Девичья башня - Самид Агаев

Что-то читатель, мы совсем забыли про Ладу. Про нашу русскую красавицу, женщину трагической судьбы. Мы оставили ее в ночь, когда она должна была оставить свой замок и отправиться в Марсель. Судьба благоволила ей. В порту рассталась со своим провожатым, щедро одарив его за службу, и взошла на корабль. Оказавшись на палубе, Лада без слез, но с грустью смотрела на удаляющийся берег, понимая, что закрывается еще одна страница ее бурной жизни. Когда очертания порта стали едва заметны, Лада достала из своей сумки чашу. Она покрутила ее в руках, словно пытаясь прочесть на испещренных вензелями боках слова, которые разрушили ее семейную жизнь. «Так не доставайся же ты никому» – тихо молвила Лада и уронила ее за борт. Чаша Грааля тускло блеснув боками, исчезла в морской пучине.

– Что же вы, мадам, посудой бросаетесь, – услышала Лада голос сзади, – глядишь, и понадобилась бы еще, в дороге вещь нужная.

Голос был доброжелателен, Лада обернулась. Это была миловидная женщина с приветливым лицом.

– Садитесь рядом, мадам, я вижу, что вы одна, как и я.

Лада кивнула ей и села рядом на лавку, тяжело вздохнула и словно обмякла.

– Что с вами, мадам, лица на вас нет? Или укачало так быстро?

– Ничего, – сказала Лада, – слабость подкатила, плохо спала последнее время. Сейчас пройдет, не беспокойтесь.

– Ну что же мне не беспокоиться или я нехристь какая! Хотите вина глоток, сразу легче станет?

– Вина? – удивилась Лада. – Да хочу.

Женщина достала из корзины, стоявшей у нее в ногах большую флягу и дала Ладе выпить прямо из горлышка.

Лада сделала два больших глотка и вернула ее. В голове зашумело, а в животе стало тепло, краска прилила к лицу.

– Ну, как? – спросила соседка.

– Очень хорошо, спасибо. Легче стало.

– Ну, вот видите, а я всегда вино беру с собой, в дороге вещь необходимая.

– Как вас зовут?

– Меня-то, Мария зовут.

– Опять Мария, – сказал Лада.

– Почему опять? – удивилась новая знакомая.

– У меня была подружка Мария, я ее замуж выдала.

– Меня не надо замуж, – засмеялась Мария, – замужем я уже была, хватит. Да и брату моему это больно не понравится.

– А где ваш брат?

– В Константинополе, приход получил, священник он у меня. Вот письмо прислал, чтобы я к нему ехала. Вы тоже в Константинополь?

– Не знаю, – пожала плечами Лада, – я еще не решила.

– Как это не знаю. Корабль наш в Константинополь плывет. Вы что же не знали, когда садились.

– Нет, – покачала головой Лада, – некогда было, да мне, собственно, все равно, куда он плывет.

– Как же так, дорогая. Нельзя так. Возьмите себя в руки. Женщина вашего положения должна знать, куда плывет и зачем плывет.

Какой-то солдат среднего возраста, сидевший неподалеку, вмешался в их разговор:

– Вообще-то этот корабль плывет в Геную. Вы, дамы до Константинополя на нем не доедете. Я у вахтенного спрашивал, прежде чем сесть.

– Ну вот ты и сойдешь в Генуе, – возразила Мария. – А мы дальше поплывем вдоль Италии. Через Сицилию, Венецию. Называется большое торговое плавание. Поэтому на билет скидка такая. Вы, мадам, почем билет брали. Что и это вы не знаете? Случилось ли чего-то с вами? Поговорите со мной, облегчите душу.

Лада покачала головой.

– Нет, ничего не случилось.

– Нет, так нет, все равно, выпейте еще глоток.

* * *