Приглашение в рабство, или Требуются девушки для работы в Японии - Юлия Шилова

– Понятно.

– Марат, у меня проблемы. Пожалуйста, помогимне. Давай подойдем к моей машине.

– У тебя есть машина? С каких это пор?

– С сегодняшнего дня.

– Григорич подарил?

– Нет, угнала.

– Когда?

– Часа четыре назад, а может, пять.

– Ты что, с ума сошла? Машину, наверное, ищетполиция.

– Не думаю.

– Откуда такая уверенность?

– У меня интуиция.

Мы подошли к машине, он удивленно присвистнули произнес:

– Тебе не кажется, что твоя интуиция запростоможет тебя подвести. Это очень дорогая тачка. Я думаю, что пострадавшийвсе-таки заявил в полицию.

– Это ерунда, я хотела бы обратиться к тебесовсем по другому вопросу.

Я подошла ближе и открыла заднюю дверь машины.Лысый полулежал, прислонившись к другой двери, и смотрел куда-то вдаль широкораскрытыми глазами. Натка уткнулась в переднюю панель и сидела, обхватив рукамиголову. Марат с ужасом посмотрел на лысого и тихо сказал:

– Это Костик.

– Правильно говоришь.

– Одна из шестерок Григорича.

– Точно.

Марат перевел взгляд на Натку. Натка не двигалась,наверное, она даже не слышала наш разговор.

– Это кто?

– Моя подруга.

– Она живая?

– Да.

– Что-то не похоже.

– У нее шок.

– Кто его убил?

– Мы.

– Понятно. Я думаю, если вы его убили, то наэто были причины.

– Тебе хорошо известны эти причины.

– Ирка, ты ненормальная. Лучше бы я отправилтебя на родину. Брось машину, и все. Пусть ее найдет полиция вместе с трупом.

– Это невозможно.

– Почему?

– Потому что тут кругом мои отпечатки пальцев.Потому что я угнала машину у человека, который меня знает.

– Как это?

– Я угнала машину прямо на его глазах. Еслимашина зарегистрирована на его имя и полиция найдет в ней труп, то она безтруда выйдет на владельца. Владельцу машины незачем меня выгораживать, и онподробно опишет мои приметы. Меня найдут. Нужно избавиться от трупа и вернутьмашину владельцу.

– Как ты хочешь вернуть машину?

– Поставлю ее на прежнее место, там, гдевзяла.

– Ты ненормальная!

– Я это знаю. Помоги мне избавиться от трупа.

Марат заметно занервничал и опять закурил.

– Ирина, посиди в машине. У меня важнаявстреча.

– Как – посиди? С трупом? К машине в любоймомент может кто-нибудь подойти. Я не могу ждать.

– Ирина, у меня важная встреча.

– Все твои дела никуда не денутся. Мнеказалось, что я важнее. Я опять ошиблась?

– Послушай, ты сумасшедшая. Ты скоро перебьешьвсех людей Григорича!

– А что мне делать? Я попала в беду. У менянет ни денег, ни документов, ни друзей, которые бы мне помогли. Я не могуотсюда вырваться, пойми! Ты прекрасно знаешь, что я не проститутка. Просто тут,в Токио, мне пришлось почувствовать себя тварью, дерьмом, дрянью. Помоги мнеизбавиться от трупа и попасть домой! Мне и моей подруге. Я понимаю, что мы неможем быть вместе, да я и не хочу. Я не могу связать свою судьбу с человеком,который живет, соблюдая какие-то дурацкие условности: так положено, а так неположено. Я прошу тебя об одном: о помощи. Помоги мне вернуться домой и начатьжить заново. С этой болью, с этой бестолковой любовью, которая не принесла мненичего хорошего, кроме горечи и разочарования. Ведь нам было не так плоховместе.

– Ирина, я обязательно тебе помогу, но я немогу бросить все и решать твои дела.

– Почему?

– Потому что сначала я должен решить свои.Сиди тут и жди меня. Как только я освобожусь, сразу займусь твоими проблемами.

– Я не могу ждать. Мне нужна твоя помощьсейчас, сию минуту, сию секунду!

– Ирина, здесь собрались очень важные люди, иони ждут, когда я вернусь. Я не имею права заставлять их ждать, потому что я имобязан и они слишком много для меня сделали.

– Еще скажи, что я поставила тебя в неловкоеположение, когда подошла к тебе при них. Скажи, что я должна была сидеть вместес трупом и ждать, когда закончится твоя стрелка. Скажи, что же ты молчишь? Ведьты хотел сказать именно это.

Марат провел ладонью по моему лицу и тяжеловздохнул.

– Это швы?

– Швы.

– Где наложили?

– В клинике.

– А с губой что?

– С губой плохо дело. Губу зашили, но япыталась развязать руки своей подруге зубами. В общем, перестаралась, вот швы иполопались. Когда все закончится, придется опять обращаться в клинику: как быне началось нагноение…

– Больно?

– Я здесь успела привыкнуть к любой боли: иморальной и физической. Кстати, физическая боль – пустяк по сравнению с тем,что меня хотели заставить заниматься проституцией. Если бы это случилось, мнебы было по-настоящему больно. Скажи честно, ты скучал по мне?

– Скучал, и не просто скучал, а дажестрадал. – Марат не переставал гладить меня по лицу.

– Знаешь, такое короткое знакомство, а такпрочно запало в душу, – сказала я, тяжело вздохнув. – Мне так тяжелобез тебя обходиться… Но я научусь жить без тебя. Я сильная, я смогу. Простонадо стереть из памяти все, что было. У меня такое в первый раз, честное слово…Какая-то сумасшедшая, неуправляемая связь! Знаешь, чего я хочу больше всего насвете?

– Чего?

– Я хочу быть с тобой… Я хочу тебя…

– Ирина, мне очень без тебя плохо. Очень… Уменя тоже все это в первый раз, и я оказался совсем к этому не готов. Япредставлял свою избранницу совсем другой, но никак не девушкой, приехавшей назаработки, оставшейся без документов и убивающей людей моего врага.

Я вытерла слезы и, улыбнувшись, произнесла:

– Ладно, тебе пора. Твои братки уже на взводе,я и так подмочила твою репутацию… Извини…

– Ты будешь ждать меня в машине?

– Нет.

– Почему?

– Потому что больше всего на свете я ненавижуждать, а особенно в компании с трупом.