Обольщение - Аманда Квик

— Может быть, — сказал Джулиан с холодным спокойствием, которое в данных обстоятельствах весьма впечатляло, — вы будете так добры объяснить все с самого начала?

Слова повисли в угрожающей тишине, царившей в библиотеке с того момента, как Софи осторожно вошла в дверь несколькими минутами ранее. Джулиан некоторое время сидел, не двигаясь, за массивным письменным столом, взирая на нее привычным изучающим взглядом, прежде чем придумал, с чего начать этот, без сомнения, самый неприятный разговор.

Софи глубоко вздохнула и подняла голову:

— Вы знаете суть, милорд. Уже знаете.

— Насколько я понимаю, вы, очевидно, получили одну из шантажирующих записок Физерстоун. Я буду вам очень благодарен, если вы соблаговолите объяснить, почему немедленно не обратились ко мне.

— Но она же адресовала угрозы мне, а не вам. Поэтому я и решила, что ответить — мое дело чести.

Джулиан прищурился:

— Чести, мадам?

— Но ведь если ситуацию перевернуть, милорд, вы поступили бы на моем месте так же, как я. Вы не можете этого отрицать.

— Если поставить все с ног на голову? Что за черт? О чем вы?

— Вы меня понимаете, милорд, я уверена. — Она уже разрывалась между слезами и яростью. — Ну если бы какой-то мужчина стал вам угрожать, что опубликует некоторые подробности о… о моем дурном поведении в прошлом, вы наверняка вызвали бы его на дуэль? Вы же знаете, что поступили бы так же, как я. И не можете этого отрицать.

— Но это же смешно! Дуэль между двумя мужчинами — совсем другое дело. Неужели ты можешь проводить сравнение между твоим предосудительным утренним поведением и тем, что я должен был бы сделать в таких же обстоятельствах?!

— Разве мне отказано защищать свою честь только потому, что я женщина?

— Да, черт побери! То есть нет! Не пытайся меня запутать… Боже мой! Понятие чести не требует от тебя того, что потребовала бы от меня. Ты сама прекрасно понимаешь.

— Мне кажется, было бы весьма справедливо, если бы я имела право жить в соответствии с тем же кодексом чести, что и вы, милорд.

— Справедливо? Справедливость не имеет никакого отношения к письмам и мемуарам куртизанки.

— Значит, для леди вообще нет никакого достойного выхода из подобной ситуации, милорд? — упрямо продолжала Софи. — Нет способа постоять за себя? Я не могу сама разрешить вопрос чести?

— Софи, послушай меня. Я твой муж, и я обязан тебя защищать. И я говорил тебе и еще раз повторяю: лучше, если бы этого никогда не потребовалось. Однако нельзя поставить все с ног на голову. Это немыслимо.

— Лучше постарайтесь понять, милорд, потому что такое уже случилось. Не вам написали, а мне. И я никак не могу понять, почему вы обвиняете меня в сложившейся ситуации, милорд?

Он долго смотрел на жену в явном смущении, прежде чем пришел в себя.

— Почему я обвиняю тебя, Софи? Но сегодняшний поступок переходит все границы. Это непристойно! Невероятно глупо и опасно! Как же мне не обвинять тебя, Софи? Пистолеты не игрушка. А мои пистолеты — это лучшее оружие Мэнтона.

— Мне это известно, милорд. Более того, я прекрасно знаю, как с ними обращаться. Я же говорила вам, что дедушка научил меня пользоваться пистолетами.

— Так тебя же могли убить, маленькая идиотка! — Джулиан вскочил на ноги, обошел стол и встал перед Софи. Опершись о стол, он скрестил обутые в сапоги ноги. Чувствовалось, что он на грани бешенства. — Ты подумала об этом, Софи? О риске, на который шла? Ты подумала, что вот сейчас ты могла уже быть мертвой? Или могла стать убийцей?! Дуэль вне закона. Ты же знаешь. Или это для тебя игра?

— Уверяю вас, это была не игра, милорд! Я чувствовала… — взорвалась Софи, судорожно проглотив комок в горле при воспоминании об испытанном страхе, который вдруг вновь охватил ее. Она избегала пристального взгляда Джулиана. — Я очень боялась, если уж честно!

Джулиан тихо выругался.

— Ты испугалась, — едва не задыхаясь, проговорил он. — А как насчет скандала, который мог бы разразиться? Софи, ты подумала о последствиях?

Софи все еще не решалась поднять глаза.

— Но мы все предусмотрели, чтобы избежать скандала.

— А как вы собирались объяснить пулевые ранения одной из вас или брошенное тело убитой проститутки на Лейтон-Филд?

— Джулиан, пожалуйста. Ты уже высказался.

— Достаточно? — Голос его был тихим и грозным. — Софи, уверяю тебя, я только начал.

— Довольно. Я не думаю, что обязана выслушивать сегодня еще что-то на эту тему. — Софи вскочила, быстро моргая и пытаясь сдержать тяжелые капли слез, набегающих на ресницы. — Ясно, ты ничего не понял. Харри совершенно права, говоря, что мужчины не способны понять вещи, важные для любой женщины.