Лягушка-нецаревна - Татьяна Герцик

– Ты говоришь, он засыпает тебя неприличными предложениями? – Даша с непонятным Марине удовлетворением покивала головой.

Они сидели в тихом кафе на Компросе и пили мятный чай из маленьких фарфоровых чашечек. Перед ними стояло блюдо со свежайшей выпечкой, но к ней ни та ни другая не притронулись.

– Ну да. Я уже и симку поменяла, бесполезно. По электронке я ему ничего не отвечаю, молча их удаляю, и все.

– А в черный список его телефоны заносить не пробовала?

– Постоянно, а что толку? Он сменит номер, и все по-новой. Я уже на незнакомые телефонные звонки не отвечаю. Сколько раз обжигалась. Он настойчивый такой, жуть. Просто нахальный.

– А он знает, что ты в положении?

– Конечно! Я ему это первым делом сказала. А он заявил что-то типа «это будет мой ребенок». Я плохо знаю английский, поэтому перевод неточный.

Даша внимательно осмотрела блюдо с выпечкой, выбрала круассан с сыром и принялась с удовольствием жевать. Прожевав, уточнила:

– Понятно. Видимо, ты первая, кто сказал ему «нет». А как Кирилл?

Марина по Дашиному примеру тоже взяла круассан с сыром, и принялась его пристально рассматривать, будто боялась обнаружить таракана.

– Злится. Но сделать ничего не может.

Даша широко улыбнулась, будто услышав приятнейшую новость.

– Это хорошо.

Марина вскинула на нее удивленный взгляд.

– А что хорошего? Этот Гарри нам просто житья не дает.

Даша произнесла тоном умудренной жизнью, много повидавшей дамы:

– Конкуренция, мой друг, конкуренция! Если лень – двигатель прогресса, то мужская конкуренция – великолепная основа для прочного брака. Сама подумай, когда Рокшевскому приударять за посторонними девицами, когда его жену того и гляди из под носа уведут?

Марина невольно захихикала, уж очень смешно Даша вращала глазами, изображая коварного похитителя.

– Да ладно тебе! Кирилл же прекрасно знает, что я никуда не денусь!

– А вот это ты зря! Интригу надо время от времени поддерживать. Кстати, у тебя скоро день рождения. Давай-ка я тебе цветов пришлю якобы от Гарри?

Марина недовольно замахала руками.

– И не вздумай! Кирилл и без того до белого каления доведен, а тут еще ты со своими провокациями!

Даша взяла с блюда булочку с марципаном и вонзила в нее ровные белые зубы. Марина поежилась, уж как-то по-людоедски это у Даши вышло. Та, быстро слопав булочку, сокрушенно заметила:

– Не стоит, наверно, столько сдобы есть. Растолстею.

Марина зафыркала.

– Да прямо! Ты всегда так ешь, но я что-то не заметила, чтоб ты хоть в одном месте округлилась. Папа говорит: «не в коня корм».

– Папа всегда прав! Это аксиома! Так что я могу позволить себе еще и это пирожное! – И Даша взяла пирожное с пышной шапкой крема. – А что касается Рокшевского, то ему полезно осознать, что он не один на белом свете. И что есть еще особи мужского полу, которые вполне могут тебя похитить.

Марина содрогнулась.

– Не вспоминай, ради бога! Как вспомню тот спуск по балконам в одеяле, так мороз по коже. Тебе бы так!

Даша пожала плечами.

– Да я ни за что бы не согласилась валяться в одеяле на чьем-то там плече. Я бы и сама спокойненько спустилась. Хотя признаю, что в том твоем платье это было бы проблемно. Если только обвязать подол вокруг талии. Не совсем прилично, правда. Ну да это ерунда.

В ответ Марина только вздохнула. В ее сумочке жизнерадостно запел сотовый. Она беспокойно взглянула на дисплей и тихо, будто ее кто-то мог подслушать, сказала кузине:

– Ну вот, опять!

Даша властным жестом протянула руку.

– Дай-ка мне телефон, я сама с ним поговорю!

Марина покорно отдала телефон, и Даша с напором ответила невидимому собеседнику. Она говорила по-английски и очень быстро, поэтому Марина поняла только самый общий смысл – что звонить ей нельзя и чтоб ее оставили в покое.

Вернув ей телефон, Даша ободрила сестру:

– Думаю, он прекратит свои домогательства. Надолго или нет, будет зависеть от того, как быстро он найдет тебе замену. Кстати, ты знаешь, что у него масса твоих снимков и видео?

Марина горестно вздохнула.

– Догадываюсь. Он везде с фотоаппаратом таскался и снимал меня при каждом удобном случае.

– То есть постоянно?

– Ну да. Но как ему запретишь?

– На Сейшелах – никак. Там это криминалом не считается. Свобода, одним словом. Он мне сказал, что каждый день любуется твоим прелестным личиком.

Марина скривилась.

– Личико у меня теперь далеко не прелестное. Может, ему теперешнюю мою фотографию послать? Тогда отстанет?

Даша внимательнее посмотрела на кузину. В самом деле, беременность сказывалась на ней не лучшим образом. Нос распух, под глазами появились небольшие мешки, и вся она выглядела усталой и болезненной.

– Может, тебе просто спать надо побольше?

Марина покраснела и ничего не ответила.

– Ага, тебе энергичный муж высыпаться не дает. Что ж, наличие конкурента заводит мужиков куда сильнее, чем эротичность партнерши.

В ответ Марина смогла проблеять нечто нечленораздельное.

Даша не преминула ее подколоть:

– Можно подумать, что из нас двоих я гораздо более опытная в отношении полов особа. А ведь это далеко не так!

– Просто у нас воспитание разное!

Даша согласилась:

– Без сомнения! Ну, мне пора, у меня обед кончается! А ты посиди еще, может, пожуешь чего-нибудь!

Расплатившись с официанткой, она умчалась, а Марина осталась сидеть, мечтательно глядя вдаль.

Она тоже считала, что Кирилла подстегивает наличие конкурента. После Сейшел он стал, конечно, куда внимательнее и заботливее, чем прежде. Но в этом заслуга Гарри. Хотя, может быть, она не права и Кирилл, как и говорил ей, осознал, что любит ее? Пусть и с помощью соперника? Разобраться в этом сложно, да и нужно ли? Как говорит Даша, жизнь нужно принимать такой, какая она есть?

В это время Дарья неслась в лабораторию, в который раз недоуменно спрашивая себя, зачем ей это нужно? Ведь не из-за Александрова же она встает каждый день аж в восемь утра и тащится на эту дурацкую, совершенно не нужную ей работу! Или все-таки из-за него?