Ночь в гареме, или Тайна Золотых масок - Георг Борн

Сирра, не колеблясь, взялась за ручку. Ей удалось приотворить дверь, но та слегка скрипнула. Сирра замерла.

Один из солдат услыхал скрип и приподнялся.

– Это ты, Сулейман? – спросил он, обращаясь к товарищу и в темноте не видя, что происходит у двери.

– Хм, – пробормотал только спросонья спрошенный. Этот ответ, казалось, вполне удовлетворил спрашивавшего, потому что он снова улегся.

Сирра подождала, пока он снова крепко уснет и только тогда вышла, оставив дверь открытой, чтобы скрип ее снова не разбудил солдата, затем она поспешила к выходу, где горел фонарь.

Прежде чем повернуть из бокового коридора, шедшего к главному выходу, Сирра остановилась, прислушиваясь, так как там также могли быть солдаты. Коридор был пуст, ничто не двигалось в нем, большая дверь, выходившая на лестницу, была заперта. Подойдя к этой двери, Сирра убедилась, что она заперта на ключ, находившийся, по всей вероятности, у солдат. Если Сирре не удастся найти этот ключ, то она погибла, поэтому она, не колеблясь ни минуты, решила возвратиться и разыскать ключ, оставшийся в комнате у солдат.

В это время было уже около двух часов, если не больше. Не теряя ни минуты, Сирра пошла назад.

Но куда могли солдаты положить ключ? Было ли для этого отведено какое-нибудь определенное место? Но как ни искала Сирра, ключ не попадался. Тогда ей пришло на ум, что, может быть, солдаты положили ключ под голову. Сирра задумалась на мгновение, потом решилась осторожно попробовать, не лежит ли ключ под изголовьем у одного из солдат.

Она тихонько подошла к соломе, где спали солдаты, и опустилась на колени. Скоро она убедилась, что у этого солдата ни под изголовьем, ни в руках, ни в карманах ключа нет. Но ключ мог быть и у другого солдата.

Подойдя ко второму солдату, она начала свои опасные поиски. Вскоре она действительно почувствовала, что под изголовьем лежит ключ. Чем ближе была она к цели, тем более увеличивалась опасность: в руке Сирры была ручка ключа, нижняя же часть его лежала под головой спящего, надо было вынуть ключ, не разбудив солдата. Сирра начала медленно тащить ключ, но как ни осторожно она это делала, спящий почувствовал, что под ним что-то шевелится и в полусне поднял обе руки к голове. Сирра отдернула руку и солдат не поймал ничего, но теперь стало еще труднее достать ключ, так как спавший положил руки под голову как раз на то место, где лежал ключ. Тогда Сирра решилась и быстро выдернула ключ, а сама присела за изголовьем.

– Что такое? – вскричал, проснувшись, солдат. – Чего тебе надо, Махмуд? Что?.. Что…

– Что такое? – спросил, в свою очередь проснувшись, Махмуд.

– Ты меня толкал, Махмуд?

– Тебя? Тебе, верно, приснилось.

Сулейман, у которого Сирра выдернула ключ, чувствовал, что голова у него еще тяжела, и снова опустился на солому, так же как и его товарищ, чтобы продолжать прерванный сон. Теперь ключ был найден, но надо было ждать еще несколько минут, пока солдаты снова крепко заснут.

Наконец снова послышалось ровное дыхание солдат. Наступила благоприятная для бегства минута. Сирра поспешно проскользнула в коридор, держа в руке ключ. Вдруг ей послышался как будто сигнал, какие даются в Константинополе, когда вспыхнет пожар. Сирра остановилась, чтобы прислушаться, но в коридоре не было ни одного окна, так что всякий шум снаружи был в нем менее слышен, чем в караульных с окнами, где спали солдаты. Тем не менее Сирра не ошиблась, она слышала сигнал пожара. Внизу в башне уже подняли шум. Сирра надеялась, что в общей суматохе ей будет легче ускользнуть, но едва она успела вставить ключ, как услышала шаги приближавшихся солдат. Она не успела открыть дверь и, оставив ключ в замке, спряталась за выступом стены.

– У тебя ключ? – раздался голос одного из солдат.

– Нет, он, должно быть, у тебя, – отвечал другой.

– Ты, может быть, думаешь, что я пьян и ничего не помню? – с гневом вскричал Махмуд. – Ты взял ключ, когда мы ложились, и положил его под голову.

Сулейман, казалось, вспомнил.

– Да, ты прав! – вскричал он. – Я теперь припоминаю, что положил его вчера под голову… Но ключа нет, Махмуд!

– В таком случае мы не можем выйти. Беда, если мы не поспеем вовремя к смене.

Начало уже рассветать и, судя по сигналу, пожар был в Пере.

В эту минуту Махмуд взглянул на дверь и увидел, что ключ вложен в замок.

– Клянусь бородой пророка! – воскликнул он. – Здесь что-то нечисто. Это невозможно.

– Что с тобой? – спросил Сулейман.

– Ключ торчит в замке, – отвечал с испугом Махмуд.

– Тем лучше. Отворяй скорее.

– Я сам, своими руками вынул его вчера вечером!

– Если бы ты его вынул, так он не мог бы быть теперь здесь.

Махмуд покачал головой, тогда как Сулейман поспешно подошел к двери и, отворив ее, стал прислушиваться. Вскоре снизу пришел начальник караула посмотреть, стоят ли на своих постах часовые, считавшие себя теперь счастливыми, что они вовремя успели найти ключ.

Сирра со страхом сидела в своем углу, видя, что делается все светлее и что скоро ее бегство может быть открыто по обрывку веревки, висевшему из ее окна. Вся надежда Сирры была теперь на общую смену часовых в пять часов. Минуты казались ей часами, и она каждое мгновение боялась услышать, что ее бегство открыто.

Пожар, казалось, был невелик, потому что сигналы скоро смолкли.

Наконец наступило время смены. Махмуд и Сулейман спустились вниз, чтобы вместо себя послать других.

Этой минутой, когда коридор был пуст, а дверь открыта, Сирра воспользовалась, чтобы сбежать вниз. Внизу в это время также не было часовых. Неслышно, как тень, добралась Сирра до входной двери, как вдруг услышала громкие шаги и голоса двоих разговаривавших, показавшиеся ей знакомыми.

Это были Махмуд и Сулейман. Первый нес в руках кружку, взятую им наверху.

– Пуста! – кричал Махмуд и с таким азартом сунул кружку в лицо Сулейману, что чуть не выбил ему зубы. – И ты еще хочешь меня уверять…

– Я говорю тебе, – перебил Сулейман, – я отлично знаю, что кружка была еще до половины наполнена кофе, и никто, кроме тебя, не мог выпить его. Я тебя знаю, ты вечно так делаешь…

– Что? – с гневом вскричал Махмуд. – Ты хочешь уверить меня, что я выпил кофе?!

Сирра невольно улыбалась, слушая этот разговор. Голоса солдат замолкли в отдалении, но, очевидно, им не скоро суждено было решить, кто из них выпил кофе. Тогда Сирра быстро проскользнула в широко открытую дверь. Наконец-то она была свободна.

День уже начался, и Сирра из полутемного коридора вдруг выскочила на яркий солнечный свет. Перед башней было большое оживление, так как возвращались отряды, посланные на пожар. Ворота со двора были открыты, и Сирра быстро воспользовалась этим, чтобы окончательно выбраться на свободу, где погоня за ней была невозможна, так как она в одно мгновение скрылась в лабиринте узких улиц, окружающих башню Сераскириата.