Останься со мной - Дженнифер Арментроут

– Ненадолго пришел в себя, так что я успела с ним повидаться. Но дядя Клайд очень слаб, я знаю, ему больно, – призналась я. – Но он… он справится.

– Он сильный. Не сомневаюсь, он выкарабкается.

Кивнув, я обхватила себя руками – в коридоре было довольно прохладно.

– Детектив Андерс…

– Ты можешь называть меня Колтон.

Колтон? Его звали Колтон? Я никогда прежде не встречала человека с таким именем, и теперь мне казалось, что это грубоватое, сексуальное имя подходит ему как нельзя лучше.

– Колтон, ты пришел проведать Клайда или…

– Да, я хотел узнать, как он, и сказать тебе, что мы продолжаем работать.

– Значит, никаких плохих новостей?

У него на лице промелькнуло сочувствие.

– Нет, Калла, пока вообще никаких новостей. В нашей картотеке нет никого, кто соответствовал бы предоставленному тобой описанию, а Мак до сих пор не высовывается, но это и к лучшему. Это я про Мака.

– Почему это? – нахмурилась я.

Он посмотрел по сторонам, а затем кивнул в сторону комнаты ожидания.

– Давай поговорим внутри.

Ой.

Колтон придержал мне дверь, и я вошла внутрь и опустилась на ближайший стул. Расстегнув пиджак, детектив Андерс сел напротив.

– Мы много раз наведывались к Исайе. У нас ни одной улики против него, но тут удивляться нечему. Хотя он предпочитает не пачкать руки, мы прекрасно знаем, что они все измазаны этим дерьмом, понимаешь?

И снова этот таинственный Исайя.

– Да.

– Он не любит неудачи и незаконченные дела. Мак сейчас связан и с тем, и с другим, и это раздражает Исайю. К тому же его не радует и пропажа наркотиков, – продолжил Колтон, смотря мне прямо в глаза. – Рано или поздно Исайя всыплет Маку по первое число. Сейчас Мак в одной лодке с…

– Моей мамой?

Он не отвел глаз.

– Да. Мне жаль это говорить, но это так.

Вздохнув, я провела руками по джинсам. Ответить мне было нечего. Совсем нечего.

– Если мама выйдет с тобой на связь, сообщи нам, – попросил Колтон. – Я понимаю, это нелегкий выбор, но она в опасности. Мы сейчас – меньшее из двух зол. Ты меня понимаешь?

Сомневаясь, что смогу выдать маму полиции, я отвела взгляд. Я понимала, что так и нужно поступить, если мама вдруг объявится, и хотела сказать, что все сделаю как надо, но ситуация могла сложиться иначе.

Детектив Андерс поднялся, и я поняла, что разговор окончен. У двери он остановился.

– У тебя ведь неплохо все складывается?

Мне показалось, что это довольно странный вопрос, но я все же кивнула.

– Поэтому подумай о том, что я сказал о твоей матери, Калла. Я понимаю, она родной для тебя человек. Я понимаю, ты ее любишь. И я понимаю, что это нелегко, но не позволяй ей отнять у тебя все хорошее, что ты заслужила.

Слова детектива Андерса весь день звучали у меня в голове. Я пыталась не думать о них, когда мы с Джексом заехали перекусить в небольшой ресторанчик и когда вечером устроились на диване у него в гостиной. Так много всего скопилось у меня в душе – и это выматывало как физически, так и эмоционально.

Было почти восемь вечера, и я только что уничтожила целую пачку тянучек. Выкинув обертку, я вернулась в гостиную и по пути попыталась пригладить всклокоченные волосы. Вряд ли это, конечно, помогло – на голове у меня было настоящее воронье гнездо.

Когда я проходила мимо Джекса, чтобы сесть с ним рядом, парень схватил меня и притянул к себе. Похоже, у него были другие планы.

– Пожалуй, я не пойду к Деннису на мальчишник.

А я совсем забыла, что он уже завтра.

– Почему?

Джекс пожал плечами, погладив меня по спине.

– Тут столько всего творится – с тобой, с Клайдом… Я думаю, что провести с парнями время в стриптиз-клубе последнее, что мне сейчас нужно.

– По-моему, передышка тебе как раз не помешает. Просто держись подальше от отдельных кабинетов, – пошутила я.

– Милая, по четвергам у нас много клиентов, да мне и не…

– Мы справимся с баром и кухней. И я обещаю, что меня не похитят, и не произойдет ничего ужасного.

Джекс изогнул одну бровь.

– Ты обещаешь?

– Зуб даю!

Он ухмыльнулся.

– Вряд ли это зависит от тебя.

– Ничего не случится, если я не буду выходить из-за стойки. К тому же рядом будет Ник. Ты ведь уже договорился, чтобы он подменил тебя в четверг. Все будет в порядке.

– Ты в этом уверена?

Я вздохнула.

– Джекс…

Хитро улыбнувшись, парень устроил меня у себя на коленях, разворачивая лицом к себе так, что я практически оседлала его. Мне это понравилось. Очень. Но я не позволю ему отвлекать меня.

– Не беспокойся. Иди. Я буду в баре. Заберешь меня перед закрытием, и поедем домой. Со мной ничего не случится.

Джекс откинул голову на спинку дивана.

– А что, если я решу прихватить с собой девочку?

– Ну, не знаю. Судя по рассказам Кэти, они все там в масле. Тебе придется следить, чтобы она не выскользнула у тебя из рук.

Джекс рассмеялся, запрокинув голову.

– Круто!

Тут меня словно ударило.

– А что, если Кэти будет танцевать?

Джекс покачал головой.

– Я выйду в туалет.

– Она ведь хороша!

Положив руки мне на бедра, Джекс вытянул ноги, и я оказалась еще ближе к нему.

– Дело не в этом. Просто это же Кэти… мне не хочется смотреть на нее в таком виде.

Улыбнувшись, я понадеялась, что она снова оденется феей.

– Так ты пойдешь?

Парень провел рукой вверх по моей спине, коснулся волос и наклонил мою голову к своим губам.

– Пойду.

– Хорошо.

Он слегка укусил мою нижнюю губу.

– Наверное, ты единственная девушка в мире, которая может ответить «Хорошо», узнав, что ее мужчина собирается в стриптиз-клуб.

Мой мужчина? Зацепившись за эти слова, я даже не успела заметить, что многим девушкам наплевать на стриптиз-клубы, потому что в следующую секунду Джекс уже коснулся моих губ нежным и чувственным поцелуем.

Когда поцелуй завершился, Джекс губами дотронулся до моей скулы. Синяк – свидетельство неудачной попытки моего похищения, уже побледнел, но Джекс все равно поцеловал его, и мое сердце подпрыгнуло от радости.

Я устроилась у него в объятиях, и парень принялся рассеянно переключать каналы. Вскоре легкие поглаживания его руки убаюкали меня, и я закрыла глаза. Было странно. Недавно я и представить себе не могла, что позволю кому-нибудь прикоснуться к моей спине даже сквозь одежду, а теперь наслаждалась контактом, который еще неделю назад не принес бы мне ничего, кроме раздражения.