Останься со мной - Дженнифер Арментроут

Когда Джекс вышел из спальни, я чуть ли не бегом бросилась в ванную и закрыла за собой дверь. Здесь было так же чисто, как и в остальных комнатах. На полу лежал голубой коврик, который прекрасно сочетался с голубой шторкой для душа. Никаких других излишеств не было. Я быстро разделась, стараясь не смотреть в широкое и высокое зеркало. Мне нужно было снять бюстгальтер. Спать в нем я не могла – даже не знаю, из-за шрамов или из-за того, что это просто было чертовски неудобно. Но Джекс не ошибся: футболка оказалась такой просторной и длинной, что свободно повисла на мне и закрыла все до середины бедра. Под нее я на всякий случай надела еще и свою майку.

На мне были сексуальные трусики – ярко-розовые хипстеры с маленьким бантиком посередине, – но это не имело никакого значения. Показывать Джексу свои трусики я не собиралась ни под каким предлогом, так что думать о них или об этом крошечном бантике было просто глупо.

Я смыла макияж, вытащила из ящика новую щетку и попыталась не думать, почему у него в ванной так много новых зубных щеток.

Вернувшись в спальню, я выключила свет, подошла к кровати, откинула одеяло с дальней от двери стороны и нырнула в постель. Повернувшись на бок, я добрых двадцать минут разглядывала закрытые двери стенного шкафа. Усталость вдруг как рукой сняло.

Постель приятно пахла. Она пахла Джексом – его одеколоном и мылом. Глубоко вдохнув, я чуть не подавилась. Неужели я правда обнюхиваю его постель? Похоже, я очень низко пала.

Потом я услышала, как он поднимается по лестнице.

Мне потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы не начать ворочаться и вести себя как полная идиотка. В итоге я сжала зубы и крепко схватилась за подушку, но ничем себя не выдала. Парень вошел в спальню и подошел к комоду, а последовавшие за этим звуки заставили меня пожалеть, что я не вобрала в грудь побольше воздуха, прежде чем задержать дыхание.

Он расстегнул ширинку, и тихий скрежет молнии напряг все мои нервы.

Стянул с себя майку.

Бросил на пол штаны.

Я приоткрыла глаза. В комнате было темно, и я видела лишь его силуэт, но мне ужасно хотелось разглядеть больше. Меня, пожалуй, можно было назвать извращенкой, но… Джекс надел пижамные брюки, но футболку надевать не стал и подошел к кровати с голым торсом.

Видит бог, я бы все отдала, чтобы только увидеть его пресс в ярком свете.

Кровать просела под его весом, парень натянул на себя одеяло и устроился удобнее. Хотя между нами оставалось достаточно места, я все равно чувствовала его тепло. Он молчал, и я вспомнила, что он сказал раньше, когда проговорился, что знает меня дольше, чем я знаю его. Что-то не сходилось: он ведь искренне удивился, когда понял, что Мона – моя мать.

Мне не хотелось думать об этом и вообще не хотелось думать, но мысли рысью неслись в голове, не собираясь останавливаться. Хотя обычно мне было удобно лежать на боку, теперь вдруг я захотела перевернуться на спину, но менять позу мне не хотелось – нужно было как можно скорее заснуть. Я чуть пошевелила бедрами, пытаясь найти удобную позу и надеясь, что Джекс уже уснул. Когда мы впервые спали вместе, он вырубился почти сразу.

– Калла?

Я зажмурилась и задержала дыхание.

– Я знаю, что ты не спишь.

Черт.

– Я сплю.

Джекс усмехнулся.

– Тогда я восхищен тем, что ты мне отвечаешь во сне.

– Я говорю во сне.

Я услышала еще один сексуальный смешок.

– Ты ведь уже не чувствуешь усталости?

– Чувствую, – солгала я. – Я выжата как лимон.

– Ты поэтому ворочаешься с того самого момента, когда я лег?

Я глубоко, подчеркнуто театрально вздохнула и открыла глаза.

– Ты тоже не хочешь спать?

– Уже нет, – ответил он, и, о черт, его голос стал таким низким, что у меня перехватило дыхание. – Ты как? В порядке?

Проклятье, у меня в груди опять запорхали бабочки. Как мило, что он спросил. Боже, он был так добр, что мне хотелось ему об этом сказать, хотя я и не выпила ни капли текилы.

– Да. И нет. Знаешь, могло быть и хуже.

– Да, наверное. – Кровать чуть скрипнула, и я почувствовала, что Джекс подвинулся ближе. Его тепло распространялось под одеялом. – Я знаю пару мест, где может быть твоя мама. Проверим их завтра, прежде чем идти в бар.

Я кивнула.

– Да… Неплохо бы было.

– А Рис отвадит Мака на недельку. Не переживай о нем.

– Но что насчет Исайи? – тихо спросила я.

Матрас прогнулся – Джекс приподнялся на локте. Он лежал очень близко, без футболки, но не касался меня. Даже в темноте я чувствовала на себе его взгляд.

– Мы должны найти твою маму.

Я получила ответ, хотя фактически на мой вопрос он не ответил. Я снова сжала губы, в горле встал ком. Мама… Во что она влипла? Мне необходимо было отвлечься, и я вспомнила о разговоре с Рисом.