Лягушка-нецаревна - Татьяна Герцик

– Я немного опоздала, извините.

Даша изобразила сильнейшее удивление.

– Маринка! Это ты, что ли, беременная невеста?!

Марина тут же покраснела и виновато опустила голову.

– Ты что, с ума сошла? Мало того, что забеременела, так еще и замуж собралась за этого пупсика!

Тут уже разъяренно покраснел и Рокшевский. Но Даша никому перебить себя не дала.

– Он, может, в постели и хорош, не знаю, но в роли отца семейства я его что-то представить не могу! Тебе нужен бабник в мужья?

Марина с укором вскинула голову.

– Конечно, нет! Но папа…

– Ох уж этот папа! И всегда этот папа!

Вмешался Рокшевский.

– Может быть, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? – он старался говорить ледяным тоном, но получился озадаченный. – Вы что, знакомы?

Даша величественно повернулась к нему.

– Мы не только знакомы. Мы еще и кузины к тому же.

Рокшевский выпрямился во весь рост.

– Так весь этот маскарад затеян для того, чтоб сделать из меня болвана?

Даша ехидно уточнила:

– Никакого маскарада нет, а болван ты по жизни, тут нашей заслуги нет.

Говорили они в полный голос, и на них стали оглядываться прохожие. Рокшевский чопорно предложил:

– Может, зайдем в кафе? Там есть отдельные кабинеты, можем без свидетелей обсудить наши разногласия.

Девушки молча прошли в кафе, он за ними. Устроившись в одном из кабинетов за столом, они заказали еду. Чтобы их разговор не был услышан, Кирилл включил небольшой приемник и продолжил:

– Итак, я что-то не пойму, что происходит? Я женюсь или нет?

Марина скучно проговорила:

– Мне кажется, что нет. Я передумала.

По спине Рокшевского проползла неприятная холодная волна. Он и не думал, что избавление от принудительной женитьбы вызовет в нем такой протест.

Даша поддержала кузину.

– Правильно! Если дядя будет сильно протестовать, я тебе помогу!

Кирилл скептически заметил:

– Что, папик сильно много денег дал? Всех страждущих облагодетельствовать можешь?

Марина в изумлении уставилась на него.

– Это ты Максима Владимировича так зовешь?

– Какого Максима Владимировича? Который на юбилее у меня выпытывал кто я и откуда?

– Ну да. Это Дашин отец.

Рокшевский с силой потер лоб.

– Что-то я совсем запутался. Давайте-ка сначала. Кто кому кем приходится?

Даша махнула рукой.

– Теперь это неважно, пупсик!

Рокшевский с силой рявкнул:

– Не смей называть меня пупсиком!

Даша удивилась.

– Почему? Ты пупсик и есть. И давай не будем начинать все сначала.

Рокшевский заскрежетал зубами. Марине стало его жаль и она попросила кузину:

– Да, не дразни его больше. А то мне как-то не по себе. Такое чувство, что вы сейчас подеретесь.

Даша подтвердила:

– Ага. И кто выйдет победителем, неизвестно.

Рокшевский поднял глаза вверх, призывая небо в свидетели.

– Как мне хочется тебя поколотить!

Даша мило предложила:

– Попробуй! Что тебе мешает?

Тут принесли заказ и Кирилл набросился на еду. Девушки последовали его примеру. Наевшись, Рокшевский заметно подобрел.

– Ну, ладно. Оставим глупости в стороне. Поговорим о деле.

Обе удивились.

– О каком деле?

– О свадьбе, естественно.

Марина сухо заметила:

– Ты что, плохо слышишь? Я же сказала, что свадьбы не будет.

– Мне эта игра на публику просто надоела. Хватит уже.

Обидевшись, Марина встала и пошла к выходу. Даша, насмешливо повертев пальцем у виска, что прозрачно намекало на ограниченные умственные способности Рокшевского, пошла следом.

Спохватившись, он одним прыжком опередил их обеих и встал у двери.

– Ну, извини! Сказал глупость!

Марина сквозь зубы бросила:

– Ты сказал, что думал! И хватит с меня!

Она попыталась его обойти, но он ухватил ее за руку и дернул к себе. От неожиданности она влетела в его объятия и он не преминул ее поцеловать.

Шло время. Марина не спешила прерывать затянувшийся поцелуй. Даша захихикала и великодушно объявила:

– Ладно, я тут явно третий лишний! Выясняйте отношения без меня, я пошла!

Марина попыталась пойти следом, но Рокшевский сильнее прижал ее к себе, и она прекратила сопротивляться.

Отпустив, он заглянул ей в глаза.

– Черт! Я с тобой постоянно боюсь ляпнуть что-нибудь не то. Садись, попробуем поговорить спокойно.

Марина молча села обратно, мысленно ругая кузину всеми известными ей ругательствами. В этом отношении ее лексикон был чрезвычайно беден, зато восполнялся многочисленными, весьма энергичными, повторениями. Она оторвалась от них только тогда, когда Кирилл настойчиво повторил:

– Ты купила платье или нет?

Очнувшись, Марина призналась:

– Нет.

Он сурово спросил:

– Почему? Не нашла подходящего?

Она пожала плечами.

– Какой смысл? Свадьбы все равно не будет.

– Какого черта не будет?

Сказав это, Рокшевский поразился самому себе. Что это с ним? Дух противоречия взыграл, что ли? Он же не хочет жениться! Или хочет?

– Твое желание ничего не значит. Да и никакого желания у тебя нет. Хочется настоять на своем, только и всего.

Каким-то собачьим чутьем Кирилл понял, что пришло время действовать. Если он ничего не предпримет, свадьбы и в самом деле не будет. И что тогда он скажет Александрову? Тот его не поймет. Да и в Артеме ли дело? Похоже, все гораздо глубже. Надо разобраться.

Постарался найти искренние слова.

– Понимаешь, Марина, возможно, мы с тобой оба не дозрели до настоящей семьи. Но у нас будет ребенок. И ради него мы должны хотя бы попробовать. Ведь должна же у ребенка быть нормальная семья. Тебе нравятся дети из неполных семей? Как правило, их сразу видно. Они либо до чертиков развязные, либо запуганные, и это от желания родителей, как правило, одиноких матерей, не зависит. Как ни старайся, а мать отца не заменит. Тем более если будет мальчик. Мужчин должны воспитывать мужчины.

В его голосе прозвучала неожиданная патетика, и Марина призадумалась. Видя, что он смог донести до нее свои мысли, Кирилл удвоил усилия.