Тихоня - Джоанн Макгрегор

– Не об акулах? Тогда о китах? – спросил Логан. Он знал о моем гневе на китобоев, о желании повлиять на их промысел. – Постой! Это мне напомнило… у меня для тебя подарок. Два подарка!

Он легким шагом прошел к прикроватному столику, взял оттуда что-то, затем спрятал за спину, улыбнулся во весь рот и вернулся, держа обе руки за спиной. На мгновение он показался мне таким молодым и беспечным – словно озорной школьник, который собрался удивить учительницу глянцевым яблоком или, возможно, белой мышью, – и мое сердце вдруг словно сжала ледяная рука при мысли о том, что мне придется ему сказать.

– Вот! – Он дал мне простой белый пластиковый прямоугольник с магнитной полосой на обороте. Предмет был похож на чистую кредитную карточку.

– Э-э, это прелестно. Я всегда мечтала об этом.

– Ты! Вечно ты надо мной подшучиваешь. Это магнитный ключ от моей комнаты, от этой комнаты. Я сделал его специально для вас, мисс Морган.

Я уставилась на него во все глаза, мой рот слегка приоткрылся от изумления.

– Так что теперь ты можешь приходить и уходить, когда пожелаешь. – Он подмигнул мне и положил карту в мою сумочку. – Только следи за тем, чтобы Силла тебя тут не застукала, а то она меня повесит.

– А меня уволит в ту же секунду, – сказала я мягко.

Если он дал мне ключ от своего номера и разрешил приходить в любое время, даже когда его там нет, значит, он мне доверяет. Очень доверяет. Я была тронута и боялась все это разрушить.

– Благодарю вас, мистер Раш, но вы как будто сказали, что приготовили для меня два подарка?

Не говоря ни слова, он поднял меня на ноги и положил в руки маленькую черную бархатную коробочку.

– Логан?

– Открой ее, – сказал он и казался при этом таким радостным, словно это он должен был вот-вот получить подарок.

Я открыла. Достала из коробочки струйку серебра и стала ее внимательно изучать. Это был изящный браслет с подвесками, сделанный из платины, судя по всему, а крохотные подвески изображали жителей океана: там были черепаха, кит, раковина брюхоногого моллюска, дельфин и, конечно же, акула.

– Тебе нравится?

– Я в восторге. Он очень красивый. – У меня глаза были на мокром месте.

Он застегнул браслет на моем правом запястье.

– Вот так, я знал, что он идеально подойдет моей морской сирене. Здесь еще ожерелье, видишь?

Он достал из коробочки прелестную цепочку из тонких колец.

– Благодарю тебя, Логан, – сказала я, заглядывая глубоко в его глаза цвета океана.

Мы простояли так долгую минуту, ведя немую беседу.

Затем Логан кашлянул, прочищая горло.

– Ну, давай я тебе помогу.

Я повернулась кругом, подняла волосы к самой макушке, чтобы он надел на меня ожерелье. Его теплые пальцы неуклюже обращались с застежкой, которая все время выскальзывала.

– Ты дрожишь? – Мой голос был хриплым.

– Угу. Я из-за тебя дрожу.

– Ты боишься, что сломаешь его?

– Я боюсь, что сломаю тебя.

Затем он прикоснулся обжигающе-горячими губами к моей шее, и я повернулась в его объятиях так, чтобы он мог поцеловать впадинку в основании шеи, пульс на моем горле, пить море и солнце – с моих губ. Мы прильнули друг к другу, неистово целуясь, лаская волосы, бедра, тела друг друга под одеждой. Когда он нежно потянул губами за мочку моего уха, у меня подогнулись колени.

Он подхватил меня под них и легко поднял меня на руки, а затем бережно уложил на белую прохладную льняную постель. Неотрывно глядя на меня пламенным взглядом, он сорвал с себя рубашку.

Я вдруг поняла, что Логан уже мужчина, а я сама пусть уже не маленькая девочка, но еще не женщина. Ему двадцать, а мне восемнадцать, он знает куда больше о мире, который я еще даже не начала исследовать. У него есть опыт, а я только начинаю жить.