однако это не мешает мне при каждом удобном случае узнавать обо всех новостях от Ханны. Я знаю, что Элли на отлично сдала курс по сценарному мастерству, что она сделала маникюр в салоне в городе, ярко-зеленый, как добавила Уэллси, и это вызвало у меня улыбку.

Когда я очередной раз выпытываю информацию у Ханны, она объявляет, что Элли улетела в Лос-Анджелес. Внутри у меня все опускается, потому что я думаю, что она улетела навсегда, но Ханна разубеждает меня. Как выясняется, ребята из Fox попросили Элли приехать и прочитать текст лично. Им понравилась ее запись, но они захотели посмотреть, как она сыграется с двумя другими актрисами.

Мое сердце чуть не разрывается от гордости, и я отправляю Элли сообщение с поздравлениями. Она отвечает только спустя несколько часов. Пишет, что уже садится на обратный рейс и мы скоро поговорим.

В субботу утром я сам вылетаю из аэропорта Логан. Мне нужно быстро смотаться в Нью-Йорк, иначе я не смогу вычеркнуть последний пункт своего списка.