Именинница - Пенелопа Дуглас

Мне удается заснуть лишь после полуночи. И до этого времени я раз шесть порывался сознаться о наших с Джордан отношениях. Но вероятность пожалеть об этом была слишком велика. Не сейчас. Не при бывшей.

Это всего лишь интрижка. Неприличный, пошлый роман, верно? По крайней мере, так все станут думать.

К тому же это разобьет Коулу сердце. Уверен, он ожидает, что Джордан куда-нибудь переедет. В конце концов, он не особо беспокоился о ней после их расставания.

Но стоит ему узнать, что я решил поиграть с одной из его игрушек и что со мной она, вполне возможно, намного счастливее… Да, знаю по себе, в таких ситуациях часто возникает мысль, что у тебя больше прав на бывшую девушку, чем у кого-либо еще. Даже несмотря на разрыв. Так что можно не сомневаться: Коул воспримет это как предательство. Решит, что я принял ее сторону и пытаюсь исправить то, что у него не получилось.

И отчасти он будет прав. Так что я могу понять все его чувства. И признаюсь со временем. Хотя вскоре Джордан поймет, что я слишком стар для нее – слишком постоянный, – и захочет чего-то большего. Так что наши отношения не продлятся долго.

Вот только это не мешает мне желать ее. Скучать по ней, нуждаться в ней.

Позади меня проседает кровать. Я несколько раз моргаю, чтобы проснуться. Затем до меня доходит, что в комнате кто-то есть, но меня тут же охватывает облегчение, и я протягиваю руку назад, чтобы прижать ее к себе.

Джордан.

Вот только мой нос окутывает аромат духов Heavenly от Victoria’s Secret’s, а тело позади меня оказывается совершенно не тем, что я жажду каждый день. И мои брови тут же сходятся на переносице.

Отодвинувшись, я поворачиваю голову и вижу знакомый силуэт, но он принадлежит не той девушке, которая мне так нужна.

– Какого черта?

Я откидываю одеяло, включаю лампу и, сев, смотрю на Линдси. Ее тело прикрывает лишь красная шелковая ночнушка.

Что, черт возьми, она творит?

– Это шутка? – Линдси удивленно смотрит на меня, словно ожидала от меня совсем другой реакции. – Не притворяйся, что забыл, как хорошо нам было вместе, Пайк. Когда в твоей постели появляется полуголая возбужденная женщина, не стоит от нее отказываться.

Она тянется вперед и, прижавшись ко мне всем телом, целует меня в шею.

– Перестань. – Я встаю с кровати, подхватываю джинсы со стула и натягиваю их. – Я не настолько отчаялся.

– Все может быть по-другому, Пайк. – Она вздыхает и, усевшись на колени, заправляет свои темные волосы за ухо. – Я была молода. Глупа. И вела себя так эгоистично, – молит она. – Я не замечала, насколько ты хороший. Как мне повезло, что рядом со мной оказался амбициозный, ответственный и надежный мужчина. Я хочу тебя. – Наклонив голову, Линдси строит мне глазки. – К тому же у нас все было не так уж плохо. Ты же помнишь, да? Помнишь, какая сильная страсть вспыхивала между нами?

Я открываю ящик тумбочки, и мне на глаза тут же попадается новая пачка презервативов, которую пришлось купить, потому что мы с Джордан очень быстро расправились с предыдущей. Я хватаю из коробки сигару с зажигалкой и захлопываю ящик, чтобы Линдси не заметила то, что ей знать не следует, и не начала строить догадки.

– В то время у меня были не слишком высокие запросы, – выпаливаю я. – Но теперь все изменилось.

– Ты же одинок, – говорит она. – Так почему бы не попробовать еще раз? Ради Коула. Ты знаешь, как ему хотелось бы увидеть нас в месте. Ведь мы расстались, когда он был слишком мал.

С моих губ срывается горький смех. И слава богу. Сколько раз я возвращался домой после двух смен и выкладывал няне по шестьдесят баксов, а потом проводил остаток ночи, пытаясь урвать хоть немного сна между кормлениями сына, пока Линдси отрывалась на вечеринках.

– Тебе не надоело все время быть одному? – Она слезает с кровати и подходит ко мне. – Ведь у всех наших друзей уже есть семьи, с которыми они проводят время и ездят в отпуска. Мы тоже можем стать такими. Я повзрослела. И могла бы позаботиться о тебе, так же как и об этом доме.

Линдси говорит «об этом доме», но явно подразумевает «о нашем доме». Ей явно хочется жить здесь. Вот только при мысли о том, что она разгуливает здесь как у себя дома, вызывает у меня тошноту. Это не ее дом. И никогда не будет принадлежать ей. Это…

Я обрываю себя, не собираясь облекать желания в слова. Ведь уже давно понял, что готов делить этот дом только с одной конкретной женщиной.

Повернувшись, я направляюсь к двери.

– Дай угадаю… в обмен на эту заботу мне придется содержать тебя?

– Я сделаю тебя счастливым, – уходит от ответа она. – Как раньше.

Я опускаю глаза, не собираясь спорить с ней на эту тему. Ведь еще месяц назад я с ней согласился бы. Когда-то, пусть недолго, мы были счастливы. Несколько дней здесь, несколько часов там.

Вот только теперь я осознал, что заблуждался. Потому что она никогда не подарит мне то, что я испытал за последние несколько недель.

– Возвращайся в свою комнату. – Я выхожу в коридор, не закрывая за собой двери, а затем бросаю через плечо: – Вернее, в комнату Джордан.

Быстро шагаю по коридору, но замедляюсь, проходя мимо двери Коула и, черт возьми, еле сдерживаясь, чтобы не распахнуть ее. Ведь за ней девушка, которая принадлежит мне. Какой мужчина поставил бы свою женщину в подобную ситуацию, не проявил бы себя собственником и не заявил права на то, что принадлежит ему?

Мне нужно подумать. Я сбегаю вниз по лестнице, затем пересекаю кухню с прачечной, с каждым шагом приближаясь к тому, чтобы послать все к черту. Не сомневаюсь, что Джордан ничего не допустит, но мне просто жизненно необходимо, чтобы она убралась из комнаты Коула.

Вот только стоит мне выйти на улицу, как понимаю, что проблема уже решена. Во всяком случае, на какое-то время. Джордан сидит на краю бассейна и, опустив ноги в воду, смотрит на меня.

Я на мгновение замираю, когда замечаю в ее голубых глазах безразличие и отстраненность. Но меня тут же простреливает осознание, что окна комнаты Линдси – комнаты Джордан – выходят на задний двор и моя бывшая может наблюдать за нами.

С беззаботным видом подхожу к столику на лужайке и чиркаю зажигалкой, чтобы подкурить сигару. Затем делаю несколько затяжек, чтобы на кончике разгорелся ярко-оранжевый огонек. Сладковатый запах щекочет нос, когда я выдыхаю дым, а тело охватывает дрожь. Не выдержав, подхожу к бассейну и встаю напротив нее.

Джордан одета лишь в пижамные шорты и черную майку. На ней нет даже лифчика, поэтому мне видно твердые горошины ее сосков.

От осознания этого я сжимаю челюсти.

– И ты в этом спишь? – еле слышно бормочу я, едва шевеля зубами.

– Коул и не такой меня видел.

Делаю затяжку и сбиваю пепел средним пальцем.