Тот, для кого живу. Продолжение - Александра Ронис

Знакомство с «тетей Леной» прошло вполне удачно, если не считать того, что поначалу Дениска стеснялся, вел себя скованно и разговаривал через раз. Впрочем, так же он себя вел и в первые дни общения с отцом. Это у Вороновых дома он чувствовал себя «как в своей тарелке», шумел, кричал, бегал, как и подобает ребенку его лет, здесь же он был сама скромность.

Подстегиваемый «папой Ладом», он прошел в зал и терпеливо дожидался ужина, сидя молча в уголке дивана. Сложил ручки аккуратно на коленках и почти не двигался. Смотрел найденный Владом на висящем на стене телевизоре его любимый детский канал, но без особого энтузиазма. Глаза не светились интересом.

Влад сидел тут же, рядом, пытаясь в ворохе сообщений в чате детсадовской группы разобраться, куда бежать за костюмом медведя на утренник — слишком много было лишней информации в рассуждениях родителей о том, где лучше и качественнее ателье или магазин. Да уж, нужно будет поинтересоваться у Ксю, как она собиралась решать эту «проблемку».

Когда приглашение к столу последовало, отец протянул руку сыну, и тот ее принял. Скользнул глазенками снизу вверх на Влада, послушно слез с дивана. Так же без слов позволил увести себя в ванную, помыть руки.

На кухонном столе уже дымились три тарелки: одна побольше — для Влада, две поменьше — для хозяйки и маленького гостя. Глаза Дениски загорелись при виде вазочки с конфетами в ярких обертках, но, когда, заметив это, Лена предложила ему выбрать понравившиеся, мальчик вежливо отказался.

— Нет, спасибо, — сказал тихо, качая головой.

— Правильно, сначала покушать надо. Да, сына? — Влад, приподняв Дениса, усадил его на стул и пододвинул к столу. Сам опустился на уже ставший ему привычным диванчик. — Ешь давай, — кивнул сыну, видя, что он не притрагивается к еде. — Тетя Лена специально для нас готовила.

Денис кинул косой взгляд на улыбающуюся ему «тетю Лену», сидящую от него по правую руку, потом так же быстро глянул налево, на отца, и уткнулся в тарелку. Но вилку при этом взял.

Лена пододвинула к нему салат, ласково предложила:

— Кушай.

Денис, зажав вилку в кулаке, насадил на нее котлету и, больше не глядя по сторонам, осторожно вонзил зубки в фарш. Тогда и отец взялся за столовые приборы, с любовью и гордостью взирая на сына…

Домой они вернулись уже ближе к десяти, когда Демидову-младшему уже давно пора было спать. Всю дорогу до дома он сидел, клюя носом. Влад и сам не ожидал, что их визит-знакомство настолько затянется. Зато и результат имелся положительный — Лена пообещала до выходных придумать что-либо с новогодним костюмом. Он не просил, она сама предложила, а отказываться он не стал.

Припарковавшись на своем обычном месте, Демидов бережно вытащил из салона полусонного Дениса и, заблокировав автомобиль, с сыном на руках неторопливо пошел к подъезду, стараясь не поскользнуться на подмерзшем снегу. Когда входил в дом под монотонное пиликанье домофона, вспомнил, что в сегодняшней суматохе так и не съездил на СТО, не проверил сигналку. Не дай бог, и эта ночь окажется беспокойной!

Пока раздевал сына, аккуратно укладывал его в наспех разобранную постель, мысли о сошедшей с ума сигнализации отошли на второй план. Не зажигая света, кроме как в прихожей, Влад крадучись передвигался по квартире, сам готовился ко сну. Задергивая штору, невольно всмотрелся вниз, в бездонный колодец двора, где отдыхала его «Kia», но ничего не увидел. Каких-то десять-пятнадцать минут назад прилегающая к входу территория слабо освещалась лампочкой над козырьком подъезда, сейчас же все было погружено во тьму.

На всякий случай положив брелок от машины на прикроватную тумбочку в пределах досягаемости, Влад лег рядом с сыном. Долго смотрел на него, сладко сопящего, раскинувшего руки в разные стороны, и улыбался. Ему было хорошо и спокойно. Мечты сбываются, сказал бы с уверенностью, если бы сейчас и Ксю была рядом, но на то они и мечты, чтобы не сбываться полностью. Потом его мысли перескочили на Лену, на ее греющее душу отношение к нему и сыну, а засыпал Демидов все с теми же думами об обидчиках Ксении и его кровожадных планах касательно них.

Когда сигналка резко завыла в ночи, он вздрогнул от неожиданности. Спросонья не сразу сообразив, в какую сторону тянуть руку, чтобы заткнуть неугомонную систему, несколько секунд шарил под кроватью, прежде чем вспомнил, что брелок находится где-то в районе головы. Механический вой оборвался почти одновременно с репликой Дениса, внезапно севшего на постели:

— Мама…

Ребенок непонимающе оглядывался, пытаясь определить, где находится.

— Спи, — прошептал ему Влад, одновременно укладывая его обратно.

— Где мама? — Денис потер глазки и снова принял сидячее положение. В темноте зрачки его блестели и не отрываясь смотрели на отца. — Когда мама придет?

— Мама скоро придет, сынок, — в душе отец на чем свет стоит поносил проклятую сигнализацию. И было за что. — Ну ты чего, Денис, ты же мужик, — склонился он над опустившим голову и вновь поднесшим к глазам кулачки ребенку.

— Я к маме хочу, — прошептал мальчик со слезами в голосе и яростно затер глазки.

— Иди ко мне, — привлек к себе Влад сына и, положив его на себя, погладил по спинке, по волосам. — Утром проснемся, сразу же маме позвоним, узнаем, когда она вернется, — уговаривал Дениса, а сам млел от счастья, от тепла его родного тела, от маленьких ручек, доверчиво обвивших ему шею.

Так и заснули вдвоем, в обнимку. Демидов не стал больше включать сигнализацию, будучи уверенным в том, что даже угнанный автомобиль не стоит того, чтобы нарушать покой его чудесного сынишки.