Моя строптивая леди - Джо Беверли

— Увы, мадам, это была я, — сокрушенно признала Нерисса, — и мне больно сознавать это. Чтобы хоть отчасти искупить свою вину, я готова публично признать ошибку. Понимаете, лорд Трелин и я… — белокурая красавица обратила кроткий взор к мужу, и тот поспешил занять место рядом с ней, — мы знали леди Честити как благонравную и целомудренную девушку и долго не могли поверить в ее падение. В худшем случае, думали мы, это роковая ошибка. Но, оставшись в полном одиночестве перед лицом отцовского горя, мы были вынуждены присоединить свои голоса к общему мнению.

— А теперь вы сожалеете об этом, не так ли?

— Всем сердцем! — с жаром воскликнула эта воплощенная доброта. — Сейчас вы поймете почему. Когда вы так великодушно позволили мне немного побыть с моим дорогим мужем, я протанцевала с ним вальс и почувствовала себя дурно. — Она застенчиво потупилась и почти прошептала:

— Я в интересном положении, мадам!

— О! Понимаю, — сказала леди Августа. Лорд Трелин раздулся от гордости, как индюк.

— Ища прохлады, я прошла через оранжерею в зимний сад и присела в уголке на скамью. Немного погодя в гостиной появились мистер Вернем и граф Уолгрейв. Мне не хотелось прерывать их беседу, но не могла же я в своем положении возвращаться в дом по холоду ноябрьской ночи! Так из чувства такта и из-за страха перед простудой я стала невольной свидетельницей того, как мистер Вернем признался в своей дьявольской проделке. Он не запятнал леди Честити! Услышав это, граф был охвачен сожалениями… и я тоже. Мы все ошибались относительно этой девушки!

Судя по пристальному, недоверчивому взгляду, королева-мать чувствовала подвох. Высказать сомнения вслух означало бы раздуть скандал. Не то чтобы она, интриганка, имела что-нибудь против этого, но в данный момент ее собственная позиция была довольно уязвима.

— Как все это печально! — заметила она наконец с приличествующим случаю вздохом. — Хотелось бы как-то облегчить участь несчастной девушки. Полагаю, респектабельный брак может восстановить ее репутацию, и я, со своей стороны, поддержу этот шаг. Маркиз, не знаете ли, где сейчас это бедное создание?

Честити стояла словно громом пораженная, не в силах сразу осмыслить стремительный поворот событий. Родгар нашел ее взглядом. Едва заметный кивок означал, что настало время пожинать плоды его затеи, но она была не в силах шевельнуться и едва могла дышать. Сину пришлось подтолкнуть ее. На подкашивающихся ногах приблизилась она к маркизу.

— Ваше величество, счастлив быть к вашим услугам. Позвольте представить вам леди Честити Уэр, — сказал Родгар.

Леди Августа так долго смотрела на девушку, что та едва не лишилась чувств. Потом лицо ее озарилось милостивой улыбкой, она протянула руку, и уже можно было без опасения склониться губами к холеным, унизанным перстнями пальцам.

— Бедняжка, поверьте, мое сострадание безмерно, — громко провозгласила леди Августа, — и если вы при всех поклянетесь, что чисты, двор примет вас в свои объятия!

Подыскивая уклончивые слова, Честити залилась краской до корней волос. К счастью, это было принято за смущение, и провинциальные дамы одобрительно закивали друг другу.

— Ваше величество, клянусь небом, что я была невинна, когда Генри Вернем оказался у меня в постели! Клянусь, я не звала его! Господь всемогущий не допустил, чтобы зло совершилось, и я была вовремя спасена. — Честити повернулась к Нериссе Трелин. — Ах, миледи, как я благодарна судьбе за то, что в ту злосчастную ночь вы появились у моих дверей. Я никогда не держала на вас обиды за свидетельство против меня, потому что знаю: вы поступили по велению совести.

Нерисса ухитрилась выжать пару настоящих слезинок из своих больших голубых глаз. Она обняла Честити, окутав густым, сладким и весьма знакомым ароматом розового масла.

— Бедная крошка! — Затем она драматически рухнула на колени перед леди Августой. — Ваше величество! Мы должны, мы просто обязаны исправить эту ужасную ошибку, иначе совесть моя никогда не обретет спокойствие!

— Разумеется, мы все исправим! — сказала королева-мать довольно желчным тоном. — Вряд ли такая встряска пойдет на пользу нервам. Думаю, мне не стоит сразу пускаться в обратный путь. Если маркиз не против, я несколько дней отдохну в этих гостеприимных стенах.

— Это для меня большая честь, ваше величество, — сказал Родгар с поклоном.

— И раз уж леди Трелин в интересном положении, мне понадобится другая фрейлина… или даже две. Леди Элфлед! Леди Честити! Буду рада предоставить себя вашим заботам.

— Благодарю за доверие, ваше величество! — хором промолвили молодые женщины.

— Нужно, чтобы эта история поскорее попала в газеты. Они так любят распространять ложные слухи, пусть для разнообразия донесут до общественности правду. — Леди Августа поразмыслила, и взгляд ее несколько смягчился. — Леди Честити, я могу лишь догадываться, что вам пришлось пережить, и глубоко сочувствую вашим несчастьям. Советую как можно скорее выйти замуж и оставаться в провинции, пока не утихнут пересуды.

Честити присела в реверансе, сожалея, что не знает своей роли в этой светской комедии и может делать реплики лишь наудачу.

— Ваше величество, я всецело полагаюсь на вашу житейскую мудрость…

Глаза королевы-матери округлились. Честити запоздало вспомнила про обручальные кольца у себя на руке.

— Мой брат, лорд Синрик Маллорен, капитан армии его величества, — поспешно вмешался Родгар, — согласен взять леди Честити в жены. Он подумывает об отставке и переезде в Канаду, где ему, без сомнения, будет предложен высокий пост в новом правительстве.

— Канада… хм! Очень кстати, — сухо заметила леди Августа. — Превосходная и весьма, весьма отдаленная страна. Все так удачно складывается, просто нарочно не придумаешь.

У Честити подкосились ноги. Син ободряюще сжал ей руку, словно говоря: потерпи, осталось недолго. Маркиз не сводил почтительного взгляда с леди Августы.

— Поскольку леди Честити только что осиротела, — обратилась она к нему, — лучше всего им обвенчаться поскорее и без шума. Это ведь не составит проблемы, не так ли, милорд?

Вопрос был задан довольно язвительно, но Родгар и бровью не повел.

— Ни в коей мере, — заверил он. — Желание вашего величества — закон для ваших верных подданных.

Эти два интригана обменялись понимающими взглядами, и на губах королевы-матери возникла наконец вполне искренняя улыбка.

— Плут вы эдакий! — воскликнула она со смешком. — Уж не ждете ли вы, что я благословлю ваши происки, явившись на венчание? С другой стороны, почему бы и нет? Ведь моего сына так или иначе залучат на эту церемонию.

— Ваше величество, вы всегда так безмерно великодушны! — сказал Родгар с непробиваемым спокойствием.

— Помните это, — заметила леди Августа с нажимом. — А теперь мне пора отдохнуть — житейские драмы плохо действуют на печень.