Виринея, ты вернулась? - Александра Миронова

То, что что-то пошло не так, Оля поняла не сразу. Вероника выпила залпом отвар, который Ольга приготовила с утра пораньше, и сразу стала выглядеть счастливей. Одноклассница засыпала Олю тысячей вопросов: «когда начнет действовать?», «я уже сегодня перестану заикаться?». Оля не могла на них ответить, но не хотела развенчивать свой имидж – ведь уже вся школа знала, что она всемогущая колдунья. Знала, боялась и уважала.

Оле очень нравилось идти по коридору, милостиво улыбаться знакомым и кивать головой незнакомым, заискивающим перед ней. Это чувство настолько отличалось от того, с которым Оля жила предыдущие пятнадцать лет, что она была готова на что угодно, лишь бы никогда его не терять. Интересно, почему мама не давала ей этой свободы? Неужели Даша права и мама ей просто завидует?

Игнатия амара, арника монтана и белладонна, – готовя этот отвар для Вероники, Оля чувствовала себя куда более уверенно, чем когда возилась со спорыньей для Сашки. И хотя белладонна тоже была отмечена маленьким огоньком в бабушкиных записях, эта трава являлась куда менее опасной, чем спорынья.

Веронику скрутило на уроке биологии. Девочка схватилась за живот и попросилась выйти. Сашка кинул быстрый взгляд на Олю, но та постаралась сохранить непроницаемое выражение лица. Мало ли почему у Вероники разболелся живот. Но когда та не вернулась в класс через десять минут, Оля начала беспокоиться. Несмотря на протест биологички, на которую Ольга в последнее время и вовсе внимания не обращала, девочка вышла из класса и кинулась в женский туалет.

Вероника лежала без сознания возле кабинки. Скрючившись, как раненое животное, она прерывисто дышала, глаза закатились. Оля едва не упала рядом с одноклассницей.

– Что с ней? – Сашка безо всякого смущения вошел в женский туалет.

– Кажется, я ее убила, – помертвевшими губами выдавила из себя Оля.

– Не говори глупости. – Он кинулся на колени перед Вероникой и принялся ее тормошить. – Ника, эй, Ника, очнись, не смешно! Да она просто хочет тебя подставить, – зло заключил он, тряся девочку и пытаясь изо всех сил противостоять нарастающему ужасу.

Вероника не реагировала. Оставив тщетные попытки привести ее в сознание, Сашка достал телефон и набрал номер матери, сообщницы их преступления:

– Мама, Оля сделала для Вероники лекарство от заикания, Ника выпила, а сейчас лежит на полу и еле дышит, что делать? «Скорую»? Что использовала?

Он выжидающе посмотрел на Олю, осевшую на пол рядом с Вероникой.

– Арнику, игнатию и белладонну, – прошептала та.

– Белладонну какую-то, арнику и…

– Игнатию.

– И игнатию.

Выслушав ответ матери, парень посмотрел на Олю:

– Ты сможешь остановить действие лекарства?

– Нет, нет! – вдруг заорала Оля. – Я ее убила!

Даша, услышавшая в телефонной трубке панические крики племянницы, постаралась говорить как можно увереннее:

– Саша, вызывай «Скорую» и беги за Верой. Да, ты все правильно услышал, за Верой. Сейчас же.