Сейчас и больше никогда - Анастасия Соловьева

Кроме указанных, важными событиями 1997 года были названы следующие (данные в % от числа ответивших на вопрос):

– празднование 850-летия Москвы – 8%;

– решение о деноминировании рубля, подготовка к деноминации – 6%;

– события, происходившие на Северном Кавказе (в Чечне, Ингушетии, Дагестане), захват и освобождение заложников – 5%;

– экономический кризис: закрытые заводы, безработица, обнищание, ослабление армии – 3%;

– повышение пенсий, своевременная их выплата, погашение задолженностей по пенсиям – 2%;

– экономическая стабилизация: снижение инфляции, уменьшение безработицы, выход из экономического кризиса (прекращение спада производства), уменьшение финансовой задолженности бюджетникам, богатый урожай – 2%;

– болезнь Б. Ельцина, операция на сердце, выздоровление Б. Ельцина – 2%;

– объединение с Белоруссией – 1%».

www.bd.fom.ru/ Главное событие 1997 года

Скоро, совсем скоро их дом будет достроен. Останется внутренняя отделка. Денег на нее, говорят, надо столько же, сколько и на сам дом. Но внутренней отделкой заниматься гораздо приятнее. Елена решила, что сама займется внутренним устройством своего дома, – она смертельно устала от бухгалтерии.

Но на пути к мечте, как это часто случается, неожиданно возникли преграды.

Опять это СП проклятое помешало! Задумали собственное производство открывать. Долго он ей мозги компостировал! Дескать, это совсем не то. Не совсем то! Сам запутался, бедный. Елена жалела мужа. В последний год он вдруг как-то сдал, постарел, мучился бессонницей и головной болью.

– Может, на нервной почве? – терялись в догадках знакомые.

Да чего ему нервничать? Предприятие его катится как по маслу, дома мир и покой, на дочку учителя не нахвалятся. Нервная почва тут ни при чем. Просто работа потихоньку истощает силы Дмитрия. Они же у него не бесконечные! Про отдых он даже слушать не хочет. Но ничего: вот достроят дом – и Елена постарается восстановить его здоровье. Будет в лес с ним ходить, козье молоко покупать в деревне. А все эти психологи и психоаналитики… ну их! Елена в них глубоко разочаровалась. Человек сам кузнец своего счастья!

Внутренняя отделка дома – сущий пустяк. Можно было начинать уже совсем скоро. И вдруг… Дмитрий сказал, что с отделкой пока придется подождать. Деньги нужны на аренду цеха. Там он малыми партиями задумал выпускать хай-тековскую мебель. Голландцы напели: некоторая финансовая стабилизация позволяет сделать первые шаги в направлении развертывания российского производства.

Только одна Елена знает, как дались ему эти первые шаги. Сколько он объездил заводов, комбинатов – нигде пристроиться не удавалось. У нас ведь как? Услышат, что фирма голландская, сразу воображают, что деньги польются рекой. Такие суммы за аренду называли – закачаешься. Под конец он вспомнил про Губернский Город. Когда-то на заре туманной юности тамошняя мебельная фабрика была их партнером. Еще для «Мебели фараонов» продукцию поставляла.

Дмитрий позвонил на фабрику по старой памяти, пообщался с директором, теперь – с председателем акционерного общества. Ему обрадовались. Дела на фабрике обстояли не лучшим образом, как, впрочем, и везде в российской глубинке. Дмитрий объяснил: хочет открыть собственное производство на таких-то условиях. Его даже не дослушали:

– Приезжай подписывать договор.

Он уехал. Елена опять сокрушалась – неудачно. На носу праздники – 12 июня, День независимости России.

Дмитрий ехал в Губернский Город с замиранием сердца. Это ее Город. Ее места. Или уже не ее… Он искал ее в Костроме. Тщетно. В городской справочной его заверили: такая не значится и никогда не значилась. Они старались, честно искали – он им хорошо заплатил.

Из Костромы Дмитрий поехал в Губернский Город. Там наоборот: прописана по такому-то адресу, вот, пожалуйста, телефон.

Этот номер он знал и без них. Она по этому номеру не отвечала.

– Ничем помочь вам не можем! – ответили в справочном бюро. – Теперь так многие. Прописаны в одном месте, а живут – где хотят. Хоть в Костроме! В наше время это законно.

«Законно, – думал он, выходя из справочного бюро. – Разве законно, чтоб она жила с кем-нибудь другим?»

Дмитрий захотел научиться жить без Саши. Временами ему это удавалось, временами его почти с головой поглощала изматывающая тоска. В такие периоды жена, как казалось ему, с тайной радостью твердила про годы и ухудшающееся здоровье. Теперь Дмитрий всегда был рад уйти от нее куда-нибудь подальше. А уехать – так это еще лучше.

И вот он приехал в Губернский Город.

На месте все оказалось не так лучезарно и просто, как представлялось из Москвы. Губернская мебельная фабрика может предложить Дмитрию только место – ангары, цеха. Места у них – завались, все из-за того, что производство постепенно сворачивается. А вот оборудование, технологии – все это у них никуда не годно. Приобретать новые – никакого смысла! В Губернском Городе рады любой мебели.

– Про саму губернию я не говорю! – Директор фабрики улыбнулся грустной улыбкой хорошо знающего жизнь человека. – В районах один интерес – подешевле… Твое оборудование, я думаю, потянет миллионов так на…

– Пора уже отходить от миллионов, – напомнил Дмитрий. – Деноминация, Анатолий Петрович.

– Тебе, Дмитрий Алексеевич, без миллионов никак! У тебя тут и стекло, и металл, и пластик – мы близко этим не занимаемся. Гоним по старинке ДСП – древесно-стружечные плиты. Ну, пойдем, покажу тебе цеха.

Цех оказался большим, холодным, неухоженным помещением. Дмитрия смутили пространства. Придется делать ремонт, платить аренду за метры, оплачивать отопление и электричество, нанимать человека – управляющего эксклюзивным производством… И все это вложения, вложения, вложения! Плюс оборудования на миллионы.

Голландцы настаивают на открытии российского производства. Говорят: транспортировка по Европе удорожает изделие больше чем в два раза. А кто за все заплатит? Или хотя бы кто возьмет часть расходов на себя? По грубым, приблизительным прикидкам, Дмитрий потянет только половину проекта. А остальную – кто?.. Это надо было решить с голландцами. Но он поехал в Губернский Город, ничего толком не обсудив.

– Дороговато выходит, – понимающе усмехнулся директор. – Вот и я думаю: одному тебе, Дмитрий Алексеевич, будет тяжело. Помощники нужны.

– Где ж взять помощников?

– Если надо, поищем.

– Так надо! – оживился Дмитрий.

– Есть у меня на примете один человек. Пока я не скажу тебе, кто это. Один из главных наших акционеров. У нас ведь в Городе теперь такая традиция: большие начальники, всякие шишки тянут руки к промышленности. Скупают акции на подставных лиц. Моду эту завел Бобров. Слыхал про Боброва? Это наш первый секретарь. Потом он был у нас мэром. Хотел на второй срок, да пролетел. Не выбрали. Выбрали другого… Он теперь прибирает к рукам то, что не успел или не захотел прибрать Бобров. Вот накупил наших акций. Потолкуй с ним, попробуй.