Лягушка-нецаревна - Татьяна Герцик

– А если я скажу, что так оно и есть, что ты будешь делать?

– Да просто не поверю, только и всего!

Он с оценивающим прищуром посмотрел на нее.

– А если я вас познакомлю, ты отстанешь?

– Ты предъявишь мне какую-нибудь подсадную утку, знаю я тебя!

В Дашином голосе звучала настоящая страсть, и Кирилл посмотрел вокруг в поисках поддержки. И получил ее.

– Даша, мне очень жаль, или, наоборот, я очень рад сообщить тебе, что Кирилл и в самом деле женится. Так что смирись и работай, пока наш лабораторный бог тебя не покарал! – Давид был нежен до ехидства.

Даша зверем посмотрела на него, но, решив не переигрывать, села на свое место. Вопрос «что делать?» оставался открытым. Идти знакомиться с Маринкой и сделать вид, что они незнакомы? Но тогда нечего делать на свадьбе. Или сделать вид, что они с Маринкой ни в каком сговоре не участвовали? Но в этот финт Рокшевский с его логическим умом вряд ли поверит.

Зазвонил местный телефон, и Даша неохотно подняла трубку. Звонить ей мог только Артем, а у нее было не то настроение, чтобы с ним разговаривать.

Это и в самом деле был Александров. Поздоровавшись, он корректно пригласил ее к себе. Она зашла в его кабинет с чувством ягненка, идущего в пасть крокодила. Откуда у нее были столь странные ощущения, она понять не могла.

Артем был сама любезность. Подвинув ей кресло, склонился над ней сзади и проворковал:

– Ну, как прошел юбилей?

Даша встрепенулась.

– Как ты узнал про юбилей?

– Интуиция, радость моя, просто интуиция.

– А конкретно?

– Я же обещал тебе выяснить, что тебя связывает с Мариной Беловой. Вот я и заглянул в ее личное дело. И выяснил, что у ее папы в эти выходные юбилей. А тебя спросил навскидку, чтоб выяснить, родня ты им или нет. Получилось, что родня. Наверняка какая-нибудь двоюродная сестра.

Даша кисло признала:

– Я попалась по собственному скудоумству, ладно. Но я так и не пойму, для чего тебе все это надо.

Артем склонился еще ниже, обвевая ее шею теплым дыханием.

– Не верю, что ты до сих пор этого не поняла. У тебя же большой опыт.

Намек на ее аморальное прошлое Даше крайне не понравился. Резко отклонившись, она потребовала ответа:

– Так это ты послал к нам Рокшевского?

Артем предусмотрительно сделал шаг назад.

– Ну да. А ты что, недовольна? Не хочешь лаврами делиться?

Даша злорадно сообщила:

– А Маринка не хочет за него замуж выходить! Она передумала!

Артем задумчиво почесал подбородок.

– Значит, Кирилл что-то делает неправильно. Надо его проинструктировать.

Даша возмущенно закатила глаза.

– Это ты из собственного многообразного опыта решил его инструктировать? Так он тебе в умении обращаться с женщинами сто очков форы даст.

– Ты не права. Он только приударять за дамочками может, а настоящего чувства у него никогда не было и нет. Поэтому по этой части он полный профан.

– А ты нет?

Он снова склонился над ней и серьезно подтвердил:

– А я нет.

Даша решила подробности не выяснять.

– В общем, так: я хочу, даже требую, чтоб ты в мои дела не лез!

Артем саркастично усмехнулся.

– А я в твои дела и не лезу. Я только с Рокшевским общаюсь.

– Вот и я про то же. Он собрался жениться, вот пусть и женится. А дальше пусть они c Мариной между собой сами разбираются. Спасибо тебе за помощь, – эти слова Даша произнесла с таким сарказмом, что любой бы понял, что вмешательство Александрова она считает чистейшим вредом, – но дальше я сама.

На Артема ее суровые слова никакого впечатления не произвели.

– Пожалуйста. Всегда рад помочь. Тебе. – Это слово он подчеркнул особо. – Только позови.

Его горячее дыхание шевелило волосы над виском, и Даша внезапно почувствовала какое-то странное волнение. Оно шло изнутри, заставляя ее сердце непривычно трепетать. Ей это ужасно не понравилось, и она, развернувшись в кресле, в упор встретила его ласковый взгляд.

– Ты что, соблазнить меня хочешь?

Он прикинул в уме звучание этого слова, и его глаза приобрели горячий блеск.

– А это возможно?

– Не смей отвечать мне вопросом на вопрос!

– Почему?

Соскочив, Даша двинулась к дверям, но Артем решительно обхватил ее за талию и плотно прижал к себе. К ее удивлению, его руки обхватили ее, как стальной капкан. Она полуобморочно подумала, что он гораздо сильнее, чем ей казался.

– Только не пинайся, ладно? – его просьба почему-то насмешила ее и она непроизвольно хихикнула. – И не дергайся, а то упадем на компьютер, а он дорогой.

И Артем требовательно приник к ее губам. Поцелуй был ошеломительным. Даша поразилась. Таких ощущений в ней еще не будил никто. Конечно, в ее жизни были мужчины, куда же без них, но к ним она в лучшем случае испытывала легкую влюбленность, и ее сердце никогда не билось так неистово, как сейчас. Это уже грозило чем-то серьезным, чем-то таким, к чему она не была готова, поэтому она напряглась и попыталась отпихнуть его от себя.

Но, впервые в ее жизни, ей это не удалось. Может быть, потому, что тело не желало ей подчиняться? Телу хотелось совершенно противоположного, чем трезвой еще голове. А может быть, потому, что Артем держал ее слишком крепко, будто висел на краю скалы.

Он клонил ее к небольшому дивану, и перспектива оказаться распластанной по нему Дашу совершенно не вдохновила. Собравшись с духом, она уже хотела было применить к нему один из апробированных приемчиков, когда на столе Артема требовательно зазвонил телефон. Чертыхнувшись, он выпустил Дарью и извинился, будто хотел сделать что-то предосудительное.

– Прости, но это генеральный. Нужно ответить, хоть и не хочется.

Даша засмеялась.

– Конечно, обжималки со мной куда важнее, чем разговор с генеральным директором.

Артем серьезно подтвердил:

– Конечно. Ты котируешься куда выше!

Взял трубку и индифферентно поздоровался. Фыркнув, Даша посмотрела на себя в висящее у дверей зеркало. Лицо красное, волосы всклокочены. Ну да ладно, можно подумать, что это от злости.

Выйдя из комнаты, она направилась к Рокшевскому. Патетически заявила:

– Теперь я поняла, это низкий заговор! Но я этого так не оставлю!

Это прозвучало у нее так зловеще, что Кирилл вздрогнул. В голову ему пришла мерзкая мысль, что эта своенравная девица в самом деле может принести ему немало неприятностей, если нажалуется на него своему бывшему покровителю. К тому же откуда он знает, бывший ли он?