Очаруй меня - Джоанна Линдсей

– Что это вы положили мне в воду?

Брук сжалась, услышав тон Анны Вулф. Доминик немедленно подошел, чтобы взять стакан из рук матери, и вопросительно взглянул на Брук. Неужели она думала, что все будет так просто? Очевидно, мать, как и сын, – трудная пациентка. И Анна тоже скоро начнет постоянно жаловаться.

– Немного кайенского перца и лимон, – пояснила Брук со вздохом. – Это облегчит вам дыхание, если будете пить, конечно. А отвар, который я только что налила, начнет очищать ваши легкие от воспаления и заставит вас потеть.

– Я не потею.

Ответ, вполне приличествующий леди.

– Сегодня вы будете рады, если вспотеете. Пот – вернейшее средство, которое избавит вас от инфекции, и скоро вы почувствуете себя лучше. – И тут она добавила, поскольку Доминик не потрудился ее представить, только сказал матери, что она приехала помочь: – Я Брук, на случай, если вы не знаете.

– Я точно знаю, кто вы, – пренебрежительно бросила Анна. – Его сестра.

Брук застыла и перевела взгляд на Доминика. Он отвел ее в сторону и прошептал:

– Она знает, что сделал ваш брат и что послужило причиной смерти Эллы. Я не мог скрыть это от нее. Заранее прошу прощения. Может оказаться не слишком приятным занятием лечить мою мать.

Может оказаться?

Брук почувствовала, как к горлу подступает истерический смех. Неужели Доминик вообразил, будто она откажется помочь, если поймет, как презирает ее его мать… но сам он с недавних пор не питает к ней ненависти. Наверняка это так, если доверил ей помочь своей матери.

Брук кивнула и вновь подошла к кровати. Какова мать, таков и сын. Взгляды у них одинаково злобные.

– Очень жаль, что у меня такой брат, но я совсем на него не похожа, – со вздохом сказала она Анне.

– И все же вам нет места в моем доме.

– Мама… – начал Доминик.

– Нет и никогда не будет, – перебила Анна. – Я велела тебе не привозить сюда эту змею.

Эта женщина не скрывала своих чувств, но с трудом выдавливала слова и сильно кашляла. Ей помогли сесть, и она сидела, опираясь на подушки. Теперь ее глаза были открыты. Янтарные глаза, как у Доминика.

Брук решила, что ей следует уйти. Ее присутствие расстраивает немолодую женщину. Она уже сделала шаг к двери, но Доминик положил руку ей на плечо.

– Она здесь по моей просьбе, чтобы помочь тебе, – обратился он к матери. – Я уже рассказывал, как быстро она сумела исцелить меня, благодаря своему знанию трав и лекарств. Пусть ее брат – подлый негодяй, но Брук можно доверять. Однако когда ты выздоровеешь, мы оба уедем, если захочешь.

– Она насыпала перца мне в воду! – свирепо бросила Анна. – Или ты не знаешь, что такое кайенский перец?

– Это кажется странным, – согласился он, – но прежде чем отказаться, может, ты попробуешь, а вдруг тебе действительно станет легче?

Доминик настойчиво протягивал ей стакан. Женщина взяла его, но не поднесла к губам. Брук надеялась, что теперь леди Анна перестанет возмущаться, но ошиблась.

– Ты не можешь жениться на ней, Дом, – произнесла женщина. Тон ее был одновременно и умоляющим и властным. – Она откровенное напоминание о том, что мы потеряли.

– Ты больше не принимаешь за меня решения, мать. Это бремя лежит на мне. И если верить твоему доктору, тебе стало хуже. Он оставил всякую надежду. В отличие от меня. Поэтому ты без всяких оговорок будешь следовать наставлениям Брук. Или ты не хочешь выжить?

– И видеть, что ты прикован к ней? Лучше умереть.

Он непристойно выругался и выскочил из комнаты, на ходу приказав Брук идти за ним. Но она не сразу сдвинулась с места, потому что заметила слезы на глазах Анны, появившиеся, когда ее сын пошел к двери. Она понимала леди Вулф. Эта женщина хотела добра для сына. А в ее глазах Брук была воплощением зла.

Доминик ждал ее за порогом. Как только он прикрыл дверь, Брук сказала:

– Мое присутствие слишком ее расстраивает, а она нуждается в мире и покое, чтобы выздороветь. Если я буду находиться у нее в комнате, она не будет иметь ни того, ни другого.

– Так вы отказываетесь ей помочь?

– Конечно, нет! Самое хорошее в лечении воспаления легких – то, что мне не нужно самой подносить лекарства. Только готовить. А вы сделаете все, чтобы она выпила каждое до последнего глотка. Или пусть ее горничная следит за этим.