Верная неверная - Владимир Колычев

Директор кафе лично подал на стол блюдо, на котором красовались нанизанные на шампуры куски мяса. Но Ирина качнула головой, отказываясь от обеда. Пусть Чекан один трапезничает. Может, за чаркой водки в его закисшую от безделья голову придет светлая мысль.

* * *

Мужчина должен быть сильным, иначе он — тряпка, о которую вытирают ноги. Жаль, что Дима понял это только сейчас. А ведь он казался себе сильным человеком. И в Чечне, считай, воевал, и трусом, в общем-то, не был, мог принимать смелые решения, потому и Юля за ним в Москву поехала. Только вот закрепиться на месте не смог, не хватило ему целеустремленности… Но так ведь и по течению он не плыл, работал, худо-бедно зарабатывал. Даже жизнью ради заработка рисковал…

Не заладилось у него в Москве. И сейчас далеко не все гладко. Он чувствовал себя тряпкой, о которую Ирина вытирала ноги. Фактически он был при ней альфонсом, и эта мысль его просто убивала.

Но настоящий мужчина должен быть не только сильным, но и хитрым. Ирина пользуется им, что ж, и он постарается въехать в рай на его горбу. Он забудет на время о Юле, с помощью Тимьяновой заработает длинный рубль, откроет свое дело, разбогатеет. И построит свой дом. Тогда и заберет к себе Юлю…

Но если вдруг Юля захочет сбежать от мужа прямо сейчас, он сегодня же ее и похитит… Но ведь не захочет. На днях он уже разговаривал с ней — не захотела.

В любом случае он должен был поговорить с Юлей, сказать ей, что прежнего Димы больше нет, есть серьезный, целеустремленный мужчина, который готов сделать ее счастливым. Он скажет, а она пусть думает…

К дому Клима Прохорова вело два проселка: один со стороны Семирадья, другой — от Подреченска. Но была еще и третья дорога, о которой, возможно, знал только Дима. К дому можно было подойти по оврагу, прорезающему вспаханные и засеянные поля. Вдоль этого оврага тянулся подлесок. На машине по оврагу не проедешь, а на мотоцикле — запросто.

Овраг заканчивался у самой дороги, которая вела к дому. Заканчивался пышным вербняком, в зелени которого можно было чувствовать себя безопасно. Куст пышный, трава под ним свежая, мягкая, шелковистая — персидский ковер отдыхает. Если бы Юля пришла сюда, она бы не пожалела… Может, согласится?

Дима уложил мотоцикл под куст, взял бинокль. Сначала нужно провести визуальную разведку, а затем уже идти к ней в гости. А заодно решить, каким образом нанести визит — через калитку, как в прошлый раз, или через забор, как это было однажды.

Дом огораживал непроницаемый забор: не понять, что творится во дворе. И окна на втором этаже зашторены. Зато Дима увидел темно-серую «девятку» с люком на крыше, которая неторопливо катила по дороге в сторону дома.

Машина медленно прошла мимо, свернула к поселку. А спустя четверть часа после того, как она скрылась из виду, послышался вдруг шум ломаемых кустов. Дима как раз собирался идти к дому, но подозрительное движение заставило его спрятаться.

Он залег в траву и вскоре увидел знакомого коренастого парня с широким основанием носа. И его спутника он тоже узнал. Эти двое однажды отоварили его бейсбольными битами — по заказу Ирины. Но сейчас им нужен был дом Клима. Возможно, без Ирины и здесь не обошлось.

Эти двое остановились совсем близко, они легко могли заметить Диму, но смотрели в сторону дома. Дима лежал в страхе пошевелиться.

— Я же говорил, отличное место, — сказал коренастый, глядя вверх, на дерево. — Отсюда и пропасем.

Дима уже понял, откуда взялись эти темные личности. Они были в «девятке», которая только что проехала мимо дома. Проезжая, они заметили овраг, сделали крюк, подъехали к нему с одной стороны, а пешком вышли к другой. Как бы это не закончилось катастрофой для Димы.

— А если заметят?

— Не заметят… Пропасем, узнаем, что там да как. Ну а там уже видно будет… Чапу возьмем, он маленький, шустрый, на дерево его посадим…

Дима почувствовал, что коренастый сейчас бросил взгляд по сторонам. Так оно и было. Но Дима уже спрятал голову. Трава недостаточно высокая, а пышный куст закрывал его только со стороны дома. Но Диму не заметили.

Чекановские бандиты ушли, Дима перевел дух. Климу и Юле угрожала опасность, и он должен был предупредить их об этом.