Femme fatale выходит замуж - Татьяна Тронина

Ремизов вдруг замолчал.

– Жанна… – наконец тихо произнес он. – Это совсем другое.

– Ну да, ты у нас такой особенный… – усмехнулась она.

– Нет, я очень обычный. Заурядный. Возможно, кажусь тебе занудой… Я тебе скажу даже вот что – я до сих пор под впечатлением той ночи, что мы провели вместе. Но никогда – слышишь, никогда! – я не стану добиваться ее повторения!

– Зачем же ты тогда звонишь мне?

– Я не знаю! – сердито произнес он. – Просто поговорить с тобой хотел. Давай говорить… Расскажи, где ты сейчас, что видишь… Господи, как хорошо, что ты не здесь, а где-то там, далеко! Знаешь, наверное, с еще большим удовольствием я беседовал бы с тобой, Жанна, если б ты была где-нибудь на другом полушарии, чтобы нас разделяли моря и континенты, горы и реки! Потому что без тебя нельзя и с тобой – тоже…

Нина уже смогла убедиться в том, что Николай Ионович Гурьев принадлежал к так называемой породе «жаворонков». Он просыпался в половине седьмого, независимо от того, будни это или выходные, вставал на тренажер, имитировавший беговую дорожку, а потом обливался холодной водой. Он был жилист и вынослив. Добр и терпелив. Терпения в нем было очень много – недаром же главным его увлечением была рыбалка.

Он дождался, он «высидел» Нину…

С середины июня она жила у него. Уютная, светлая трехкомнатная квартира недалеко от метро «ВДНХ».

Иногда к Николаю Ионовичу заглядывал его сын – очень серьезный, очень положительный молодой мужчина. К Нине он относился вполне дружески… У сына была своя собственная квартира. Он являлся владельцем небольшой фирмы – бизнесмен средней руки, яхтами и гоночными автомобилями увлекаться не имел возможности, но зато все прочие радости среднего класса были для него доступны. Это обстоятельство не могло не воздействовать на впечатлительную Раису Романовну – педагогические способности Николая Ионовича внушали ей уважение. Надо же, такого сына воспитал!

Некоторое время до того Раиса Романовна была подавлена, вернее – просто раздавлена всем тем, что произошло с ее дочерью, она уже не верила в то, что Нина может когда-нибудь стать счастливой. Все разбито, все сломано, все уничтожено этим ужасным Пересветовым!

Но период мук и страданий закончился, когда появился Николай Ионович. Сначала Раиса Романовна не могла к нему привыкнуть, все ожидала подвоха с его стороны… Потом убедилась – Гурьев действительно любил Нину.

«Святой человек! – стала истово восклицать Раиса Романовна. – Он тебя буквально спас, Ниночка, вытащил с того света!»

Нина снисходительно усмехалась.

В самом деле, Гурьев практически не отходил от нее в те тяжелые дни. Потом предложил переехать к нему…

Эта была новая, другая, настоящая жизнь – та самая, о которой Нина столько мечтала. Жизнь, наполненная чувствами и делами. Мыть, чистить, готовить, стирать. Покупать. Приводить в порядок внешний вид Николая Ионовича – сводить его к парикмахерше Лизочке, заставить сменить фасон брюк, выбросить из кладовки кучу ненужных вещей, в выходные съездить на дачу…

Огромный маховик, до того работавший вхолостую, закрутился, закрутил все вокруг. Вселенная, до того необитаемая, пришла в движение, планеты заскользили по своим орбитам, вокруг планет завертелись их спутники, помчались, сверкая хвостами, кометы… Все обрело смысл.

Нина ни секунды не жалела о том, что избавилась от ребенка Пересветова – он, этот ребенок, не вписался бы в стройную систему мироздания. Она вспоминала тот злосчастный день, когда фамм фаталь Ложкина явилась на их с Юрой свадьбу в каком-то вычурном платье, сильно смахивающем на наряд невесты, и тем самым поставила Юру перед выбором, – так вот, Нина вспоминала этот день почти с благодарностью, потому что Юра выбрал не ее.

Очень хорошо, что сразу же, без всякой жалости и сомнений было сломано то, что все равно сломалось бы рано или поздно.

Пора – в один прекрасный день решил Платон Петрович Крылов.

Нина сошлась с Гурьевым, Веленская поняла, какую ценную сотрудницу она потеряла в лице Жанны, Карина с Полиной забыли о прошлых обидах, тем более что, по слухам, у Карины появился некий мужчина, согласный усыновить ее Костю-Котика, а Полина, опять же по слухам, сильно поссорилась с мужем и теперь в курилке утверждала с пафосом, что «Жанна была права», и даже обещала сбросить с себя «ненавистные цепи брака».

Словом, в начале июля Жанна вернулась в Москву, двумя неделями позже Артура Потапенко.

Наконец наступил тот самый день – Жанна, прибыв на поезде в Москву рано утром, заехала к себе домой ненадолго, чтобы принять душ и переодеться, а затем прямиком отправилась в «Минерву-плюс». Она волновалась и боялась, накатывали волной печальные воспоминания, она радовалась встрече со своими беспечными друзьями Сидоровым и Айхенбаумом и многому другому…

У сталинской многоэтажки Жанна оказалась около десяти, впрочем, Крылов бы не стал ругать ее за опоздание – как-никак человек только что с поезда.

Вход в здание сторожил новый охранник. Долго и придирчиво изучал Жаннин пропуск, затем позволил ей пройти через «вертушку».

Не без дрожи она поднялась на двенадцатый этаж, прижала карточку к датчику.

– О, Жанна! – удивленным и даже радостным голосом воскликнул Барбарисыч, махнул ей рукой. – С прибытием!

– Боренька, здравствуй, – ответила она тоже с некоторым удивлением. Нечаев буквально сиял от благодушия. Жанна еще не знала о том, что Барбарисыч окончательно и бесповоротно расстался с Зиной Рутковской. Даже более того – нашел новую женщину. Роман этот был окутан завесой тайны – о своей избраннице охранник не любил распространяться, правда, упомянул однажды в разговоре с Гурьевым, что «она настоящая красавица, не то что некоторые» и что «у нее ребенок, но разве ребенок может быть препятствием?».

Жанна зашла к себе в кабинет.

– Жанка! – завизжала Карина, закрутившись в кресле. – С прибытием! Ну наконец-то… А у меня столько новостей, столько новостей…

Карина вела себя как ни в чем не бывало, словно и не было той размолвки, что произошла между ними перед отъездом Жанны в Питер.

Далее Жанна отправилась к Крылову.

– Жанночка! – ахнула Полина. – Привет, как дела?..

– Хорошо. – «Что это с ними со всеми?..»

– Слушай, а мы без тебя тут буквально погибаем! Веленская вчера заявила, что ты одна трех новых сотрудников стоишь…

– Что, много новых?

– Трое. Новый системный администратор, и в бухгалтерию двух сотрудниц еще взяли… Да ты иди, Платоша тебя уже ждет!

Платон Петрович Крылов вылез из-за стола и по-отечески обнял Жанну.

– Вот она, красавица наша… Как он, наш город на Неве?.. Из филиала звонили – исключительно хорошие отзывы о тебе! Кстати, Потапенко приехал такой злющий… – понизив голос, игриво сообщил президент. – Так ему и надо! Я все, все знаю!