Аарон - Вероника Мелан

– Не грусти, – ее обняла теплая рука, – это уже в прошлом. Ты уже никогда не будешь «без меня».

И черные глаза сделались вновь счастливыми.

– Ты, правда, думаешь, что нам стоит купить яхту? Какая хорошая идея, отличная… Мы выберем самую лучшую, самую удобную, самую…

– Самую богатую женщину Ланвиля понесло, – со смехом послышалось сбоку. – Райна, мы просто купим самую уютную для нас. Она может быть большой или маленькой, может не быть супермодной или очень быстрой. Просто «нашу».

– Точно.

Райна притихла. Какое-то время смотрела на огонь, слушала треск поленьев, который всякий раз заставлял ее вспоминать о недавних ночевках на лесных полянках.

– Аарон…

– М-м-м?

– А давай как-нибудь сходим в гости к Майклу и Марике?

Тишина, продолжительная пауза.

– На Магию?

– Да.

– На нее не очень просто попасть.

– Но мы найдем способ!

– Снова кого-нибудь подкупим, дадим «на лапу», осыплем золотом, и нам выпишут пропуск?

Она шутливо шлепнула его ладонью по спине.

– Прекрати надо мной издеваться! Я не пытаюсь осыпать золотом каждого!

– Только каждого второго ради благих целей.

– Аарон! – тот смеялся:

– Все-все, умолк. А почему нет? Давай сходим. Только…

– Что?

– Только, если вдруг нам по пути попадутся какие-нибудь загадки, решать их будешь ты. Я, знаешь ли, не такой умный.

Райна бесконечно долго смотрела на изученный до каждой линии профиль и улыбалась. Знала – теперь она смогла бы изобразить его на полотне так, чтобы каждой деталью походил на оригинал, – может, когда-нибудь изобразит…

– Ты самый умный, – прошептала тихо. – Самый красивый, самый талантливый, самый сильный и самый любимый мужчина на свете.

«Вот умеешь же ты примурчаться, ласковая кошка», – смеялись серые глаза. А спустя секунду сделались серьезными.

– Спасибо, что позволила мне почувствовать себя нужным.

– А тебе за то, что позволил чувствовать себя любимой.

– Ты и есть любима.

– А ты нужен мне больше всего на свете.

И Райна прижалась к самому надежному в мире плечу, тихонько выдохнула и зажмурилась от счастья.

* * *

Уже перед тем, как собрались ложиться спать, Аарон ответил на телефонный звонок, извинился перед Райной, сказал, что должен отправить кое-какие документы по работе, и пообещал, что скоро вернется.

– Без проблем, конечно…

Она никогда не переживала по поводу его работы. Ее любимый – профессионал в своем деле, и работа важна для него так же, как важно все остальное. Пусть посидит, почитает, что нужно, пообщается по делам. Вместо того чтобы нежиться на простынях в одиночестве, Райна поднялась в ту комнату, которую облюбовала сразу, как переехала жить в этот дом, – небольшую уютную читальную, в которой она изначально не собиралась читать.

Здесь, расположившись за вытянутым вдоль окна столом, она рисовала. С замершим от волнения сердцем – а не покинет ли вдохновение на этот раз? – открывала блокнот на той странице, где уже имелись рисунки, и принималась добавлять новые.

Она рисовала перстни.

Необычные, вытянутые, довольно громоздкие и удивительно сложные по орнаменту. С драгоценными каменьями посередине – овальные, с треугольными кончиками, с россыпью мелких камешков по краю.

Взялась рисовать и теперь. Еще раз рассмотрела те, что уже закончила, достала из ящика карандаш, принялась аккуратно выводить линии. Наверху страницы значилось уже придуманное ей для этой линейки украшений название – «О'Dore».

Никто не поймет, почему именно такое имя, но поймет она – Райна. Она-то знает…

За приоткрытым окном шелестел сад – шепталась трава, кроны деревьев; плыли по освещенному луной небу облака.

Райна сидела за столом, одетая в длинный пеньюар, – смотрела то на кончик карандаша, то куда-то вглубь своего воображения, то рассматривала ночь за окном.

Фиолетовую бабочку, которая уселась на продольную перекладину оконной рамы, она заметила сразу.

– Ты откуда тут взялась? – прошептала удивленно. Поднялась со стула, наклонилась над столом, чтобы рассмотреть яркую «гостью» поближе, – на фоне темного неба бабочка казалась волшебной. Переливалась крохотными искорками, испускала от крылышек световые шлейфы – тоненькие и недолговечные.

Кажется, похожую бабочку она видела на Магии… Похожую. Или ту же.

– Привет. Заходи, – улыбнулась Райна, и бабочка взмыла с рамы, влетела, приглашенная, в комнату. Трепеща маленькими крылышками, покружилась под потолком, опустилась ниже и вдруг… всего за долю секунды рассыпалась на сотни крохотных сияющих частичек!

Всполох света, тихий звон колокольчиков, и…

В том месте, где исчезла бабочка, теперь стояла полупрозрачная женщина – женщина-призрак. В длинной убористой юбке, с поднятыми в сложной прическе наверх волосами, в знакомой белой блузке с вышивкой и длинными рукавами, в бусах. Старая, морщинистая, чуть сгорбленная, но все еще исполненная величия.

– Дора… – выдохнула Райна.

Что-то случилось – какое-то чудо, и Дора вдруг посетила ее. Эфемерный образ, прослоившаяся не в ту реальность картинка – Магия…

Райна боялась дышать. Боялась, что эта Дора – Дора, которая смотрела на нее, которая однозначно видела ее, – сейчас исчезнет.

– Дора… как я рада… как рада…

Старушка смотрела на девушку в пеньюаре глубоким теплым взглядом. Ничего, судя по всему, не могла сказать, а Райну душили слезы. Ее Дора пришла к ней – хотя бы на чуть-чуть, всего на мгновенье. И хотелось сказать что-то важное, что-то очень-очень важное, но слова не шли, застревали в горле.

Призрак какое-то время смотрел на человека, а затем перевел взгляд на стол – туда, где лежали золотые перстни, которые художница использовала для вдохновения.

– Это твои. Отдать?

«Нет, я пришла не за этим», – посмотрела левее.

– Я рисую новые, видишь? – Райна взяла со стола блокнот, раскрыла перед светящейся женщиной. – Я назвала их «О'Доре» – никто не поймет, только мы. Скажи, тебе нравится?

Призрак долго и внимательно рассматривал украшения, затем кивнул. Перевел взгляд на то кольцо, что одел на палец Райны Аарон. Смотрел на него долго, а после улыбнулся.

У Райны плакали глаза, плакало сердце. Пришла ее Дора. Ее любимая Дора – отыскала путь.

– Я нашла его, да… Нашла своего Аарона, видишь?

Горячие слезы на щеках; а на губах мисс Данторини ласковая улыбка.