Искушение страстью - Сара Маклейн

– Что ж, этот румянец весьма выразителен. Мне очень хочется узнать больше о том, чем он вызван, – тихо сказала Нора. – Но у нас в самом ближайшем будущем появится компания.

Прежде чем Хэтти успела проследить за взглядом Норы, она услышала с причала голос отца:

– Хэтти, девочка!

Она помахала рукой графу, который быстро шел по причалу. Огги шагал рядом с ним. Брат выглядел плохо, хуже, чем когда-либо раньше, – помятый, небритый. Хэтти поняла, что грядут перемены. Сейчас граф устроит сыну нагоняй, потребует, чтобы тот поведал, каким образом сумел ввязаться в криминальную деятельность, да еще и от лица судоходной компании Седли. Отец наверняка потребует его полного сотрудничества с Уитом. Что ж, она была к этому готова. А также была готова к тому, что отец, наконец, объявит о передаче контроля над компанией ей. Хэтти.

– Вот оно, – пробормотала она.

«Важнейшее событие года Хэтти вот-вот начнется».

– Я буду здесь, чтобы поднять тост за твое будущее, когда все кончится, – сказала Нора. – Смелее!

Хэтти сошла на причал и направилась навстречу отцу. Его серебристые волосы блестели на ярком солнце. Она приказала себе сохранять спокойствие, но не преуспела в этом.

Вот оно. Она была готова к переменам.

Но только не к таким же! Она оказалась совершенно не готова к тому, что сказал отец, еще даже не остановившись:

– Заканчивай разгрузку и иди в офис. Я продал бизнес.

Хэтти смотрела прямо на отца, но это не имело никакого значения. Также не имело значения то, что со слухом у нее было все в порядке, и говорил отец на хорошем английском языке.

Она не поняла, что он сказал.

Неправильно расслышала.

Быть может, он все же говорил на другом языке?

Нет, он все же говорил по-английски. Прямо и честно, как всегда, он только что сказал, что продал свой бизнес. Ее бизнес.

– Что? – Хэтти уставилась на Огги, взгляд которого был ясным. Очевидно, брат успел протрезветь после очередной пьянки. – Ты знал?

Огги покачал головой и покосился на отца.

– Но почему?

Граф окинул сына холодным взглядом.

– Потому что, если ты возьмешь его в руки, то погубишь его.

Огги нахмурился. А сердце Хэтти забилось чаще.

– Это неправда.

– Ты бы лучше помолчал. – В голосе графа звенел металл. – Ты никогда не хотел заниматься бизнесом. Тебя никогда не интересовало дело. Тебе нужны только деньги, которые оно дает, и жизнь, которую они обеспечивают. Но дело… Оно тебе не нужно. – Он тряхнул головой. – И я устал ждать, когда ты изменишься. Поэтому я продал бизнес.

– Ты не можешь! – ахнул Огги.

– Очень даже могу. Этой мой бизнес. Я построил его и не хочу видеть, как он рухнет. Он перешел к человеку, в руках которого будет процветать.

Хэтти охватило смятение. Все пошло не по плану.

Она опустила глаза и посмотрела на деревянный настил, на котором стояла. Почувствовала прохладный ветерок с реки. Сколько раз она здесь была? Как часто пряталась в тени стоящих у этого самого причала судов, пока отец работал?

– Папа…

Он прервал ее.

– Нет, Фасолька. – Он стиснула губы. Почему-то упоминание детского прозвища показалось ей обидным. – Ты хорошая девочка, но этот бизнес не может стать твоим.

Отец сказал это, как нечто само собой разумеющееся, и у нее перехватило дыхание. Теперь она была переполнена холодной яростью.

– Почему нет?

– Ты знаешь почему.

– Между прочим, не знаю. – Она вздернула подбородок и взглянула на отца. Он избегал ее прямого взгляда, и это было чрезвычайно неприятно. – Скажи.

Прошла вечность, прежде чем он взглянул ей в глаза.

– Ты сама все знаешь.

– Потому что я женщина?

Он кивнул.

– Никто не воспримет тебя всерьез.

Хэтти вздрогнула. Удар был слишком силен.

– Это неправда.

«Я охотно верю, что ты можешь управлять этим бизнесом лучше, чем любой другой». Эти слова Уит произнес в темноте сада. И он говорил искренне.

Или нет? Быть может, все остальные его слова тоже были ложью?

Все пошло не по плану.

– Что произошло? Где Уит? – Хэтти охватило предчувствие беды. Быть может, с ним что-то случилось?

Не умея читать мысли дочери, граф всплеснул руками.

– Портовые рабочие – мужчины. Горстка покупателей, которых мы обслуживаем, – тоже.

Хэтти охватила злость.

– Горстка? – воскликнула она. – А тебе известно, как много я переписываюсь с нашими покупателями? Как хорошо я знаю всех наших рабочих? Я знаю грузы, суда, таблицу приливов. Я занималась этим бизнесом, когда ты болел, когда он… – Она ткнула пальцем в Огги, но, увидев его испуганные глаза, замолчала, не договорив фразу до конца: «Когда он чуть не погубил его, вступив в сговор с преступниками». – Не важно. Я отлично справляюсь, папа. И я знаю этот бизнес лучше, чем кто-либо другой.

Ветер подхватил ее слова и унес, а вместе с ними и ее будущее. Хэтти ощущала бесконечное разочарование и досаду, а еще – желание доказать свою правоту.

К глазам подступили слезы.

Но нет, она не станет плакать, как женщина. И усилием воли она отогнала слезы. Все же интересно, почему, когда мужчины злятся, они кричат и ругаются, а если злится женщина, слезы льются рекой?

Она сделала глубокий вдох и снова заговорила:

– Этот бизнес – все, что я когда-либо желала.

Граф смотрел на нее с бо́льшим вниманием.

– Фасолька…

– Не называй меня так!

Он сделал паузу, откашлялся и начал объяснять:

– Они знают тебя. Ты им, наверняка, даже нравишься. У тебя быстрые и умные мозги. Но работать с тобой они не станут, поверь. Хэтти, нужен только мужчина, чтобы бизнес шел как по нотам.

Слезы, которые так и не потекли из глаз, теперь стекали в горло, где образовали болезненный комок.

– Дерьмо.

Старый морской капитан, которым еще оставался в глубине души граф, не отреагировал на ругательство.

– Вот если бы у тебя был муж… – сказал он.

Хэтти невесело хохотнула.

– Призрак мужа всегда тревожил тебя, папа. Но тогда ты говорил, что именно из-за перспективы замужества я не могу получить бизнес.

– Твое замужество и сейчас является камнем преткновения. Возможно, если бы ты смогла раньше найти себе мужа – честного человека с головой на плечах… Но ведь этого не произошло.