Приглашение в рабство, или Требуются девушки для работы в Японии - Юлия Шилова

Не доехав до виллы, мы спрятали машину внебольшом лесочке и пошли пешком. Рядом с домом стояло с десяток припаркованныхмашин. При виде одной из них у меня учащенно забилось сердце. Это была машинаМарата. Увидеть тут Марата совершенно не входило в мои планы. Я вообще не моглапонять, что может быть общего между Маратом и Григоричем. Они заклятые враги и,по-моему, никогда не имели общих дел. Тем более что Марат с простреленнойногой. Сегодня, по правилам, ему надо лежать.

– Ирка, давай перенесем все на завтра, –прошептал Женька.

– Почему? – удивилась я.

– Смотри, сколько тут собралось народу!

– Вот и пусть заседают, мы им не помешаем.

– Да ты только посмотри, сколько машин!

– Вижу, не слепая. Вот мы и попробуем узнать,по какому поводу собрание. Прослушаем информацию, прикинем, что к чему.

– До чего же ты упрямая! Послушай, что я тебеговорю. Сегодня сюда соваться не будем. Это опасно. Приедем завтра.

– Женька, мы не договаривались, что ты будешьмне мешать. Если хочешь, приезжай сюда завтра один, а я проникну в дом сегодня.

– Ты чокнутая!

Я махнула рукой и пошла к входу. Женьке ничегоне оставалось делать, как направиться следом за мной.

– Все-таки решил пойти!

– Конечно! Тебя разве можно одну отпускать?Одна ты наделаешь кучу глупостей. За тобой глаз да глаз нужен, – вздохнулон. – Здесь точно собак нет?

– Нет.

– Откуда тебе это известно?

– Мне приходилось тут несколько раз бывать. Кбольшому, правда, сожалению.

Я посмотрела на пистолет и сказала:

– Жень, тебе со мной нельзя.

– Почему? – вытаращил он глаза.

– Потому что ты останешься страховать меня наулице. Вдруг еще кто-нибудь пожалует? Тем более ты такой огромный. Под тобойпол будет скрипеть, а я в любую щель пролезу.

– Я тебя никуда не отпущу, – попробовалвозмутиться Женька.

– Пустишь.

– Сказал, не пущу!

– Это невозможно, неужели ты еще не понял!Стой тут и следи за подъезжающими к дому машинами. За меня не переживай. Япросто хочу подслушать их разговор, вот и все.

– Ты точно не будешь устраивать пальбу?

– Нет. Я послушаю и сразу назад.

– Я буду стоять за входной дверью, –сказал Женька.

– Если ты встанешь за входной дверью, тонормальный человек не сможет пройти.

– А я, по-твоему, ненормальный?

– Нормальный, только уж слишком большой!

– Сама говорила, что крупных любишь…

– Люблю. А прибавишь пару килограммчиков – ещебольше полюблю, – улыбнулась я. – Все же послушай доброго совета. Невставай за дверь, а то ты моментально перекроешь доступ кислорода в дом. Стой устены в коридоре. Стена совершенно темная, не освещается. Тебя не будет видно.

Убедившись, что Женька слился со стеной, ятихонько прокралась к гостиной. В щель от приоткрытой двери мне было виднонескольких мужчин, сидящих полукругом. Некоторых из них я знала. Григорич был вцентре. Его ни с кем не спутаешь. Он с важным видом курил трубку. К моемувеликому удивлению, рядом с Григоричем находился отец Марата.

В дальнем конце сидел Марат и задумчивосмотрел в потолок. Он был, как обычно, на высоте, будто бы и не испытывалникаких осложнений несколько часов назад. Других братков я не знала. Хотя нет,с одним из них мне приходилось встречаться. Это был Артем. Тот самый Артем,который встал на место Толика и был ответственным за девчонок. Я напряглась,пытаясь услышать, о чем идет разговор.

– …Думаю, мы больше не будем ставить другдругу палки в колеса, попробуем решать вопросы мирным путем. Прежде всего –кабаре, – вещал Григорич. – Поступим так, чтобы никому не былообидно. Кабаре будем контролировать совместно. Дивиденды поделим на две равныечасти…

– Надо установить контроль задивидендами, – прервал его отец Марата.