Корбо. Чёрная птица. Книга 1 - Татьяна Милях

Уверенно шагая по вечернему городу, Корбо издалека разглядел на фоне темнеющего неба горделивый силуэт «Поцелуя Фортуны». Заметив свет в каюте женщин, капитан с удовлетворением отметил: пленницы ещё не спят. Поднявшись на корабль, Тэо заглянул в бывшую кают-компанию.

Вместе с дамами здесь находились служанки. Лишившись внимания сомнительных кавалеров и получив счастливую передышку, испанки, ожидая скорого завершение путешествия, старались не вспоминать о своих невзгодах, а весело щебетали и шутили. Эстель, слушая болтовню прислуги, задумчиво рассматривала изображение Альваро. По-видимому, желая загладить вину перед женихом, сеньорита не расставалась с его портретом ни на минуту и практически не выпускала эмаль из рук.

Завидев капитана, женщины тут же замолчали и растеряно уставились на мужчину.

– Сеньорита, выходите! – обратился Корбо к Эстель, приглашая жестом следовать за ним.

Под строгим взглядом капитана девушка оцепенела словно кролик перед удавом и, сжимая в руках портрет Альваро, послушно направилась к двери.

Последние дни Эстель, злясь на себя за столь нелепую сдачу пирату, тихо ненавидела его и старалась не вспоминать о Корбо. Правда, отсутствие внимания со стороны капитана сеньорита воспринимала двояко: с одной стороны, она облегчённо вздохнула: ей не приходилось противостоять грозному разбойнику; с другой стороны, столь пренебрежительное отношение к ней изводило гордую испанку потаённой обидой.

Наконец, корабль встал на якорь, и команда отправилась покорять местные кабаки. Когда же

Долорес, усмехнувшись, проговорила, что и Корбо наверняка пошёл обхаживать местных шлюх, у Эстель болезненно дрогнуло сердце. Благородной испанке было унизительно осознавать, что для её первого мужчины она имеет значение не больше портовых девок. Оскорблённое самолюбие усердно грызло бедняжку, и Эстель, стараясь не принимать близко к сердцу отношение недостойного разбойника, упрямо твердила себе, что скоро она встретится со своим рыцарем женихом, и всё в её жизни наладится. Вполне убедив себя в этом, сеньорита успокоилась, и вот когда Эстель мыслями находилась с Альваро, капитан вдруг вновь появился перед ней. Пленница испуганно задрожала: ну зачем он снова решил мучить её?!

Корбо зашёл в свою каюту и разжёг свечи:

– Садись, – приказал мужчина, показывая на стул.

– Вы не остались на берегу с командой? – растеряно спросила девушка. – У вас такой выбор шлюх, а вы вспомнили обо мне, – с некоторой обидой в голосе проговорила она.

Внимательно разглядывая пленницу, капитан задумался, и приятная догадка неожиданно посетила его. «Похоже, она меня ревнует?» – с торжеством подумал Тэо.

– Я предпочитаю честных женщин гулящим, – улыбнувшись, ответил пират и добавил:

«Прелестниц ветреных, мой друг ⁴⁵,

Мы страстно любим, но не вечно.

Мы любим долго и сердечно

Лишь добродетельных подруг,» – процитировал Корбо и усмехнулся: – А потому я решил составить компанию вам. Зачем мне тратить своё время на портовых девок, когда у меня на корабле скучает такая очаровательная леди? – галантно поклонился Тэо и, решив развеять подозрения сеньориты, уточнил: – И хочу вас заверить, что с последней нашей встречи я не посещал других женщин.

Понимая, что она для пирата, словно открытая книга, и он вновь читает все её мысли, Эстель вспыхнула:

– Мне абсолютно наплевать, где вы бываете и с кем! – надменно воскликнула она. – И не льстите себе, капитан, я вовсе не скучаю. Вернее, скучаю, но только не о вас, – добавила сеньорита и, мельком взглянув на портрет Альваро, снова прижала эмаль к груди.

– Что у вас там? – заинтересовался Корбо.

Не желая показывать изображение жениха, Эстель насупилась и сердито посмотрела на капитана.

– Давай! – командным тоном повторил пират и протянул руку. Понимая, что лучше подчиниться, девушка протянула эмаль. Взглянул на изображение, Корбо усмехнулся. – А-а-а, ваш жених! – иронично улыбнулся он. – Всё не можешь налюбоваться на своего красавчика? – усаживаясь напротив и разглядывая портрет, презрительно скривился Тэо. – Не переживайте, сеньорита, ещё недели две – и мы окажемся на месте, а там ещё немного – и вы встретитесь, – капитан снова взглянул в лицо молодого человека.

Серые глаза идальго смотрели с некоторым высокомерием, и Корбо неожиданно почувствовал, как неприятное мерзкое чувство похожее на ревность змеёй выползает из глубины души, болезненно царапая острой чешуёй грудь.

– Надеюсь, тогда вы будете счастливы, – криво усмехнулся пират.

– Думаю, так и будет, – гордо ответила Эстель и твердо посмотрела на пирата. – Он благородный дворянин и человек чести. Главное, я люблю его, а он любит меня.

– Вы действительно так думаете? – недоверчиво прищурился капитан. – Как вы можете быть уверены в его любви, если в своей любви сомневаетесь? – усмехнулся он и, пристально взглянув на девушку, напомнил: – Я помню, какой страстной ты была в нашу последнюю встречу.

Эстель смутилась и покраснела, ей было стыдно признавать правоту мужчины, но она быстро нашлась.

– Не вам, пирату, рассуждать о любви! – воскликнула она. – Я была напугана и просто благодарна вам за спасение, – пояснила сеньорита. – Порой поддавшись сиюминутному чувству, мы совершаем ошибки, но главное, что мы готовы их исправить.

– Так значит, из чувства благодарности ты мне отвечала? – догадался Корбо, чувствуя, как в жилах вскипает раздражение.

– Похоже, чувство благодарности вам тоже не знакомо? Так же как и чувство любви, – с презрением поморщилась Эстель. – Вам доступна разве что любовь к деньгам и к власти.

– Вы правы! – нервно засмеялся Корбо. – Я довольно рано понял, что только деньги способны дать человеку всё, чего он хочет. Власть, уважение, даже преклонение и уж тем более любовь. За деньги можно купить, что угодно и кого угодно! И проще всего женщину!

Эстель гневно посмотрела на мужчину и взволновано произнесла:

– Женщину вы купить можете. Но любовь за деньги вы не купите никогда! Это невозможно! – возразила она.

– Бросьте! – иронично усмехнулся Корбо. – Когда человек богат и облачён властью, любая женщина, мечтая о его благосклонности, оказывается у его ног. Взгляните на своих королей и самодовольных грандов, и вы поймёте: я прав. Пусть он даже стар и безобразен, но женщины слетаются к этому трухлявому пню, словно пчёлы на мёд. Вопрос лишь в цене. Просто у портовой шлюхи одна цена, а у знатной дамы другая, – едко улыбнулся пират.

– В этом случае вы покупаете не любовь, а старательно разыгранный спектакль! – не сдавалась Эстель. – Изображать чувства и любить – это две разные вещи! Такая женщина любит не вас, а, также как и вы, деньги! А в душе, возможно, даже презирает вас, впрочем, так же, как и вы её, – горячо проговорила сеньорита и, немного подумав, добавила: – Возможно, любовь к деньгам и сближает таких людей? Оба получают то, чего хотят, и то, чего заслуживают! Примитивное животное чувство, удовлетворяющее их похоть, пустое и никчёмное, и больше ничего! – уверено проговорила она. – Вы никого не любили, – констатировала сеньорита и вдруг поинтересовалась: – Но кто-нибудь любил вас? Просто так, как человека? Не потому что вы капитан, не потому что у вас есть деньги, не потому что зависит от вашей власти, а просто так? Просто мужчину с именем Тэо? Только за то, что вы такой, какой есть? Кто-нибудь говорил вам, что любит Тэо Эмери?