Джентльменов нет - и привет Джону Фаулзу! - Ирина Степановская

– Да я поваром мог бы работать запросто! – Он нашел в тазике картошку и быстро стал ее чистить.

Сразу ведь нашел! Нине ничего не оставалось, как, присев у стола, смотреть на него.

– Так почему ты фильм-то не любишь? – спросил Юра, погружая картошку в раковину с водой. – Миллионы женщин мечтали бы найти такого мужика, как герой фильма – Гоша.

– Я не мечтаю, – совершенно искренне сказала Нина. – Мне этот Гоша противен! Эти его дурацкие заявления: «Всегда и все я буду решать только сам, на том простом основании, что я – мужчина!» – пахнут дикостью, козлиными шкурами и костяными топорами. – Нину даже передернуло от отвращения.

– Что же тебе не нравится в этом высказывании? – Юра достал из шкафчика сковородку и внимательно посмотрел на Нину.

– Все не нравится! И то, что он с таким апломбом говорит о себе не как о человеке, а как о мужчине, то бишь как о самце. И то, что он будет решать все сам, основывается не на его уме, силе, еще каких-то положительных качествах, а только на принадлежности к полу. А может, этот Гоша – идиот, и все решения будут идиотскими? И какая же тогда в его жизни отводится роль женщине? Согласно кивать и лепетать: «Холесе, мой господин! Все сделаю непременно»? Ты заметил, как в финальной сцене фильма героиня суматошно мечется по кухне, наливая этому самцу суп в тарелку? Только бы это божество снова не разгневалось и не оставило ее в одиночестве – ведь она посмела не поставить его в известность, что занимает положение в обществе выше, чем он, простой хороший слесарь!

«Как долго я тебя искала! – страстно шепчет героиня. – Как долго я тебя искала?!» А кого, собственно, она искала? И на что теперь готова ради этого «мужчины»? Умная, волевая женщина, сделавшая себя сама и воспитавшая дочь, готова не только простить его хамство, она готова покориться, прислуживать, суматошно суетиться перед господином только потому, что он нравится ей как любовник. А чему этот человек учит ее дочь? «Женщина должна уметь готовить, потому что она женщина!» – вот главная сентенция этого фильма. Я это ненавижу!

– Ты, наверное, не умеешь готовить? – улыбаясь, спросил Юра.

– Умею! Могу доказать! Но ненавижу, что должна уметь готовить только потому, что я женщина! А мужчина должен зарабатывать больше, потому что он – мужчина!

– По-моему, мы с тобой подружимся! – заявил Юра, удивительно быстро, ровно и красиво нарезая картошку. – Я тоже ненавижу идею, что мужчина должен зарабатывать больше женщины. Мужчина, как, впрочем, и женщина, должен зарабатывать столько, сколько нужно ему для жизни, чтобы быть довольным собой и жизнью. А если его заработок не укладывается в чьи-то претензии или понятия о том, как должен жить человек, – это проблема не мужчины, а того, кто эти претензии имеет.

– Почему же тогда большинство людей воспитывают своих мальчиков и девочек словом «должны»? «Ты девочка, поэтому должна уметь стирать, шить, мыть посуду. Когда ты выйдешь замуж, ты будешь должна...» ну и так далее. Напротив, если в семье мальчик, то бедному ребенку с раннего возраста внушают: «Ты мальчик, ты должен хорошо учиться, чтобы не быть дворником, чтобы получить хорошее образование, работу, содержать свою семью...» Просто ужас!

– Послушай! – Юра аккуратно выложил порезанную картошку на сковородку с предварительно разогретым маслом и повернулся к ней. – Неужели у тебя нечего выпить за твои прекрасные слова и оригинальные взгляды, которые, кстати, целиком и полностью совпадают с моими?

– Выпить есть! – Нина открыла бар, где стояли нераспечатанные бутылки всех мастей и калибров. – Но вообще-то я стараюсь не есть и не пить после шести часов вечера.

– Сделай для меня исключение! – Юра осмотрел содержимое бара и хмыкнул: – Конечно, преимущество ты отдаешь благородным напиткам, но к жареной картошке с огурчиками лучше всего подходит водка!

Нина вспомнила о сравнительно недавнем визите Кирилла и Пульсатиллы.

– Недавно всю выпили. Если и осталось, то на донышке...

Юра посмотрел в холодильнике и действительно нашел между пакетом кефира и банок с соком бутылку водки.

– По рюмочке будет достаточно!

И в то самое время, когда Лиза после ухода отца ложилась спать, Нина с Юрой устроили классические посиделки в духе студенческих времен: по большой тарелке жареной картошки с маринованными огурцами, по рюмке водки, а потом по большой кружке чая с вишневым джемом и овсяным печеньем. Незапланированный визит превратился в теплый семейный вечер.

Тарелки после еды Юра сам сложил в раковину.

– Я помою! – с готовностью предложила Нина. – Это будет справедливо: ты картошку жарил, мне со стола убирать.

Еще она хотела добавить: «Иди пока раскладывай диван!» – но отчего-то промолчала.

– Помой, пожалуйста! – ответил ей Юра. – Тем более что мне уже давно пора идти. Пока метро не закрыли! Мне же тащиться еще на другой конец города!

– Куда? – опешила Нина. Отчего-то она считала делом уже решенным, что Юра останется у нее ночевать.

– Поеду к друзьям. Вместе учились. Хорошие ребята – муж и жена. Пригреют, как старого товарища, в любое время суток, но все-таки хотелось бы явиться к ним не в три часа ночи. Они тоже устали, у них дети...

– А ты разве...

– Нет, я поеду! – Юра решительно надел помятое пальто, взял портфель и поцеловал ее в щеку. – Ужин и беседа были восхитительны!

Дверь за ним захлопнулась, Нина замерла, храня на щеке ощущение его поцелуя. Спать ей не хотелось совершенно. Она прошла в свою почти пустую комнату, в которой только и были что широкая тахта, ковер на полу да телевизор на низком стеклянном столике. Она прошлась несколько раз по ковру от окна к двери, ступая, как балерина, на цыпочках, сделала плавный поклон, широко развела руки, будто раздвигала пышную юбку, засмеялась неизвестно чему и нажала на кнопку пульта телевизора. Плоский экран практически сразу же спустил ее на землю с небес. (Не включайте телевизор, если вам хорошо!) Известный телеведущий допрашивал молоденькую, но уже очень успешную актрису модного театра: «Что для вас главное? Работа или любовь?»

– Конечно, любовь! – с горящими глазами возбужденно говорила девушка, одетая в немыслимо рваный, но, видимо, очень модный наряд. – Правда, сама я еще такую любовь пока не испытала, но уверена: ради любви и семьи я могла бы оставить все!

– Все принести в жертву? – нарочито удивился ведущий. – И главные роли в спектаклях, о которых мечтают все актрисы страны, и съемки в кино? И работу в школе-студии?

– Да, конечно! – ни на миг не засомневалась актриса. – Я смогу пожертвовать всем ради мужа, детей, ради семьи! В этом и заключается красота русского характера моей героини, которую я в настоящее время играю.

Ведущий программы выглядел как сытый кот. Нина поняла, что ответы неопытной девочки его полностью удовлетворили. «Жертвенность принимается мужчинами всегда без возражений. А мог бы он сам, – она представила ведущего, беседующего со своей женой, тоже известной актрисой, – принести себя в жертву своей более талантливой супруге? Не просто жить рядом с ней, когда каждый занимается своим делом, а именно оставить все – профессию, которой долго учился; работу, которая приносит деньги и дает независимость; увлечения, на которые совершенно не остается времени за хозяйственными заботами и хлопотами по воспитанию детей? Жаль, что никому даже не пришло в голову задать ему этот встречный вопрос...