С любовью, Лара Джин - Дженни Хан

В ДОМЕ СТИВА БЛЕДЕЛА КОМПАНИЯ В ГОСТИНОЙ курит травку и смотрит футбол на большом плазменном экране. Лукас тоже здесь. Когда я делюсь с ним своей новостью, он подхватывает меня и кружит.

– Ты тоже уезжаешь из этого города! – кричит он.

– Всего лишь в соседний штат, в Северную Каролину, – говорю я, смеясь. От этих слов, произнесенных вслух, меня охватывает неожиданный восторг. – Совсем недалеко.

– Но за пределами штата. – Лукас ставит меня на пол и обнимает мое лицо ладонями. – Тебе там будет очень хорошо, Лара Джин.

– Думаешь?

– Знаю.

Я захожу в кухню за колой, и там появляется Женевьева, босая, в толстовке Политехнического университета Вирджинии и с пивом в чехле того же университета. Пошатываясь, она говорит:

– Слышала, тебя взяли в Чапел-Хилл. Поздравляю.

Я жду продолжения или подколки, но ее нет. Женевьева просто стоит передо мной, слегка покачиваясь.

– Спасибо, – говорю я. – И поздравляю с поступлением в Политех. Ты всегда этого хотела. Твоя мама, наверное, очень рада.

– Ага. Ты слышала, что Крисси уезжает в Коста-Рику? Везучая какая. – Женевьева отпивает пиво. – Чапел-Хилл довольно далеко отсюда.

– Не особенно. Всего три часа, – вру я.

– Ну, удачи с этим. Надеюсь, он останется тебе так же предан, как сейчас. Но, зная его, я очень сомневаюсь. – Потом она громко рыгает, и выражение изумления у нее на лице такое смешное, что я едва сдерживаю хохот. Секунду кажется, что она тоже, но вместо этого она бросает на меня сердитый взгляд и уходит.

Весь вечер я вижу Питера только издалека. Он разговаривает с другими людьми и глотает пиво банками. Настроение у него получше. Он улыбается, лицо разрумянилось от пива. Он пьет больше, чем я когда-либо видела.

Ближе к часу я иду его искать и нахожу в гараже, где он играет в стаканчики на столе для пинг-понга. Вся компания смеется над тем, что он только что сказал. Он замечает меня на лестнице и манит к себе.

– Иди играть с нами, Кави, – говорит он слишком громко. Я не двигаюсь с места.

– Не могу. Мне пора домой.

Его улыбка исчезает.

– Ладно, я тебя отвезу.

– Нет, не нужно, меня кто-нибудь подвезет или я вызову «Убер». – Я разворачиваюсь, но Питер идет за мной следом.

– Не надо. Я тебя отвезу, – повторяет он.

– Ты не сможешь, ты пьян. – Я стараюсь смягчить слова, но против правды не пойдешь.

Питер смеется.

– Я не пьян. Я выпил всего три пива за вечер – сколько прошло, три часа? Я в порядке. Ты не пьешь и поэтому не можешь понять, но это ерунда. Честно.

– Питер, у тебя изо рта пахнет алкоголем, ты не пройдешь алкометр.

Питер щурится на меня:

– Ты сердишься?

– Нет. Я просто не хочу, чтобы ты вез меня домой. Тебе вообще не следует садиться за руль. Останься ночевать здесь.

– Нет, ты сердишься. – Он наклоняется ближе, оглядывается по сторонам. – Извини, что я так себя повел. Мне стоило больше радоваться за тебя. Я просто очень устал.

– Все в порядке, – говорю я, хотя это не совсем так.

Сторми любила говорить: «Уходи с вечеринки с тем, с кем пришла, но если он пьян – уходи одна». Меня подвозит Лукас. Я возвращаюсь домой вовремя, хотя еще немного, и опоздала бы. После прошлой ночи нельзя рисковать. Питер пишет мне эсэмэски, и я мелочно радуюсь, что он больше не может наслаждаться вечеринкой. Я заставляю его подолгу ждать, прежде чем написать ответ: строгое требование не ехать домой одному. Питер присылает в ответ фото, где он лежит на диване у Стива, укрывшись чьей-то курткой.