Коварный обольститель - Рене Энн Миллер

– Это можно выразить одним словом. Неспокойно. Дом на Харли-стрит подойдет идеально. Он уже оснащен под резиденцию врача. И тебе не придется ехать куда-то в офис, чтобы затем отправиться по вызовам. Это позволит тебе проводить больше времени дома.

София поцеловала мужа в щеку. Порочный граф Уэстфилд изменился до неузнаваемости. Он стал любящим, добрым, замечательным отцом, щедрым любовником и заботливым мужем. Спустя пять месяцев после их свадьбы он привел ее в Южный Кенсингтонский музей, где она с изумлением увидела выставленную на всеобщее обозрение статую, созданную ее дедом, художником Джанни. Он купил скульптуру у своего зятя Генри и преподнес это произведение в дар музею, чтобы публика могла любоваться этой работой – как и мечтала София. Не прошло и года, как он подарил ей одну из картин ее деда – одну из трех, которые ей пришлось продать, чтобы купить дом в Челси. Ему понадобилось еще почти два года, чтобы узнать местонахождение последней из проданных ею работ, ему это удалось, – и теперь этот пейзаж висел у них в спальне. И он приложил огромные усилия, чтобы изменить закон, не позволявший женщинам становиться врачами, в конечном итоге добившись успеха. Но самым лучшим подарком, который он ей сделал, стала их семья. Селия, Винсент, Гарри и Майкл.

За дверью спальни послышались торопливые шаги. Мальчики уже встали, и Винсент – названный так в честь ее деда, – вероятно, возглавлял всю эту шайку, заставив их бедного наставника пуститься за ними в погоню.

София улыбнулась мужу.

– Кавалерия готова.

В коридоре рядом со спальней слышался спокойный увещевающий голос Селии, которая пыталась утихомирить непосед.

– Да, я обещал им немного поиграть в крикет до уроков сегодня утром. – Он нежно поцеловал ее в лоб. – София, у меня есть и свой корыстный интерес в покупке дома Монтгомери. Мальчишки такие непоседы и носятся сломя голову. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты всегда рядом, поскольку из меня доктор никудышный.

Она провела пальцем по небольшому шраму над его правой бровью. Хейден настоял на том, чтобы присутствовать на родах во время рождения Винсента. Он грохнулся в обморок, и ему пришлось наложить семь стежков. Он присутствовал и при рождении Гарри и Майкла, но сидел в изголовье, спиной к доктору, держа Софию за руку.

– Я условился о встрече в резиденции Монтгомери сегодня в два часа. Что ты об этом думаешь?

Она провела пальцем от шрама вниз к щеке и затем к нижней губе.

– Думаю, с каждым днем я люблю тебя все сильнее. – Она подвинулась ближе и почувствовала, что что-то потребовало ее внимания внизу под покрывалом. Он вопросительно поднял брови. – Пожалуй, детям придется немного подождать начала вашего крикетного матча.

София рассмеялась и с головой укрыла себя и мужа покрывалом.