Невеста по наследству - Ирина Мельникова

Прошло всего три часа, как Настя и Сергей стали наконец мужем и женой. Старый батюшка, которого они нашли чуть живым от страха в одной из комнат дома Райковича, обвенчал их в маленькой деревенской церкви. Жених и невеста были отнюдь не в свадебных нарядах, да и шаферы тоже выглядели не лучшим образом. Но до этого никому не было дела: до конца суток оставалось менее часа, и полуночный бой часов грозил молодым не совсем приятными последствиями.

Но они все-таки обвенчались! И теперь сидели в компании самых близких людей за столом в доме Глафиры Афанасьевны. Уже не один раз выпили за счастье молодоженов, раз пять прокричали «Горько!», а теперь, присмирев, все слушали рассказ Фаддея о том, как он разоблачил хитроумную Фелицию.

Оказывается, муж женщины, окликнувшей поэта на постоялом дворе, выступал в свое время жонглером в цирке, в котором Фелиция и ее муж Карл работали в номере «Полет ласточек». С тех пор прошло около десяти лет, и старый жонглер, не в пример жене, конечно же, не узнал поначалу в шикарной даме бывшую гимнастку с вечно подбитым глазом. Карл Лубенков сурово наказывал свою супругу и партнершу по полетам под куполом цирка за каждую, даже незначительную ошибку.

Без особого труда Фаддей нашел хозяина цирка, с которым в последний раз гастролировали «летающие ласточки». Он-то и рассказал Фаддею массу интересных вещей о совместной жизни этой парочки, закончившейся побегом Карла с молодой женой борца Пантелеева. Говорят, Пантелеев пытался их догнать, но безуспешно. Беглецы скрылись, прихватив с собой не только все сбережения обеих семей, но и кассу цирка. И вот уже около пяти лет о них не было ни слуху ни духу, хотя хозяин заявил о краже в полицию. Полиция не слишком рьяно искала похитителей, справедливо полагая, что российские просторы безмерны, преступники изворотливы, и потому беспокоиться об их поимке — себе дороже будет. Триста рублей, которые гимнаст и его любовница взяли в кассе, едва ли стоили нервов и чрезмерного усердия полицейских…

Потом Дарья, подпрыгивающая на месте от нетерпения, поведала о том, как мудра и прозорлива оказалась дорогая Глафира Афанасьевна. Ведь именно она отыскала генеральшу Тамбовцеву, которая на самом деле была всего-навсего вдовой капитана третьего ранга, то есть просто майоршей. И с только ей присущей настойчивостью заставила Тамбовцеву рассказать без утайки, откуда берутся все те слухи и сплетни о братьях Ратмановых, которые уже больше года будоражат московское общество…

После этого сама героиня, ободренная всеобщим восторгом и восхищением ее подвигом во славу истины, покраснев от волнения, а возможно, и внимания, которое ей непривычно много сегодня оказывали, рассказала и даже представила в лицах, как перепугалась Тамбовцева при ее появлении и тут же выложила всю подноготную злодея Райковича и его мерзкой сестрицы Феклы.

— И никакой он не болгарин на самом деле, — Глафира вытерла слегка вспотевшее лицо носовым платочком, — то есть почти никакой. В роду у него кого только не было: и турки, и евреи, и греки, и венгры, и русские… Всех не перечислишь. Да это и понятно, родом он из Одессы, а там такое смешение народов!..

— Ох, Одесса! — вздохнул мечтательно Багрянцев. — Истинный рай для поэтов и коммерсантов! Но таких негодяев, как Райкович, Одесса пожует и выплюнет, как камешек из каши. Уж это я знаю! Одесситам палец в рот не клади, но подлецов они на дух не переносят!

— Настя, Сергей, — повернулся Андрей к притихшим молодоженам, — благодаря вам этот месяц пролетел для нас как один день. Мы все пережили столько приключений, сколько за все прожитые годы не переживали. И я очень доволен этим обстоятельством, и, главное, все мы хорошо постарались и изобличили двух ловких мошенников и аферистов.

— И убийцу, — тихо произнесла Ольга Ивановна.

— Да, и убийцу. — Андрей почему-то виновато посмотрел на нее и вновь перевел взгляд на брата и его молоденькую жену. — Фальшивые долговые расписки благополучно сгорели в камине. И теперь полиция всерьез займется нашими противниками, и не думаю, что они легко отделаются. Райковичу определенно грозит виселица, а Фелиции каторга. И еще, я думаю, нам будут очень благодарны три последних супруга этой дамы. Всех она обложила непомерной данью за великое счастье развестись с ней. Да и в Самаре она потому и оказалась, что приехала к бывшему мужу, генералу в отставке Лейбницу. Самому генералу под восемьдесят, и его дети согласились выплачивать своей бывшей мачехе ежегодно весьма приличную сумму, чтобы она только оставила их отца в покое. — Граф вздохнул, вновь посмотрел на Ольгу Ивановну и поднял бокал с шампанским. — Давайте выпьем за то, чтобы все наши злоключения ушли в прошлое. Бумаги вашего мужа, Ольга Ивановна, и даже его карта найдены в сейфе Райковича. И я думаю, что в скором времени, как только Равиль выйдет из больницы, мы узнаем, какие тайны скрывались в записках Константина Меркушева! Все молча выпили. Андрей отставил бокал и опять посмотрел на брата и невестку.