Благословение небес - Джудит Макнот

– Да, ты права, конечно.

– Конечно, – решительно согласилась Люсинда, – я вообщевсегда права, как ты знаешь. Почти всегда, – поправилась она, очевидно,вспомнив, как оконфузилась, выдав Джулиусу Кэмерону имя Яна Торнтона какпретендента на руку Элизабет. Встретившись с Элизабет в гостинице, онаобъяснила ей, как это вышло. Джулиус Кэмерон стал выспрашивать у нее,пользовалась ли Элизабет успехом у мужчин и что именно повредило ее репутации.В полной уверенности, что он уже слышал мерзкие сплетни о связи Элизабет с ЯномТорнтоном, Люсинда попыталась представить это дело в более благоприятном свете,назвав его одним из претендентов на руку Элизабет.

– Я бы скорее предпочла встретиться с дьяволом, чем с этимчеловеком, – сказала Элизабет, непроизвольно вздрагивая.

– Надо думать, – заметила Люсинда, одной рукой держась засвой зонтик, а другой за телегу.

Чем меньше времени оставалось до встречи, тем большесердилась и робела Элизабет. В первые четыре дня путешествия ее напряжениезначительно ослабело благодаря великолепным шотландским видам. Она любоваласьпокатыми холмами и глубокими долинами, поросшими боярышником и колокольчиками.Но сейчас, когда час встречи с Яном неумолимо приближался, даже горные склоны,расцвеченные весенними цветами, и ярко-голубые озера у их подножий не моглиунять ее растущего волнения.

– И кроме того, я совсем не уверена, что он хочет менявидеть.

– Скоро мы это узнаем.

На горе, возвышающейся над извилистой тропкой с гордымназванием «дорога», стоял пастух, удивленно глядя на старую телегу, с трудомпрокладывающую себе путь.

– Глянь-ка туда, Уилл, – сказал он своему спутнику, –видишь, вон там?

Второй мужчина, который был его братом, тоже посмотрел вниз.На лице его отразилось изумление, а губы расплылись в беззубой улыбке при видекомичной сценки на дороге, на телеге Сэна Мак-Лэша сидели две леди – на нихбыли шляпки, перчатки и все такое. Обе выглядели скованными, неловкими,какими-то негнущимися – прямые, как палки, спины и такие же прямые ноги,вытянутые вперед.

– Ну и потеха, – засмеялся Уилл. Он сорвал с головы шапку истал размахивать ею, насмешливо приветствуя забавных леди. – Я слыхал вдеревне, что вроде бы Ян Торнтон собирался приехать домой. Держу пари, что онуже прибыл, и эти красотки направляются к нему, чтобы согреть его постель иудовлетворить другие нужды.

Пребывая в счастливом неведении относительно того, какиемысли на их счет зародились в головах этих двух случайных зрителей на холме,мисс Трокмортон – Джонс яростно и без малейшего успеха пыталась отчистить своючерную юбку от пыли.

– Никогда в жизни со мной так не обращались, – возмущеннопрошипела Люсинда, когда телега сделала еще один резкий толчок и она завалиласьна бок, ударив плечом Элизабет. – Можешь не сомневаться, уж я выскажу мистеруЯну Торнтону все, что о нем думаю. Как можно пригласить двух порядочных женщинв это Богом забытое место и даже не предупредить, что дорожная карета слишкомширока для этих дорог!

Элизабет открыла рот, чтобы сказать ей что-нибудьутешительное, но тут телега снова жутко накренилась, и она была вынужденавцепиться в деревянный борт.

– Из того немногого, что я о нем знаю, Люси, – сказала онанаконец, когда телега пошла ровнее, – ему будет абсолютно безразлично, какиетрудности нам пришлось претерпеть. Он груб и невнимателен – и это еще егохорошие стороны…

– Н-н-но-оо! Н-нноо! Стоять! – вдруг закричал фермер,натягивая вожжи, и телега с ужасающим скрипом остановилась. – Ну, вон там нахолме и живет Торнтон, – сказал он, указывая наверх.

Люсинда подняла голову и с чувством тихого бешенствапосмотрела на большой, невзрачный коттедж, проглядывающий сквозь деревья. Онанадменно повернулась к бестолковому фермеру.

– Вы ошибаетесь, дорогой мой, – веско сказала Люсинда. – Ниодин уважающий себя джентльмен не станет жить в таком захолустье. Будьте таклюбезны развернуть это ветхое устройство в обратную сторону и отвезти нас вдеревню, где нам, может быть, дадут более точные координаты. Здесь произошлоочевидное недоразкмение.

В ответ на это и лошадь, и ее хозяин дружно повернули головыи посмотрели на нее с одинаковым выражением раздражения и неприязни. Лошадьтактично промолчала, но фермер, который на протяжении двенадцати мильвыслушивал жалобы Люсинды и проклятия в адрес его прекрасной телеги, ужепорядком устал от этой особы.

– Послушайте, миледи, – начал он, но Люсинда не дала емупродолжить.

– Не нужно называть меня миледи. Вы можете обращаться ко мнепросто – мисс Трокмортон-Джонс.

– Ладно. Ну, в общем, кто бы вы там ни были, говорю вам, чтоэто – коттедж Торнтона.

– Вы же не собираетесь оставить нас здесь! – сказала она,видя, как в этом усталом человеке вдруг снова проснулась энергия – должно быть,от радости, что он скоро избавится от надоевших пассажирок. Люсинда спрыгнулана землю, увидев, что он начал сбрасывать их вещи на обочину того, что называлосьдорогой.

– А если его нет дома? – воскликнула она, наблюдая, каксжалившаяся над стариком Элизабет помогает стаскивать с телеги сундук.

– Ну, тогда мы опять спустимся на дорогу и подождем, показдесь проедет следующий фермер. Возможно, он окажется так добр, что согласитсяотвезти нас обратно, – сказала Элизабет, сильно сомневаясь в такой возможности.

– Я бы не стал на это рассчитывать, – сказал фермер, когдаЭлизабет достала и положила в его ладонь монетку. – Большое вам спасибо,миледи, премного благодарен, – сказал он, дотрагиваясь до своей шапочки иудостоив юную леди даже некоторой улыбки, – уж больно красивым было ее лицо вореоле светящихся золотых волос.

– Почему вы не стали бы рассчитывать на это? – потребовалаответа Люсинда.

– Да потому, – сказал фермер, забираясь на телегу, – чтоздесь вряд ли кто – нибудь проедет в течение ближайших двух недель, а может, ибольше. Не сегодня завтра начнутся дожди. А когда идет дождь, на телеге здесьне проехать. Да вы не бойтесь так, – добавил он, сжалившись над побледневшеймолодой мисс, – я вижу, из трубы идет дым, так что кто-нибудь там да есть.

Щелкнув потертым кнутом, он тронулся с места, и с минутуЭлизабет и Люсинда стояли, не двигаясь, пока свежее облако пыли не осело надорогу. Наконец Элизабет заставила себя внутренне встряхнуться и взялаинициативу в свои руки.

– Люси, если ты возьмешься за один конец этого сундука, ямогу взяться за другой, и тогда мы сумеем донести его до дома.

– Ты не сделаешь этого! – возмущенно воскликнула Люсинда. –Мы все оставим здесь, и пусть Торнтон посылает за вещами своих слуг.