Смертельные поцелуи - Бренда Джойс

Она ошарашенно смотрела, как он пробирается сквозь толпу, и к ней медленно приходило осознание того, что он только что разорвал их помолвку – разорвал их отношения. Нет, он не может так поступить, она ему не позволит. Франческа бросилась следом за Хартом и схватила его за руку.

– Я не принимаю твоего решения! – прокричала она. – Я тебя не оставлю ни сейчас, ни в будущем! Никогда!

Харт медленно, но уверенно высвободил руку, маска на его лице казалась зловещей. Не говоря ни слова, он смотрел на нее. В темных глазах стояли слезы. Внезапно Харт развернулся и пошел прочь, на этот раз таким быстрым шагом, что Франческа не смогла бы его догнать.

Она вглядывалась в удаляющуюся спину до тех пор, пока она не исчезла в людском потоке.

Перед глазами все расплывалось от слез, но у нее не было сил поднять руку. Как он мог так поступить? Почему? Впрочем, это как раз понятно – он хотел защитить ее.

– Мисс Кэхил?

Франческа очнулась, вспомнив, что рядом стоит Джоэл, а у нее есть дело, которое необходимо срочно расследовать и не позволить окончательно очернить имя Харта.

– Пойдем, Джоэл, надо успеть на поезд.

Мальчик смотрел на нее с нескрываемой тревогой, Франческа слабо ему улыбнулась и похлопала по плечу.

– Он ничего такого не хотел сказать, – выкрикнул Джоэл, семеня за ней следом. – Он вас любит, мисс Кэхил. Мне кажется, что очень любит, мисс Кэхил.

У Франчески было ощущение, что сердце сейчас разлетится на множество мелких кусочков. Несмотря на то что Харт думал прежде всего о ее спокойствии и благополучии, нанесенный им удар был настолько болезненным, что она не уверена, сможет ли его выдержать.

– Согласна, Джоэл, я ему небезразлична. Но понимаешь, его обвиняют в убийстве, а он не позволяет мне помочь.

– Не понимаю. – Они миновали ворота и вошли в огромных размеров вестибюль вокзала. – Вы же найдете настоящего убийцу. Он должен быть рад, что вы в деле!

– О нем будут говорить страшные, порой жестокие вещи, – объяснила Франческа. – Он не хочет, чтобы я все это слышала.

Джоэл покачал головой.

– Но вы ведь еще сможете пожениться. Вы найдете убийцу, и никто не скажет про мистера Харта дурного.

Франческа наклонилась и обняла мальчика.

– Давай-ка сначала найдем убийцу.

Было только восемь часов утра, но Брэг уже больше часа находился в управлении. Когда раздался стук в дверь, он медленно поднялся, ощущая, как учащается пульс.

– Входите!

Появился сержант Шиа, держа за руку Майка О’Доннела. Мужчина был небрит, с мутными глазами и в наручниках.

– Привели вашего парня, комиссар, – бодро рапортовал Шиа. – Не очень-то он этому рад.

О’Доннел вел себя примерно, но Брэг видел, что его распирает от злости.

– Комиссар, – заговорил он, – сэр, меня что, в убийстве обвиняют? Вытащили прямо из постели!

– Снимите, – спокойно сказал Брэг, и сержант принялся расстегивать наручники. – Спасибо. Оставьте нас.

Шиа кивнул и удалился, аккуратно прикрыв за собой дверь.

О’Доннел с таким видом тер запястья, словно просидел в наручниках не один час.

– Я ничего не сделал, сэр, – хмуро сказал он.

Лицо Майка говорило о том, что вчера он, несомненно, прикладывался к бутылке. Брэг медленно обошел вокруг него, но никакого запаха не почувствовал.

– Этого я не знаю. Тебя есть за что арестовать, Майк? Например, за вымогательство и шантаж?

Брэг остановился напротив мужчины и посмотрел прямо в налитые кровью глаза.

– Арестовать меня? За вымогательство? – Лицо приобрело выражение оскорбленной невинности. – Сэр! Это несправедливо! Я никогда бы так не поступил, это же грех!

– Может быть, тебе стоило подумать о том, что я могу арестовать тебя по любому обвинению – ложному или нет, не важно, – прежде чем прийти к моей жене и детям.

О’Доннел выглядел совершенно спокойным, его чувства выдавало лишь тяжелое дыхание.

– Это угроза? – спросил он после долгой паузы. – Я никогда не требовал денег. Я только хотел видеть девочек. Разве это преступление?

Брэг натянуто улыбнулся, недовольный тем, что О’Доннел настаивает на своем.

– Мы оба знаем, что ты не веришь в Бога и тебе плевать на девочек. Сколько ты хочешь?

– Они моя плоть и кровь. – О’Доннел несколько расслабился, тон его стал очень серьезным. – Они принадлежат мне. Я уверен, так угодно Богу. И дело тут не в деньгах, сэр.

Брэг терял терпение, ему надоела эта игра. Его жена напугана и расстроена. С этим пора заканчивать, пока все не зашло слишком далеко.

– Богу угодно, чтобы ты исчез, – прошипел он. – Мне угодно, чтобы ты исчез из нашей жизни. Сколько ты хочешь за это?

О’Доннел слушал его с невозмутимым видом.

– Сэр, я не прошу у вас денег. У меня есть право видеть девочек. Мы с Бет не раз говорили о том, как будем растить их. Конечно, мы не можем дать того, что можете вы с женой, но и от нас есть польза. Они мои племянницы, сэр, и они должны вернуться домой.

Брэг не мог поверить, что О’Доннел продолжает настаивать на своем.

– Убирайся! – заорал он.

О’Доннел пошел к двери, когда та приоткрылась, появилась голова шефа полиции Брэндана Фарра.

Брэг едва не заскрипел зубами. Фарр вел свою игру, и Брэг ему не доверял.

Это был высокий мужчина с седыми волосами и ледяными светло-голубыми глазами.

– Я не вовремя? – Он оглядел Майка с головы до ног, и тот поспешил выскользнуть в коридор. Фарр повернулся к Брэгу. – Хотел поговорить об убийстве мисс Джонс. У журналистов хлебный день, а мы выглядим не очень – как обычно.

Брэг вздохнул и потер виски.

– Проходите.

Фарр закрыл дверь.

– Я не мог раньше видеть этого типа, что вышел от вас?

– Нет. – Брэг отвернулся. – Я не имею права приказать репортерам не писать, но до полудня приготовлю пресс-релиз.

– И что вы напишете?

Брэг был не в настроении начинать новую игру.

– Говорите, что вы считаете нужным сообщить?

Фарр нахмурился:

– Да, сэр! Я понимаю, Харт ваш брат, знаю, что он помолвлен с мисс Кэхил, но он единственный реальный подозреваемый.

Брэг весьма сожалел, что Фарр знает о его романтическом увлечении Франческой Кэхил.

– Я в курсе всех деталей дела, – сдержанно заявил он.

– Мы должны вызвать его на повторный допрос, но Ньюман обращается с ним, как с хрустальной вазой, лишь потому, что боится вас.

Брэг подумал и решил, что Фарр прав, Харта надо допросить еще раз.