Очаруй меня - Джоанна Линдсей

– Вы должны понять, мисс, что леди Анна очень вспыльчива и часто говорит вещи, о которых потом жалеет, – заметил мистер Хиббит, забирая пустую тарелку Брук с кухонного стола. – Только в прошлом месяце наша леди так разгневалась на слуг, что всех уволила, а потом целых два дня разыскивала, чтобы вновь нанять. Тогда она сказала, чтобы мы больше никогда не воспринимали всерьез общие увольнения.

Брук рассмеялась, поняв, что повар пытается ее развеселить. Толстенький коротышка сильно отличался от кухарки в Россдейле, которую она так и не приручила до конца. Он был очень разговорчив. Но его слова предполагали, что все слуги уже знают о ее неудачном первом визите в комнату леди Анны. Брук слышала шепоток, когда готовила бульон для больной. И когда Мэри, личная камеристка Анны, пришла за подносом с обедом для госпожи, и Брук поставила на поднос миску с бульоном, Мэри потребовала, чтобы Брук сама сначала его попробовала.

Девушка была шокирована, но постаралась ответить как можно спокойнее:

– Я уже пила. И слуги тоже, поскольку его нужно варить ежедневно, а все недопитое выливать. Он сварен с давленым чесноком и другими полезными овощами и поможет исцелить нанесенные легким повреждения. Тем не менее бульон очень вкусный. Конечно, если вы любите чеснок. И вы должны позаботиться о том, чтобы леди выпила все до капли, иначе я расскажу лорду Вулфу, что вы препятствуете выздоровлению его матери.

Покрасневшая до ушей девушка немедленно ушла вместе с подносом, но Брук все еще тяжело переживала нанесенное ей оскорбление, свидетелями которого были все кухонные слуги.

Из-за того, что в кухне постоянно что-то кипело и варилось, тут было очень жарко.

– Здесь есть сад? – спросила мистера Хиббита Брук, вытерев лоб.

– Маленький, за домом. Ничего такого роскошного, как сады Россдейла, но все же в это время дня там может быть прохладно. Туда можно пройти из утренней комнаты.

Брук улыбнулась и вышла из кухни, чтобы найти утреннюю комнату, но проходя через холл, увидела величественную леди, входившую в дом.

– Герцогиня, какая радость! – приветствовал ее Уиллис.

– Моей дорогой подруге лучше, Уиллис? Она не упомянула о своем здоровье в записке, которую я только что от нее получила.

– Нет пока. Но приехал лорд Вулф, и я уверен, что мы скоро увидим, как она поправляется.

– В самом деле, приезд сына развеселит Анну.

Тут леди заметила Брук и надменно приказала:

– Эй, вы там! Немедленно пришлите для меня чайник чая в комнату вашей госпожи, да поскорее.

Пусть волосы Брук за несколько часов, проведенных на кухне, и растрепались, но быть принятой за служанку – это очередное оскорбление, и вряд ли последнее за этот день! Поэтому она сухо ответила:

– Я не горничная. Я леди Брук Уитворт.

– Девочка Харриет и Томаса? Пффф! – фыркнула леди и промаршировала к лестнице.

Брук, стараясь не заскрипеть зубами, круто развернулась и направилась вглубь дома. Через несколько минут она оказалась в саду. Чтобы успокоиться, Брук сделала глубокий вдох. Садик был полон летних цветов, в воздухе разливались чудесные ароматы, а несколько фруктовых деревьев давали немного тени. По саду были расставлены каменные статуи, в центре даже стоял затейливый фонтан. За задним забором слышались конский топот и ржанье. Приподнявшись на носочки, она увидела длинный ряд стойл, возможно, тянувшийся на целый квартал. В стойлах стояли кони и экипажи.

Направившись к фонтану, чтобы сесть, Брук нагнулась сорвать розовый бутон и испуганно вздрогнула, услышав голос Доминика.

– Ищете ядовитые растения?

Она медленно выпрямилась и свела брови.

– Почему вы это сказали, если знаете, что я лечу людей травами?

– Разве вы не пытались позавчера ночью подлить мне что-то в вино, а кончилось это тем, что вы все выпили сами?

Она тихо ахнула. Он просто предполагает, не может знать наверняка, но пылающие щеки ее выдали.

– Результаты были абсолютно незабываемыми, – с чувственной усмешкой добавил Доминик.

Брук была слишком смущена, чтобы что-то сказать насчет любовного зелья. Она надеялась, что он не заметил никаких особенностей в ее поведении той ночью, так что ей, возможно, не придется ничего объяснять. И Доминик вовсе не казался недовольным, скорее наоборот. Она просто не вынесет его осуждения, ведь ее порыв был вызван искренней страстью и отчаяньем.

Но она все-таки признала часть правды.

– Мать Рори предложила мне соблазнить вас, поскольку это могла быть наша последняя ночь… на земле.

Доминик рассмеялся:

– А я-то думал, что вы действительно выпили зелье, которое заставило вас ринуться в мои объятия. Жаль…

Ему так весело? Но в этой веселости она распознала некое внутреннее напряжение, и кроме того, он только что упомянул о яде.

– В любом случае вы должны знать…

– Нет, – перебил он, – я был бы чертовым идиотом, если бы поверил, что вы убьете меня до или после свадьбы. На это намекал Уитворт. Или ему все равно, что вас за это повесят?

Брук озадаченно уставилась на него:

– Что вы… – Она осеклась и, сообразив, о чем идет речь, вздрогнула: – Вы видели Роберта?

– Я видел дьявола, – прорычал он.

– Какие гадости он вбил вам в голову?