Смертельные поцелуи - Бренда Джойс

Четверг, 5 июня 1902 года. 18:00

Франческа лежала на диване в доме сестры, рядом сидел Рурк и третий раз нащупывал пульс. На голове лежал пузырь со льдом. В тот момент, когда ее ударили по голове, на помощь бросился подоспевший Рауль, издали заметивший опасность. Однако вместо того чтобы погнаться за нападавшим, Рауль занялся Франческой. К сожалению, удар был достаточной силы, чтобы она мгновенно потеряла сознание и не смогла запомнить внешность нападавшего. Через несколько минут Франческа пришла в себя и заставила Рауля рассказать ей все, что он видел, затем лично осмотрела все вокруг и нашла небольшой серебряный стаканчик для бритья. Плотная стенка была чуть помята, из чего Франческа сделала вывод, что это и стало орудием нападения.

– Как твоя голова? – поинтересовался Рурк с улыбкой и мельком взглянул на суетившуюся вокруг сестры Конни.

– Уже намного лучше. Кон, со мной все нормально. Меня всего лишь стукнули стаканчиком по голове. Вы не могли бы позвонить Брэгу? Мне надо с ним поговорить.

– Но ты должна лежать! – возмутилась Конни. Она была бледна, как алебастровая статуя. – Рурк, разве ей можно сейчас продолжать расследование?

– Ни в коем случае, – ответил тот и встал, закрыв саквояж.

– Мне надо поговорить с Риком. – Франческа сжала его руку. – Это срочно, промедление может быть губительно.

– Франческа. – Рик присел на стоящий рядом с диваном пуф. – Если ты права и тебя ударили этой серебряной штукой, это может быть очень серьезно. У тебя гематома на затылке, возможно сотрясение. Хорошо, что нет раны, иначе понадобилось бы накладывать швы. Франческа, тебе надо отдохнуть, но я не рекомендую засыпать в ближайшие двенадцать часов. – Он повернулся к Конни: – Кому-то надо побыть с ней ночью. Не хочу, чтобы она заснула. Необходимо обильное питье, можешь поесть, но немного – например, тост с джемом.

Конни закивала. Выражение лица у нее было испуганным.

– Мы с Нейлом будем дежурить по очереди.

Но Франческу было не так просто заставить сдаться.

– Рауль мельком видел нападавшего. Необходимо срочно все сообщить Брэгу. Он считает, что это был очень худой мужчина, может, даже женщина. На нем или на ней было пальто и фетровая шляпа. Мужская шляпа – и это в июне! – Франческа подозревала, что напавшим на нее человеком был Гиллеспи, он единственный подходил по росту и комплекции. Ведь она как раз занималась переводом им денег дочери.

– Я заеду утром, – сказал Рурк и дружески погладил Франческу по плечу. – Уже шесть часов, Франческа, сегодня ты ничего не сможешь сделать для продвижения в расследовании. Нет ничего, что нельзя отложить до утра – начнешь сразу после осмотра.

Она начинала злиться.

– Тогда приходи пораньше, если сможешь.

Рурк прав, в такое время в банке уже нет служащих, чтобы принять телеграмму и ответить. Конечно, она могла бы поговорить с Гиллеспи. Интересно, как он объяснит визит к дочери в мае и перевод ей огромных сумм? Надо выяснить, где он был в тот час, когда ее ударили по голове. Франческа поежилась. Ей повезло, что не случилось ничего более серьезного.

– Рурк? Ты едешь к Харту?

– Да.

Она колебалась. К этому времени его уже должны были отпустить под залог. Захочет ли он увидеть ее, если узнает об этом происшествии?

– Не знаю, что ты замышляешь, Франческа, но я обязательно расскажу все Колдеру. Ему не понравится, если мы утаим этот инцидент. Не хочу рисковать собственной головой и быть виновным в сокрытии важной информации. А теперь отдыхай – но не спи.

Конни проводила молодого человека до дверей, где они задержались и обменялись несколькими фразами, которые Франческа не расслышала, поскольку говорили слишком тихо. Затем Конни поспешила вернуться к сестре, взгляд ее был таким же встревоженным, как и раньше.

– Я сегодня видела Колдера. Ничего не изменилось, Кон, он все такой же упрямый.

Конни поняла, что она имеет в виду.

– Фрэн, я очень удивлюсь, если он не прибежит увидеться с тобой после того, что произошло. – Она опустилась на пуф, на котором до этого сидел Рурк. – Тебя могли серьезно ранить, а возможно, даже убить!

– Но ведь не убили, верно? Догадываешься, что это значит? – Франческа многозначительно посмотрела на сестру. – Я подошла очень близко к решению задачки, Кон, и убийца Дейзи об этом знает.

– Фрэн! Очень надеюсь, что ты ошибаешься, поскольку в противном случае убийца постарается еще раз тебя остановить!

Франческа задумалась. Сестра права, надо действовать осторожно. Она должна всегда быть начеку и не забывать брать с собой оружие.

– Чем раньше я завершу дело, тем лучше. – Она вспомнила о Харте, и сердце сжалось. – Харт не должен так упрямиться! Конни, он не видит себя таким, каким вижу его я. Он постоянно твердит, что недостаточно хорош для меня, что я заслужила более благородного жениха. Убийство Дейзи стало для него поводом разорвать нашу помолвку, и мне страшно, что он не вернется ко мне, даже когда все закончится.

Конни печально смотрела на сестру.

– Это будет означать, что он недостаточно любит тебя, Фрэн, или любит слишком сильно.

Франческа заморгала.

– Ты же знаешь, я всегда поддерживала ваш союз, но должна предупредить тебя, что жить с человеком, у которого такая репутация и прошлое, весьма непросто. Более того, это будет чрезвычайно сложно! Иногда я не понимаю, как тебе удается с ним ладить. Мне было не по себе, когда я разговаривала с ним вчера.

– С Хартом бывает очень сложно, – согласилась Франческа, – но внешняя холодность и жестокость для него лишь способ скрыть свои чувства, потому что он испуган и не знает, как поступить.

Конни приподняла брови.

– Сложно представить, что Харт может быть чем-то напуган.

– Под маской высокомерного и властного богача скрывается крайне ранимый человек.

Конни так посмотрела на сестру, что стало ясно – она ей не верит. Двери салона были распахнуты, и в следующую секунду до женщин донесся стук во входную дверь. Конни нахмурилась.

– Надеюсь, ты не будешь на меня злиться.

– За что? – заволновалась Франческа.

Конни медлила с ответом, но тут в холле послышался голос их матери.

– Где Франческа? – требовательно воскликнула Джулия. По мраморному полу зацокали каблучки.

– На тебя напали, а она наша мать! – ответила Конни, вставая, когда в комнату влетела Джулия.

Она оглядела обеих дочерей и бросилась к младшей: