Дорогой, я стала ведьмой в эту пятницу! - Арина Холина

На последнем этаже они с трудом различили поблекшую цифру «семь» на двери, отыскали звонок, который надо было крутить по часовой стрелке, и позвонили.

Внутри квартиры послышалось глухое дребезжание.

Некоторое время изнутри не доносилось ни звука, но потом девушки услышали шорохи, шаги, и наконец, низкий женский голос поинтересовался:

— Чего пожаловали?

— Откройте, мы от Линды, — ответила Лиза.

— Неужели? — рассмеялись за дверью.

— Представьте себе! — воскликнула Лиза.

— А ты там повежливее! — предупредил голос.

— Вы откроете или нет? — возмутилась Варя.

— Пока не знаю, — голос явно издевался. — Надо-то чего?

— Проклятие снять нужно! — закричала Лиза.

— А ты не ори, я ведь и снять могу, и наслать тоже, — строго, но миролюбиво произнес голос.

И тут они ее увидели. Полная женщина с пучком седых волос на голове, в старомодном вязаном кардигане с жуткой брошкой, трикотажных брюках и ортопедических сандалиях.

— Наконец-то! — обрадовалась Лиза, сделала шаг вперед и завопила: — Че-еерт!

Она схватилась за голову, а Варя осторожно провела рукой там, где ударило Лизу.

— Ой! — Варя отпрыгнула подальше, наступив Лизе на ногу.

Дверь оказалась на месте — просто ее не было видно.

Женщина за невидимой дверью улыбалась.

— Это что, ваш любимый трюк? — зло поинтересовалась Варя. — Откройте же!

Женщина пожала плечами, щелкнул замок, загремела цепочка — и подруги зашли в квартиру, которая мало чем отличалась от подъезда. Разве что не пахло сыростью, а в остальном все было такое же пыльное, облезлое, изуродованное временем. Хозяйка провела их в гостиную, где стояли продавленный диван, допотопный телевизор, пара кресел и колченогий овальный стол.

— И что же это у нас за проклятие? — насмешливо спросила Аделаида Иннокентьевна.

— Мы теряем все, что нам дорого, — небрежно сказала Лиза.

— Ну, сидай тогда, посмотрю тебя. — Аделаида схватила Лизу за плечи, усадила на стул и принялась водить по ней руками.

Варя тем временем осматривалась: по углам хозяйка расставила трехлитровые банки, на стенах сохли венички из трав, а на столе устроилась целая лаборатория: мисочки, ступки, аптекарские весы, микроскоп, горелка… И какие-то странные предметы: кости, крысиные морды, длинные, целиком выдранные ногти и когти…

— Ой, не нравишься ты мне, — приговаривала Аделаида. — Ой, не нравишься… Кто ж тебя так?

Лиза мрачно посмотрела на нее.

— Подожжи… — Аделаида ушла в глубь квартиры.

Вернулась с бутылкой какой-то бодяги.

— Выпей, выпей… — Аделаида Иннокентьевна совала Лизе в нос рюмку.

— Пусть она тоже выпьет! — сопротивлялась Лиза. — У нас это у всех!

— У все-ех? — протянула хозяйка. — Ну, тогда разговор особый.

Она снова ушла, а вернулась с банкой красной икры, в которой подсохших икринок осталось в лучшем случае на половину бутерброда, и дополнительными рюмками.

— Вы можете нам помочь? — обратилась к ней Варя, когда Аделаида Иннокентьевна стукнула рюмкой по столу.

— Могу, — отводя глаза, сказала та.

Варя и Лиза жадно уставились на нее.

— Чтобы отвести любое заклятие, есть верный способ, — склонившись к ним, зашептала хозяйка. — Мне еще прабабка о нем рассказала. А та уж была ведьма, ух!.. — Она потрясла кулаком и вдруг быстро-быстро зашептала: — Зародыш человеческий двухмесячный, кровь девственницы, волосы покойника все на святой воде замешать…

— Вы что такое говорите! — закричала Лиза, вскакивая со стула. — Какой зародыш, какие девственницы?

— А ты, милая моя, шутки сюда шутить пришла? — мрачно спросила Аделаида, вынула из кармана папиросы и закурила.

— Вам самим не страшно такие вещи советовать? — упрекнула ее Варя.

— Нам не страшно, милая моя, не страшно, — ответила ведьма. — Нам от этого только сила прибавляется.

— А нам? — робко вмешалась Лиза.

— А это уж вы у своей совести спрашивайте, — Аделаида выпустила изо рта облако вонючего дыма. — Здесь каждый за себя решает.

— Мы подумаем. — Варя схватила Лизу и потащила к дверям. — Всего доброго.

— Подумайте, — усмехнулась хозяйка. — Результат гарантирую.