Потаенное зло - Барбара Картленд

Вспомнив, что еще не поблагодарила Ее Величество за платье, Шина быстро произнесла:

— Я должна поблагодарить вас, Ваше Величество, за ваш поистине щедрый подарок. Как видите, платье великолепно сидит на мне.

— Я так и думала, — ответила королева. — Вы просто очаровательны, моя дорогая.

Она повернула голову к маркизу:

— Вы согласны со мной, Ваша светлость?

Словно давно дожидаясь повода вступить в разговор, маркиз вышел из-за стула королевы и стал рядом с Шиной. Он поднес ее руку к губам и, глядя ей в глаза, сказал:

— Вы прекрасны, как весталка, или скорее как одна из нимф, которых древние боги когда-то прогнали с Олимпа.

Шина смутилась, как и всегда, когда ей делали фальшивый комплимент. Она попыталась высвободить руку, но маркиз угадал ее намерение и, слегка ухмыляясь, нагнулся и снова поцеловал ее.

— Шотландки не умеют принимать комплименты, — язвительно заметил он.

— Мы любим, когда они абсолютно искренние, — ответила Шина, и все засмеялись, как будто она сказала что-то на редкость остроумное.

— Выпейте вино, — настаивала королева, — и потом я покажу вам то, что, несомненно, позабавит вас.

— Что же это? — спросила Шина.

Глаза королевы, казалось, заблестели.

— Вы никогда не видели мою башню. Я построила ее возле дворца, чтобы мои предсказатели и звездочеты могли общаться с небесами и разъяснять мне тайную связь звезд и человеческих судеб.

— Я… я слышала о ней, Ваше Величество, — ответила Шина, стараясь казаться вежливой.

— О ней многие говорят, но немногим была оказана честь побывать внутри. Приглашаются только мои самые близкие Друзья.

С этими словами королева улыбнулась собравшимся.

Шина сжала кубок в руке и снова не смогла понять, почему ей так неловко, почему у нее такое странное предчувствие, что что-то не так.

Королева показала на кубок в руке Шины, и маркиз поднял свой бокал.

— Позвольте предложить тост, — сказал он. — За неизведанное и за будущее, что бы оно нам ни готовило!

Все собравшиеся подняли бокалы.

— За неизведанное! — повторили они.

Шина знала, что королева внимательно наблюдает за ней.

Она поднесла кубок к губам. Металл оказался холодным, а само вино, наоборот, почти теплым. Как кровь, подумала она, не понимая, почему эти слова пришли ей в голову. — — Пейте! Пейте до дна!

Королева нагнулась вперед.

— Это для вас. Знак моего расположения, моей симпатии, мистрисс Маккрэгган. Пейте до дна!

Шине ничего не оставалось, как выпить немного вина.

Она чувствовала, как оно устремилось ей в горло, почти как река во время разлива. Это не было неприятно, и поскольку королева смотрела на нее, она выпила содержимое кубка почти полностью.

Затем она повернулась, чтобы поставить кубок, ища глазами столик или пажа с подносом. И даже в этот момент она чувствовала, что все присутствующие также внимательно наблюдают за ней. В комнате воцарилось молчание, тяжелое зловещее молчание, как будто все перестали дышать. Шина могла только видеть их глаза.

Глаза! Глаза! Везде глаза! Наблюдающие за ней! Разглядывающие ее! На мгновение девушке показалось, что она оглохла. Они, наверное, говорят, а она их не слышит.

Но затем, подобно тому, как дым поднимается над огнем, Шина почувствовала волну, поднимающуюся по ее телу к мозгу — темную, страшную и зловещую волну. Она ощущала, как эта волна пробирается по ней, поднимаясь все выше и выше, пока не достигла головы, и поняла, что ею овладевает непреодолимая сонливость и со всех сторон на нее надвигается непроницаемая темнота.

Она предприняла последнюю отчаянную попытку прийти в себя, повернуться и убежать из комнаты. Но было слишком поздно! Волны тьмы настигли ее и полностью овладели ею. Шина почувствовала, что теряет сознание.