Выбирая тебя - Кэтрин Флит

Мои руки и ноги явно протестовали против такого марафона. Я споткнулась и, подвернув лодыжку, упала вперед.

Черт. Тяжело дыша, я перекатилась на спину и села.

Легинсы порвались об асфальт, и по моим коленям стекала кровь, впитываясь в ткань. Я потерла руки и поморщилась, потому что на ладонях тоже остались царапины. iPod отлетел на пару метров, а по экрану пошла трещина. Я вспомнила про свой телефон, оставшийся на кровати в моей комнате. Как глупо.

Я закусила губу и сглотнула. У меня очень сильно болела лодыжка, а оцарапанные колени и ладони неприятно пульсировали. На дороге не было ни одной машины. Как долго мне придется ждать, пока кто-нибудь решит выехать в самую южную точку острова?

Еще десять минут я сидела на земле и обдумывала свое положение. Мне придется встать и пойти искать помощь.

Я напрягла здоровую ногу и, помогая себе руками, умудрилась встать, не перенося вес на больную лодыжку. Довольно долго я стояла на одной ноге, собираясь с духом. Первый шаг всегда дается сложнее всего. Я поставила подвернутую ногу на землю и наступила на нее. Проклятье. Боль разошлась по всей ноге, и по моим щекам потекли слезы.

Мне удалось сделать всего пять жалких шагов, прежде чем я снова упала на землю, признавая поражение.

Ветер усилился, и стало еще холоднее. В очередной раз в мою жизнь проникал холод, когда на улице уже должно было потеплеть. До этого меня согревал бег, но теперь промокшая от пота одежда прилипала к коже. Я задрожала и надела капюшон, обняв себя за колени.

Часы показывали почти восемь часов.

В теплый, весенний вечер небо еще было бы озарено последними лучами солнца, но сейчас закат скрывался за темными тучами. На дороге становилось все темнее, а огни города были слишком далеко.

Я представила себе лицо тети Лайлы. Наверное, вселенная наказывала меня за то, что я причинила боль стольким людям.

Время бежало в размытом потоке боли и холода. Интересно, родители заметили мое отсутствие? Хотя за последний год я так часто пропадала, что они наверняка перестали обращать внимание. Если их перестала волновать моя судьба – я их не винила. Так всем будет проще.

В какой-то момент я по-настоящему забеспокоилась. Я положила лоб на колени и попыталась успокоить свое сердцебиение. Ветер усиливался, и я испугалась, что умру здесь, на обочине дороги. Никто меня не найдет. Нет, это же просто глупо. Я замерзла, и у меня дико болела лодыжка, но кто-нибудь в итоге проедет мимо. Тогда почему я чувствовала себя так, словно моя жизнь на полной скорости приближается к крутому обрыву?

Сначала я напевала себе под нос, а затем по очереди вспомнила столицы всех штатов, чтобы приглушить панику.

Вдруг на дорогу упал свет фар. Звук мотора заглушил завывания ветра. Я подняла голову, щурясь на свету, и машина остановилась в паре метров от меня.

Водительская дверь распахнулась, и я сняла капюшон.

– Мер!

Его голос прорвался сквозь холод и мой страх. Я должна была догадаться, что это будет он. Какая-то неведомая сила продолжала сводить нас вместе, постоянно приводя его ко мне. Теперь я это поняла. Неважно, как сильно я сопротивлялась – Уайт должен был стать частью моей жизни.

Он опустился на колени рядом со мной, но я не могла хорошо его разглядеть из-за яркого света.

– Ты в порядке? Что случилось?

Мои замерзшие губы пытались выдавить хоть слово, но меня слишком сильно трясло.

Уайт выругался и расстегнул свою куртку, высвобождаясь из рукавов. Он накинул ее мне на плечи, и я всхлипнула от облегчения. Я вдыхала его тепло и знакомый запах. Готова поклясться: свежее белье еще никогда не пахло так хорошо.

– Можешь встать?

Я кивнула, стуча зубами.

– Я сейчас вернусь, – он поднялся на ноги, побежал к своему пикапу и распахнул дверь, прежде чем вернуться ко мне. Он наклонился и обернул руку вокруг моей талии. – Ты готова?

Я кивнула, и он медленно поднялся, придерживая меня. Я зашипела. Все мышцы в моем теле запротестовали и отказались двигаться, поэтому я снова споткнулась, наступив на больную лодыжку.

От боли у меня перехватило дыхание. Ноги меня подвели.

Я приготовилась к очередному падению, но Уайт подхватил меня и поднял на руки.

Меня переполнило облегчение. Я обернула руку вокруг его шеи, положила голову ему на плечо, и мои мышцы наконец расслабились. Он сделал это для меня. Даже затуманенным от боли разумом я понимала, что он обо мне позаботится. А я ведь так злилась на него. Я не собиралась его прощать, но в его руках я чувствовала себя в безопасности.

Он донес меня до пикапа и осторожно усадил на пассажирское сиденье. Обогреватель работал на полную мощность, но мне не хватало тепла его рук. Он достал из-за сидений старое одеяло и заботливо укрыл мои плечи.

Я наконец смогла разглядеть его лицо. Оно было бледное и мрачное, а его губы вытянулись в плотную линию. Он действительно за меня переживал. Я подняла руки и потянулась к его лицу, но он поймал меня за запястья.

– Твои ладони в грязи и крови. Ты упала?

Я кивнула.

Он осторожно убрал волосы с моего лица.

– Мер, тебе придется объяснить мне, что конкретно у тебя болит.

Как часто Бен делал то же самое? Убирал волосы с моего лица. Как часто его нежное прикосновение вызывало во мне приятную дрожь? Касания Уайта были более решительными и уверенными, но по моей коже все равно пошли мурашки.

Я сглотнула.

– Моя левая лодыжка.

– Все будет хорошо. Тебе просто нужно немного потерпеть, пока мы не доберемся до больницы, – он закрыл мою дверь и, забравшись на водительское сиденье, бережно приподнял мою ногу. Я застонала, и на его лице промелькнуло виноватое выражение. – Прости. Стараюсь быть максимально осторожным.

– Знаю, – прошептала я. Я и правда это понимала.

К счастью, в его машине было сплошное сиденье. Я извернулась так, что моя спина опиралась на пассажирскую дверь. Он скатал часть одеяла, чтобы подложить под мою больную ногу.

– Где ближайшая больница?

Я закрыла глаза.

– В Нагс Хед. Все, что ближе, уже закрылось.

Он задумчиво замолчал. Нам предстояла бы долгая дорога плюс переправа на пароме.

– Ладно, тогда нам лучше поторопиться.

Я улыбнулась. Он был готов везти меня в такую даль.

– Просто отвези меня домой.

– Ты уверена?

Я открыла глаза. Меня почти перестало трясти.

– Да. По соседству с нами живет врач. Папа ему позвонит. Наверняка я просто растянула сухожилие.

Его челюсть напряглась.

– Домой так домой.