Ловушка для влюбленных - Олег Рой

– Да уж, ты, пожалуйста, будь поосторожнее с рассказом об устройстве мира, – поддержал ее Александр. – Люди пока не готовы к восприятию Истины. Если бы было иначе, Всевышний давно открыл бы им ее.

– Ну хорошо, – согласился Алексей. – Если вы так считаете, я не буду больше никому об этом говорить.

Однако ни одному из бывших ангелов это заверение не показалось убедительным.

Расстались они только поздно вечером. Леша уехал домой, а Александр Петрович и Ангелина Кирилловна еще долго сидели в гостиной и обменивались впечатлениями о встрече.

– Мне кажется, Алеша так и не понял всей серьезности нашего предупреждения, – сокрушался он.

– У меня такое же чувство, Сашенька, – соглашалась она.

– И он по-прежнему в опасности…

– Увы, я точно такого же мнения.

– Надо что-то делать, что-то делать… – бормотал Александр Петрович. – Сами мы никак не сумеем с этим справиться… Ах, если бы кто-нибудь согласился нам помочь! И знаете, Линочка, кажется, я знаю, кто это может быть!

– Вот как? И о ком же вы говорите?

– О его ангеле-хранителе. Нынешнем ангеле-хранителе Алеши. Если и он подтвердит своему подопечному, какая судьба ему уготована…

Лина невесело рассмеялась:

– Дорогой мой, не говорите ерунды! Да, мы с вами добыли эти сведения, но добыли их обманом. И от этого они не перестали быть тайной, такой же тайной, какой остаются для ангелов все остальные судьбы. Откуда нынешнему хранителю знать, что написано в Книге Судеб? С чего вы решили, что он расскажет об этом Алексею? Как вам вообще могло прийти в голову, что кто-то из хранителей захочет помогать нам? Простите великодушно, но иначе как бредом я назвать ваши слова не могу.

Однако Александр Петрович готов был с ней спорить.

– Линочка, там, Наверху, наверняка уже всем известно и о том, что я вырвал страницу из Книги Судеб, и о том, что на этой странице было написано. Уверен, что это давно ни для кого не тайна. И кто знает, каким ангелом окажется нынешний хранитель Алексея? Быть может, у него доброе сердце и он согласится незначительно нарушить Правила ради спасения своего подопечного?

– Ну, я, право, не знаю… – колебалась Ангелина. – Быть может, у Алексея теперь и вовсе нет ангела-хранителя, такое ведь последнее время часто случается…

– Но проверить это нам никто не мешает, правда? – убеждал тот, кто когда-то звался Зачитавшимся.

И его подруга в конце концов согласилась с ним.

Алексей пришел в восторг от этой идеи.

– Если мой нынешний ангел решится на встречу с нами, я смогу спросить у него об Оле! – радовался он.

– Алеша, ты ошибаешься… – деликатно возражал Александр Петрович. – Сколько раз мы говорили тебе, что ангелы не знают будущего?

– Да, верно, я почему-то все время об этом забываю. Но тогда спрошу хотя бы о Жене…

Попытку беседы решено было предпринять в Акулове, в доме Алексея, снова, в который уж раз за его жизнь притихшем и опустевшем. Бывший писатель с потерянным и отрешенным видом сидел в любимом кресле-качалке у мертвого камина, где вновь поселился давнишний паук. Ангелина, ломая от волнения тонкие руки, бродила вдоль стен с книжными полками. А тот, кто еще недавно звался Зачитавшимся, обратился с пылкой речью к тому, кто теперь занял его место при Алексее.

– Я знаю, что ты видишь и слышишь меня, – произнес он. – И умоляю помочь нам. Пожалуйста, покажись, чтобы я мог поговорить с тобой.

Ответом была тишина. Только ветер шумел в еще голых ветвях деревьев за окном.

– Пожалуйста, я очень тебя прошу! – страстно продолжал бывший ангел. – Пойми, нам никак не обойтись без твоей помощи! А это ведь очень, очень важно!

И снова тихо, лишь ветер за окном да неясные шорохи не вовремя постаревшего, как и хозяин, дома.

– Умоляю тебя! – в третий раз прозвучало в комнате. – Пойми, ведь я прошу не за себя, не за свою подругу! Я прошу за человека, который был когда-то моим подопечным, а теперь стал твоим! Разве не долг хранителей помогать тем, кого они опекают? Разве не этому учат нас в школе ангелов? Разве не в этом высшее наше предназначение?

Некоторое время все еще ничего не происходило, очевидно, нынешний ангел-хранитель пребывал в раздумьях. Но вот послышался легкий шум, похожий на шелест листвы, по комнате будто пробежал свежий ветерок, и за спиной у Алеши возникла постепенно, точно проявляющаяся фотография, чья-то фигура, сначала почти прозрачная, а потом медленно приобретшая четкость очертаний и красок. Новый хранитель писателя не был знаком бывшим ангелам, но в то же время его лицо – строгое, резкое, лицо пожилого человека, с точеными чертами и выдающимся римским носом, обрамленное длинными волнистыми волосами с едва наметившейся проседью, – будто бы кого-то напоминало.

Едва появившись в комнате, он заговорил красивым, низким, богатым оттенками голосом:

– Приветствую тебя, мой подопечный, и вас, бывшие мои собратья. Я пришел на ваш зов, но совсем не потому, что откликнулся на вашу просьбу. Знайте: что бы ни случилось, я никогда не нарушу Правил и не покажусь ни своему подопечному, ни вам, Иволга и Зачитавшийся, если только не получу на это указаний свыше. Всем нам, ангелам-хранителям, теперь стало слишком хорошо ясно, к чему приводит легкомысленное и необдуманное выполнение всех желаний душ, которых мы охраняем. Мы получили эти знания благодаря вам…

– Ты пришел только затем, чтобы читать нам мораль? – не выдержав, раздраженно перебил его бывший собрат.

– Нет, не за этим, – очень спокойно отвечал ангел. – Я появился здесь по поручению свыше. Вы предугадали события – Наверху действительно было решено, что Алексей должен встретиться с душой Жени. Она сообщит ему нечто очень важное.

Собравшиеся в комнате люди ошарашенно переглянулись. Александр Петрович подался вперед:

– Мы будем рядом с Алешей!

– Нет, не будете, – отвечал новый хранитель тоном, не терпящим возражений. – Встретиться с душой умершей девочки и говорить с ней сможет только мой подопечный. Вы, бывшие ангелы, стали теперь людьми, и я не имею никакого права вмешиваться в ваши жизненные пути. Поэтому сейчас я прощаюсь с вами двумя. А ты, Алексей, готовься к встрече, к которой всю жизнь так стремился.