Мужчина на одну ночь - Лиза Клейпас

И только доведя ее до исступления, он прижался чреслами к ее лону, не проникая внутрь, только потираясь возбужденным отростком о влажную впадинку между ее бедер. Каждый толчок экипажа все больше сближал их тела. Джек в изнеможении закрыл глаза и замер, когда ощущения достигли непередаваемой остроты. Больше он не выдержит. Сейчас взорвется… Нет, он не может этого допустить. Не здесь. Не сейчас.

Тихо выругавшись, он сжал ее округлые бедра и отстранил от своей вздыбившейся плоти.

– Джек, – взмолилась она, – ты мне нужен… нужен… о Боже… пожалуйста…

– Да, – выдохнул он, оцепенев и истекая потом. – Я дам тебе облегчение, дорогая. Скоро. Но мы должны подождать еще немного, mhuirnin, сделаем это, как полагается, в удобной постели. Я не собирался заходить так далеко в экипаже… просто не мог сдержаться. Повернись и дай мне застегнуть твое платье…

– Не нужно ждать, – прохрипела Аманда. – Я хочу тебя сейчас.

Она поцеловала его в губы, пробуя языком на вкус, воспламеняя, и его бедра под тяжестью ее тела превратились в железо. Но Джек еще держался.

– Нет, – нерешительно засмеялся он и, сжав ее лицо ладонями, осыпал головокружительными поцелуями. – Ты пожалеешь, если мы не остановимся, милая… Отодвинься, пока я еще способен сдержаться.

– Я ждала тридцать лет, – выкрикнула она, неловко ерзая, чтобы как следует оседлать его. – Позволь мне решать, где и когда. Прошу тебя. В следующий раз приказывать будешь ты.

Упоминание о том, что следующий раз обязательно будет, и мысль обо всем том, что он сделает с ней, для нее, ради нее, окончательно свели ее с ума.

– Мы не должны, – услышал он свой прерывистый голос, хотя руки по собственной воле нырнули под юбки и приподняли Аманду.

– Мне все равно. Сделай это… сейчас…

Ее слова растворились в тихом стоне, когда его большой палец снова обвел непереносимо чувствительную горошинку, а средний палец скользнул внутрь.

Джек смотрел в мечтательные серые озера ее глаз, наблюдал, как опускаются ее ресницы, как румянец страсти заливает щеки. Ее руки цеплялись за его плечи, грудь. Она, задыхаясь, приникла к нему, и он почувствовал, как ее горячая скользкая плоть смыкается вокруг осторожного проникновения его пальца. Она слепо искала его губы, и он поцеловал ее так крепко, как она хотела, медленно погружая в ее рот язык в одном ритме с толчками пальца, используя все свое умение, чтобы привести ее ближе… Ближе… Потрясенный стон вырвался у Аманды. Она прильнула к нему изо всех сил, когда желанное освобождение настигло ее. Затрепетала, выгнулась, бросилась ему на шею, пока ее лоно пульсировало в сладостных конвульсиях. Что-то тихо бормоча, Джек отнял руку, приподнял ее над собой и терзал влажную ложбинку головкой своего отростка, тычась, гладя, лаская. Аманда с силой опустилась на него. Дыхание перехватило от боли, но она продолжала давить вниз, пока он не проник в нее одним уверенным выпадом.

Джек откинул голову, зажмурился и свирепо свел брови. Она прижималась к его бедрам, держа его плоть стальной хваткой. Наслаждение становилось невыносимым. Он не мог ни думать, ни говорить, ни произнести ее имени. Только сидеть и ощущать, как неустанные волны блаженства накатывают на него. Аманда подалась вперед. Приоткрытые губы коснулись его обнаженной шеи в том месте, где судорожно билась жилка. Язык робкой лаской прошелся по коже. Он задохнулся, шевельнул бедрами, входя глубже, и ее лоно немедленно сжалось. Джек услышал свой собственный гортанный крик, в последний раз вторгаясь в нее и вздрагивая в экстазе освобождения. Обретя способность двигаться, он осыпал яростными поцелуями, сознавая, что, возможно, сминает ее нежные губы. Но она, похоже, не возражала.

Звуки их прерывистого дыхания постепенно затихали. Джек прижал Аманду к груди и положил ладонь на ее растрепанные волосы. Другая рука гладила спину. Она вздрогнула от приятного контраста холодного воздуха и его теплой руки. Он пробормотал проклятие и стал возиться со шнурками корсета, сообразив, что экипаж замедляет ход.

– Черт возьми, черт возьми, мы уже приехали.

Но разнежившаяся Аманда, казалось, не разделяла его внезапной тревоги. Спокойно протянув руку, она заперла дверцу и гортанно прошептала:

– Все в порядке, Джек.

Джек, мгновенно помрачнев, рывком свел края выреза и быстро застегнул платье.

– Как я мог до такой степени потерять голову… нужно было подождать. Ведь ты была девственницей… Первый раз не должен быть таким! Я хотел быть нежным и бережным, собирался…

– Но именно этого я хотела, – с легкой улыбкой заверила она. С лица все еще не сошел румянец, серые глаза сверкали. – И я вовсе не из тех девственниц, к которым ты привык, поэтому не понимаю, почему мы должны были сделать это обычным порядком…

Все еще хмурясь, Джек сжал ее талию, поднял, и она тихо охнула, когда его обмякшая плоть выскользнула из нее. Понимая, что с ней творится, Джек кое-как умудрился отыскать в кармане платок и молча протянул Аманде. Сгорая от смущения, она сунула платок между бедер, чтобы промокнуть обильную влагу.

– Я сделал тебе больно, – покаянно пробурчал Джек, но она энергично тряхнула головой.

Немного неприятно, но я ожидала худшего, – заверила она. – Сколько пришлось наслушаться историй о муках, испытанных в брачную ночь, но это было далеко не так ужасно, как говорят.

– Аманда, – прошептал он, против воли забавляясь ее щебетом. Она подняла глаза. Он обнял ее и стал целовать.

Но тут экипаж остановился. Они подъехали к дому Аманды. Что-то сокрушенно приговаривая, Джек лихорадочно пытался привести одежду в порядок, пока Аманда наскоро приглаживала волосы. Ей удалось найти несколько шпилек и накинуть на плечи темно-красную шаль.

– Как я выгляжу? – спросила она.

Джек только головой покачал. Любой понял бы, чем они занимались, при виде пылающих щек, нежного мерцания глаз и распухших губ.

– Как будто ты только что отдавалась мужчине, – без обиняков выпалил он. К его полнейшему изумлению, она улыбнулась.

– Прошу тебя, поспеши. Я хочу поскорее оказаться дома и посмотреть в зеркало. Всегда хотела знать, как выглядит только что отдавшаяся женщина.

– А потом?

Она не отвела взгляда.

– Потом я раздену тебя. Никогда раньше не видела обнаженного мужчину.

Нерешительная улыбка чуть вздернула уголки его губ.

– Я в твоем распоряжении, – объявил он, играя с прядкой непослушных волос, вившейся над ее ухом.

Она немного помолчала, продолжая взирать на него. Интересно, какие мысли занимают ее?

– Нам кое-что нужно обсудить, – сообщила она наконец. – Выработать условия.

– Условия?

Его рука замерла.

– Нашего романа, – сконфуженно объяснила она. – Ты ведь хочешь завести со мной роман, верно?