Благословение небес - Джудит Макнот

– Тебе сказала об этом ее компаньонка или это твоесобственное мнение? – хриплым от волнения голосом спросил вдруг Ян.

– О чем?

Тяжело переведя дыхание, Ян повторил вопрос:

– Ее компаньонка сказала, что два года назад Элизабет былавлюблена в меня, или это твое собственное мнение?

Видимо, ответ на этот вопрос был очень важен для Яна, иДункан едва удержался от улыбки. Однако в настоящую минуту викарию больше всегона свете хотелось, во-первых, женить Яна на Элизабет, чтобы возместитьпричиненное ей зло, а во-вторых, помирить его с дедом. Для того, чтобы сделатьпервое, Яну придется выполнить второе, так как дядя Элизабет ясно дал понять,что на первом месте для него стоит титул. И Дункану так сильно хотелось, чтобыисполнились оба эти желания, что он солгал бы, если бы угрызения совестивовремя не удержали его.

– Мисс Трокмортон-Джонс высказывала такое мнение, когда былапод действием лауданума. Видя отношение к тебе Элизабет, я пришел к такому жевыводу.

Еще одну невыносимо долгую минуту он пребывал внеизвестности и, зная, о чем сейчас думает Ян, поспешил опередить его. Но чтобытот не начал возражать, решил опираться только на твердую логику.

– Тебе не остается ничего другого, как избавить девушку отэтого отвратительного брака.

Приняв молчание Яна как разрешение продолжать, Дунканзаговорил увереннее:

– Чтобы сделать это, ты должен убедить дядю Элизабет неотдавать ее за этого человека. От мисс Трокмортон-Джонс и из прочитанной мноюзаписки я узнал, что дядя Элизабет отдаст предпочтение обладателю самоговысокого титула. Среди знати это общепринятое правило, поэтому можешь не питатьнапрасных надежд, что тебе удастся убедить его в неразумности такого подхода. –Заметив, как побелело лицо Яна, Дункан понял, что достиг своей цели, и пошелва-банк. – Получить титул в твоих силах, Ян. Я знаю, как сильна твоя ненавистьк деду, но сейчас это уже не имеет Значения. Либо ты позволишь Элизабет выйтиза этого презренного Белховена, либо ты помиришься с герцогом Стэнхоупским. Тутили-или, третьего не дано, и ты знаешь об этом.

Способность трезво мыслить изменяла Яну каждый раз, когдаречь заходила о том примирении с герцогом. Дункан молча наблюдал за ним,понимая, какая борьба сейчас происходит в его душе, и со страхом ждал еерезультатов. Ян упрямо нагнул свою темноволосую голову и сжал кулаки.

– Проклятый сукин сын! – наконец вырвалось у него сквозьстиснутые зубы. – Через одиннадцать лет он все-таки добился своего. И все из-затого, что я не смог заставить себя не распускать руки и не дотрагиваться донее.

Дункана наконец отпустило напряжение, и он с трудом сдержалсвою радость.

– В жизни бывают вещи и похуже, чем женитьба на прекрасноймолодой женщине, которая еще к тому же обладает настолько хорошим вкусом, чтополюбила тебя, – утешил он Яна.

Ян хотел было улыбнуться. Однако это желание тут же прошло,как только реальность обрушилась на него во всей своей сложности ибезысходности.

– Что бы она ни чувствовала ко мне, все это осталось впрошлом. Теперь ей нужна только независимость. Викарий удивленно вскинул нанего глаза.

– Независимость? Действительно? Какое странное желание дляженщины. Но я уверен, что ты сумеешь избавить ее от этих фантазий.

– Не рассчитывай на это.

– Людям свойственно переоценивать значение независимости.

Дай ей эту независимость, и она возненавидит ее, – посоветовалон племяннику.

Но Ян едва слушал его: ярость от сознания того, что емупридется капитулировать перед дедом, поднялась в нем с новой силой.

– Будь он проклят! – проговорил Торнтон сквозь зубы. –

Гори он в аду вместе со своим титулом.

Улыбка исчезла с лица Дункана, и он резко сказал:

– Возможно, именно страх сгореть в аду, чего ты так пламенноему пожелал, и заставил его прилагать столь отчаянные усилия сделать тебя своимнаследником. Однако подумай, герцог начал попытки примирения больше десяти летназад – задолго до того, как сдало его сердце.

– Он опоздал на десять лет! – не унимался Ян. – Мой отец былзаконным наследником, а этот старый негодяй и не подумал простить его, пока онне умер.

– Я прекрасно знаю об этом. Но сейчас нет смысла этообсуждать. Ты проиграл эту битву и должен принять поражение с достоинством,соответствующим твоему высокому происхождению – так, как это сделал бы твойотец. Это твое законное право – называться герцогом Стэнхоупским. И ничто неможет этого изменить. Больше того, я просто уверен, что твоей отец простил быгерцога, будь у него такая возможность, как сейчас у тебя. В бессильной яростиЯн привалился к стене.

– Я не мой отец, – упрямо проговорил он.

Испугавшись, что Ян засомневался, викарий вновь пошел внаступление:

– Сейчас некогда терять время на разговоры. Я не исключаювероятности того, что ты опоздал и твой дед уже назвал другого наследника.

– У меня также есть неплохой шанс быть посланным ко всемчертям после того письма, что я написал ему в последний раз.

– Если ты будешь медлить, то приедешь к Элизабет уже послеих с Белховеном свадьбы.

Ян еще какое-то время колебался, потом коротко кивнул и,засунув руки в карманы, нехотя пошел к лестнице.

– Ян? – позвал его Дункан.

Тот остановился и повернулся к викарию.

– Ну что еще? – недовольно спросил он.

– Напиши мне, как добраться до дома Элизабет. Надеюсь, тысохранил за мной право совершения церемонии бракосочетания?

Племянник кивнул.

– Ты поступаешь правильно, – тихо сказал викарий, думая ужео другом. Он боялся, что Ян будет держаться отчужденно, когда приедет кгерцогу, тем самым оттолкнет его, и тот не станет объявлять его своимнаследником.

– Независимо от того, каким окажется ваш брак, ты долженжениться на Элизабет. Ты внес хаос в ее жизнь.

– Кстати, значительно больший, чем тебе кажется, – заметилЯн.

– Ради Бога, что это значит?

– Именно из-за меня ее опекуном стал дядя, – с тяжелымвздохом ответил Ян. – Ее брат сбежал не от долгов и не из-за скандала, какдумает Элизабет.

– Из-за тебя? Но как это могло случиться?

– Он вызвал меня на дуэль и, когда ему не удалось убить менязаконным способом, пытался сделать это еще дважды, подстерегая меня на дороге,причем оба раза был чертовски близок к осуществлению своей цели. Тогда япохитил его и отправил на своей «Арианне» в Индию, чтобы немного охладить егопыл.