Отрекаются, любя, или Я подарю тебе небо в алмазах - Юлия Шилова

Как только я дошла до своей машины, я все жеподозрительно огляделась вокруг и, не найдя ничего опасного, села за руль.Затем включила мотор, мысленно перекрестилась и поехала в сторону нужного мнеподъезда. Подогнав свой джип прямо к подъезду, я открыла задние двери,посмотрела, на месте ли плед, и, убедившись в том, что он есть, постояла такпару минут. Во дворе было тихо. В песочнице играли дети, на скамейках мамаши сколясками явно обсуждали своих мужей и тихонько смеялись… Бригады рабочих,которые рыли какие-то траншеи, не было. Не было и зеленой иномарки, котораядолжна была курировать двор. Было тихо. Необычайно тихо. И все же… Все же ячувствовала чей-то взгляд. Я очень хорошо его чувствовала. И я понимала, чтоэтот чей-то настойчивый, незнакомый взгляд может, попросту говоря, запороть вседело.

Подняв голову, я увидела стоящую на балконевторого этажа бабульку, которая, по всей вероятности, очень скучала и решиларазвлечься, наблюдая за мной. Посмотрев на бабульку в упор, я глупо понадеяласьна то, что она все же не выдержит моего взгляда и ретируется с балкона. Но нетут-то было. Вместо того чтобы уйти, бабулька поставила стул, села, нахмурилаброви и снова стала таращиться на меня.

– Бабуль, а чего вы тут сели? –брякнула я, потому как молчать больше не могла.

– А тебе какое дело? Хочу и сижу. Мойбалкон, что хочу, то и делаю. – Бабуля была настроена крайне воинственно,и я поняла, что мои шансы на то, что она перестанет за мной наблюдать изаймется чем-нибудь другим, равны нулю.

– А зачем вы на меня так смотрите?

– Хочу и смотрю. В этом дворе большесмотреть некуда.

– Как это некуда?!

– Некуда. – Бабулька улыбнуласьбеззубой улыбкой и по-прежнему не сводила с меня своих глаз.

– На женщин с детьми посмотрите, – ямахнула рукой в сторону мамочек с колясками.

– А чего мне на них смотреть? Я их каждыйдень вижу.

– Тогда на траншею. Присмотритесь,правильно ли ее вырыли и не ушли ли от нужного маршрута.

– От чего не ушли? – не поняла менябабулька.

– Я говорю, не отошли ли от нужногомаршрута. Может, траншея какая кривая получилась? Может, она вырыта не под темградусом…

– Я, дочка, не строитель. Мне безразницы, под каким градусом эта траншея вырыта, а вот на тебя мне посмотретьинтересно.

– Значит, вы так и будете на менясмотреть?

– Так и буду.

– До каких пор?!

– Пока не надоест.

– А когда надоест?

– Не знаю. Наверное, пока ты, дочка, снашего двора не уедешь.

Я обессиленно развела руками, тяжело вздохнулаи спросила вкрадчивым голосом:

– Бабуль, а может, я вам денег дам?

– Каких еще денег?

– Каких-каких? Обыкновенных. Я быстро.Прямо сейчас к вам забегу и денежек дам.

– Да за что? – не понимала менябабулька.

– За то, чтобы вы на меня не смотрели.Какая у вас квартира? Я вам прямо сейчас денежек и принесу.

– Чего?!

Я полезла в сумочку за кошельком, но старушказашлась в истошном крике:

– Ты чего к пожилым людям цепляешься и ссобственных балконов их выгоняешь?! Я вот сейчас позвоню в милицию и расскажу,что ты мне открыто угрожаешь!

– Да что вы, я и не думала вам угрожать.Я просто хотела вам помочь, денег немного дать.

– Нет, угрожаешь!!! – не унималасьстарушка.

Поняв, что своим криком она может привлечь ужсовсем излишнее внимание к моей персоне, я тут же постаралась ее утихомирить ипо возможности загладить конфликт.

– Вы успокойтесь, пожалуйста. Не нужнотак кричать. Вас же никто не убивает.

– Такая, как ты, и убить может! –распалилась бабулька. – Что ты в нашем дворе делаешь?! К кому ты приехала,аферистка проклятая!

– Тише…

– Я тебе сейчас покажу тише! Ишь ты, онамне еще деньги сует!

Поняв, что с этой фурией спорить бесполезно, яподошла к своему джипу, быстро завела мотор, развернула машину задом и, заехавна асфальтированную площадку, примыкающую к подъезду, подкатила к самым дверям.Бабульку явно заинтересовал мой маневр. Она тут же встала со своего места,наклонилась, перегнулась через перила и принялась возмущаться:

– А ты зачем так свою машину поставила?Ты что собралась делать? Сюда вообще заезжать нельзя! Я сейчас в экологическуюмилицию позвоню! Поставила машину так, что ни пройти, ни проехать. Как теперьлюдям из дома выходить?!

– Да я ненадолго, – попыталась яотмахнуться от изрядно поднадоевшей бабульки.

– Хоть надолго, хоть ненадолго – мне всеедино. Ты нарушаешь правила нашего общежития.

– Бабуль, какого еще общежития?!

– Нашего, – не моргнув глазомответила бабка.

– Да вы ж не в общежитии живете, а вквартире.

– Какая разница?!

Поняв, что у меня уже просто не осталосьвремени на то, чтобы продолжать дальнейший и совершенно бессмысленный спор, ясмахнула выступивший на лбу холодный пот и процедила сквозь зубы:

– Бабуля, ты чего так через перилаперегнулась?! Того и гляди сейчас упадешь. Равновесие не удержишь и шлепнешьсявниз. Любопытной Варваре что сделали, а?!

Мои слова подействовали на бабульку, каккрасная тряпка на быка, и она принялась костерить меня на чем свет стоит.Стараясь не обращать внимания на ее брань, я открыла задние двери, досталаоттуда плед и, положив его под мышку, пошла в подвал. Петька полулежал нахолодной земле и смотрел на меня какими-то пустыми, ничего не выражающими, едваприоткрытыми глазами.

– Тань, ты чего так долго?

– Да там бабка одна привязалась.

– Что-то мне совсем поплохело.

– Ну все, Петенька, потерпи. Сейчас намбы только до машины добраться…

Подойдя к Петьке как можно ближе, я попыталасьего поднять и, осознав, что эта задача не из легких, спросила:

– Петь, а может, не будем рисковать?Может, пошло оно все к черту! Может, «скорую» вызовем?